О Человеке. Периоды жизни человечества.
О Человеке. Гордыня. Технократический мир.
О Человеке. Технократический мир часть 2.
О Человеке. Технократический мир часть 3.
О Человеке. Связь с растениями.
То, что сейчас в постелях творят люди, называя своё действо занятием любовью, Любовь лишь оскорбляет, унижает Бога.
Влюблённые муж и жена друг в друге видели дитя. И ласки оттого их совсем иными были.
При сотворении ребёнка нужно, чтобы влекла не страсть соития к друг другу, влекло великое стремленье к сотворению. Влюблённые муж и жена друг в друге видели дитя.
Ведруссы всегда день и мгновенье зачатия отмечали. Потом в том месте, где венчание происходило, сажали дерево, чей ствол мог ровным быть. Напротив дерево второе сажали в момент, когда свет и тень на подоконнике своею границею с тесёмочкой льняною совпадали. Второе дерево в тени от первого ствола сажали. Такое действо позволяло им всегда вспомнить мгновение зачатия дитя.
Между деревьев этих впоследствии сливали воду родовую, плаценту клали в землю. И повзрослевший человек, в свой день зачатия, ложился спать в том месте. Расположение планет слегка менялось год от года, и человек всю информацию, из Космоса идущую, мог ощущать в ночь сна такого.
Не разумом, скорее подсознаньем, чувством. Вплоть до творения всего земного Богом. И если был недуг какой-то иль печаль, в том месте сон их изгонял.
«Состоялся обряд венчания. Но молодые не прыгают сразу в кровать для совершения известных действий первой брачной ночи после свадебной пьянки. Их не заставляют родственники ложиться в постель, а потом показывать всем присутствующим на свадьбе окровавленную простыню, как это делалось во многих свадебных обрядах, особенно на Кавказе.
Молодые влюблённые уходят каждый в свой родительский дом. Спят, принимают омовение. И в этом действе также кроется великий смысл.
Проходят волнения, связанные со сдачей проекта поместья. Волнения, связанные с самим венчанием, где они полностью были заняты друг другом и находились на пике, пусть и приятного, но всё же нервного напряжения.
Они отдыхают, отсыпаются в доме своих родителей, конечно же, думая друг о друге.
Через два дня происходит их первое свидание как мужа и жены. И к этому моменту всё подготовлено к зачатию их ребёнка. Дело здесь не только в материальных благах. Дом, тёплый загон для живности, и огород, и сад важны, конечно. Но также важным будет душевное и физическое состояние молодых.
Проснулся до рассвета Радомир. И никого не разбудив, венец одев, рубашку с вышивкою матери с собою взял. Он побежал к ручью, что брал исток от родника.
Луна путь предрассветный освещала, гирлянды звёзд ещё мигали в вышине. В ручье омывшись, он надел рубашку, быстро пошёл к заветному творенью. Небеса светлели.
И вот стоит он в месте том один, где праздник был ликующий селений двух недавно, которое мечтой своей творил.
Какая сила чувств и ощущений в человеке может быть в момент такой — не осознать тому, кто не испытывал подобного ни разу.
Можно сказать, божественные возникли в человеке ощущения и чувства. И нарастали ожиданьем трепетным рассветного луча, в котором... Вот она! Она, его прекраснейшая Любомила! Освещена лучом рассветным, она бежала на свидание к нему и сотворенью своему.
Виденье во плоти спешило к Радомиру. Предела совершенству нет, конечно, но время вдруг остановилось для двоих. Они вошли в тумане чувств своих в дом новый. Яства на столе, манящий аромат цветов сухих шёл от покрывала с вышивкою на постели:
— О чём ты думаешь сейчас? — она его горячим шёпотом спросила.
— О нём. О нашем будущем ребёнке, — и вздрогнул Радомир, взглянув на Любомилу. — О, как же ты красива! — он, не сдержавшись, очень осторожно своей рукой её плеча коснулся и щеки.
У Любомилы с Радомиром не просто радость на душе была: они в беззвучном ликовании смотрели друг на друга.
«Мой муж, — беззвучно про себя шептала Любомила, — мой муж, спасибо небу и Вселенной всей. Какое счастье — жизнь в любви ты даришь людям, Боже правый».
«Моя жена», — на Любомилу глядя, думал Радомир. Он прикрывал глаза, вновь открывал, чтобы её увидеть будто бы внезапно. Будто видение в мире лучшее. Будто явление богини самой главной перед ним. Но не «будто» видел он перед собою богиню Любомилу. Богиню Радомир видел наяву.
