Жила-была в одной деревне тихая вдова по имени Клава. Обычная такая женщина, бухгалтер на пенсии, вязала носки, ругала правительство и сериалы про любовь смотрела. Но была у Клавы одна странность: раз в месяц, в полнолуние, она превращалась... в бухгалтера. Нет, вру, в оборотня, конечно.
Только оборотень из Клавы был — сил нет, убогий. Потому как, пока она в человека играла, сидела на диване, семечки лузгала да телевизор смотрела, организм-то за месяц растренировывался совсем.
Выйдет она, значит, в полнолуние на крыльцо, глянет на луну, шерстью обрастет, клыки выпустит, — и начинает заваливаться набок, потому что центр тяжести сместился, а вестибулярный аппарат не перестроился. Пока на четвереньки встанет — вся злость пройдет.
Бегать по-волчьи Клава не умела — ноги заплетались, когти цеплялись за землю. Вой у нее получался не как у волка, а как у кота, которому на хвост наступили: тоненько так, с подвыванием: "Мя-а-а-а-у-у!"
Соседи сначала боялись, потом привыкли. Как полнолуние — закрывают окна, затыкают уши и говорят: "О, Клавдия опять воет. Видать, пельменей переела на ночь".
Однажды, в очередное полнолуние, вылезла Клава-оборотень на улицу, ковыляя, как утка, и встретила настоящего волка. Волк из леса пришел, здоровый, лобастый, с голодными глазами. Увидел он это чудо в бигудях (потому что голова у Клавы обрастала шерстью в последнюю очередь, а бигуди она снимать не привыкла), и говорит:
— Ты кто такая? Ты чего тут шатаешься, экологию портишь?
Клава хотела по страшному зарычать, а получилось все то же:
— Мя-а-а-а-у-у! Я вообще-то оборотень! Меня все в деревне боятся!
Волк присмотрелся, обошел вокруг, хвост Клаве понюхал и спрашивает:
— А что ж ты так хромаешь? И пахнет от тебя не зайцем, а... семечками подсолнечными? И вон, на зубах нитка застряла.
— Так это я, — говорит Клава, — перед превращением носки вязала, а тут луна — бац! И я уже в шерсти. А нитку выплюнуть забыла.
Волк задумался. Потом говорит:
— Слушай, женщина. А может, ты не будешь по лесам шастать? А то звери смеются. Вон лоси в кустах лежат, животы надорвали, на тебя глядючи. Ты лучше приходи к нам раз в месяц, но не как волк, а как... ну, консультант. У нас в стае учет запущенный: кто сколько зайцев поймал, кто сколько принес, а кто просто так зубами щелкает. Ты ж бухгалтер?
— Бухгалтер, — согласилась Клава.
— Ну вот. Будешь нам баланс сводить. А мы тебе за это — овечку или зайчика.
Так и порешили. Теперь в полнолуние Клава шерстью обрастает, и сидит в избе, сводит дебет с кредитом волчьей стаи, тихонечко подвывая по-кошачьему «Мя-а-а-а-у-у». А чтобы соседи не волновались, вешает на калитку табличку: "Не беспокоить. Идет инвентаризация леса".