Дыханье жаркое Любви двоих окутало и унесло в неведомую высь.
Никто за миллионы лет не сможет в деталях описать, что происходит с ней и с ним, когда в любви порыве обоюдном, для сотворения сливаясь воедино, подобие своё и Бога люди вершат.
Но знали точно люди-боги из Ведической культуры: когда необъяснимое вершится чудо, соединяя двоих, впоследствии останутся они каждый сам собою. И в то же время, в необъяснимый миг вздрогнет Вселенная, видение взирая: Душа младенца босиком по звёздам, ножками перебирая, к Земле стремится, собою двух и третьего в едином воплощая.
— Мой Бог, не обжигаю, согреваю. Ты произнёс «наших детей», я вздрогнула слегка лишь, на мгновенье энергии прибавилось во мне. Но я сдержала их, не обожгла. Ты произнёс: «наших детей», так значит, и чуть-чуть они мои.
— Те, кто рождён будет в любви, поймут, кто мать их и отец.
* * *
— Владимир, нелегко, быть может, осознать, но ты понять попробуй. У ведруссов в зачатии детей совсем не главной связь интимная была. То, что сейчас в постелях творят люди, называя свое действо занятием любовью, Любовь лишь оскорбляет, унижает Бога. Удовлетворение вожделения они получат лишь на миг, и оно, я думаю, не может даже в сотой доле сравниться с тем, что было предопределено от Бога человеку.
Ведруссы видели друг в друге не объект плотских утех, иное.
Когда у Любомилы и Радомира желание возникло сотворить ребёнка, они не видели его отдельным от себя. Культура чувств в те времена иной была. Влюблённые муж и жена друг в друге видели дитя. И ласки оттого их совсем иными были. Влекла не страсть соития к друг другу их. Влекло великое стремленье к сотворению.
И Любомилу Радомир обнял, словно дитя своё. Погладил нежно волосы рукой, груди упругой коснулся он, плечи гладил, целовал её ладони. Она его лицо руками трогала и плечи. За шею нежно взяв, к своей груди, словно дитя прижала...
Трактатов в мире множество, людей пытающихся соитию интимному учить. Но не было, не будет никогда трактата, способного ведрусское зачатие представить.
Тела влюблённых не главную в них играли роль. Тела лишь волю и желания исполняли людей. В другом в то время измеренье пребывали люди. Когда великое деяние свершалось, они на Землю возвращались. Полученное удовлетворение не скоротечным было. Оно навечно с ними оставалось, как будто к совершенству высшему приподнимало на одну ступеньку человека.
Свершилось, Радомир, как будто в забытьи, будто не возвращаясь из неведомого ранее им измерения, поцеловал Любомилу, будто рождённое дитя, уснул в блаженном сне. Не могут не уснуть мужчины, может оттого, что хочется вернуться снова им туда.
Но Любомила не спала. Она в себе частичку необычную как будто ощутила. С постели встала, подошла к окну. В окно светило солнышко и разделяло подоконник на светлую и теневую часть.
По стыку света и тени Любомила пальцем провела, с запястья сняла тесёмочку льняную, её и положила на стык света и тени. Ведруссы всегда день и мгновенье зачатия отмечали.
Потом в том месте, где венчание происходило, сажали дерево, чей ствол мог ровным быть. Напротив дерево второе сажали в момент, когда свет и тень на подоконнике своею границею с тесёмочкой льняною совпадали. Второе дерево в тени от первого ствола сажали. Такое действо позволяло им всегда вспомнить мгновение зачатия дитя. И гороскоп, от этого мгновенья если считать, всегда точнее будет. Хотя ведруссы знали о расположении планет, об их влиянии на плоть, они, планетам вопреки, могли деянья успешные вершить, энергией великой обладали.
Между деревьев этих впоследствии сливали воду родовую, плаценту клали в землю. И повзрослевший человек в свой день зачатия ложился спать в том месте. Расположение планет слегка менялось год от года, и человек всю информацию, из Космоса идущую, мог ощущать в ночь сна такого. Не разумом, скорее подсознаньем, чувством. Вплоть до творения всего земного Богом. И если был недуг какой-то иль печаль, в том месте сон их изгонял. Но очень редко недуги плоть ведрусскую могли настичь.
Служило место им зачатия для сна, для осознанья мирозданья в основном.», - кн. 8 ч 2, гл. Зачатие.
Бывает яркость событий новых, ощущений чувств стирают информацию о прежних неудачных связях.
Нашему поколению выпала великая честь и благодать вернуть культуру прародителей своих. Связать с ними разорванную нить. Только тогда великие открытия начнут в людях свершаться. Только тогда их мысли нашим будут помогать. Сейчас их мысли, из-за нашего непонимания, нам вынуждены противостоять.
«— Анастасия, слышал я: волхвы умели побеждать явление телегонии, то есть, последствия добрачной связи. Если женщина имела добрачную связь, первый мужчина, как теперь известно, непременно оказал влияние на внешность и характер ребёнка, который будет зачат другим мужчиной, ну, например, мужем этой женщины. Если они, перед зачатием, совершат обряд венчания, о котором ты рассказала, с последствиями добрачной связи у женщины будет покончено раз и навсегда?
— Владимир, не всегда ребёнок походить на первого мужчину должен. Бывает яркость событий новых, ощущений чувств стирают информацию о прежних неудачных связях. Но всё же, у ведруссов есть обряд, способный старое, ненужное стереть помочь.
...— Да, вспомнил, мне дедушка об этом говорил, что нам покаяться перед ними необходимо. Я напомню об этом читателям. Хотя, не очень-то понятно мне, почему покаяться должно именно наше поколение? Ведь не мы же их культуру скрывали и уничтожали.
— Можно, конечно, и так подумать: «не мы». Но будет лучше, коль другая мысль в голову придёт.
— Какая?
— Нашему поколению выпала великая честь и благодать вернуть культуру прародителей своих. Связать с ними разорванную нить.
Только тогда великие открытия начнут в людях свершаться. Только тогда их мысли нашим будут помогать. Сейчас их мысли, из-за нашего непонимания, нам вынуждены противостоять.», - кн. 8 ч 2, гл. Телегонию можно победить.
Процесс зачатия, вынашивания и появления на свет человека — процесс, в главном, не физиологический, а психологический. Это — высшее совместное творение мужчины и женщины. Это — итог высшей работы их мыслей, чувств, интеллекта.
В результате того, что при рождении ребёнка на первый план выходит физиология, а главная составляющая человеческого «Я» отодвигается на второй план или совсем убирается, появляются на свет люди, по своей сущности далёкие от подобия Божьего.
Страх испытанный младенцем при рождении поселит в нём состояние неуверенности в себе, они в нём будут даже в повзрослевшем, даже в старости глубокой. Они ему родиться не позволят вновь.
За девять месяцев от зачатия, ребёнку мира информация вся сообщается о прекрасном мирозданье, о предназначении людском.
При родах матерям ласкать при схватках можно им ребёнка своего, с ним говорить, общаться, приглашать на свет родиться. Зов матери своей и своего отца услышит он, расценит сдавливание лаской и призывом, захочет необычное познать, на свет своим желанием родиться.
Своим желанием родиться, в этом важность необычная заключена. Вся информация от Бога, при таких родах, в нём будет храниться.
Когда у женщины испуг от схваток происходит, испуг в утробе ощущает человек.
Когда боль у женщины от схваток и думы только о себе, в утробе человеку боль вдвойне, он ощущает брошенным себя, а главное — беспомощным и беззащитным. Вредны такие чувства и непроходящи.
Они стирают информацию, полученную ранее о мирозданье. Стирают потому, что ей противоречат. При таких родах впервые в жизни ощущает человек себя не властелином мирозданья, ничтожеством, подвластным неким силам.
Родится тело человека, но властелина дух и доброго творца в нём не родятся. Подобием
Божественным не станет человек такой, а будет, лишь рабом сущности иной, всю жизнь от рабства освободиться станет он пытаться тщетно.
При родах мысль о безысходности, болью внушённая, мешает обществу людскому достойные решения принять.
На свет рождается дитя, считают люди, а он, в Момент рождения, ощущает погибающим себя. И вроде бы, остался жив младенец-человек, на самом деле, жива осталась только плоть.
Своё Божественное «Я» ничтожными остатками духовной сущности своей всю свою жизнь пытаться будет он искать. Повинны в этом — лишь отец его и мать.
От отца и матери зависит будущее их детей и будущее всей человеческой цивилизации.
«Касаясь этого вопроса, сразу необходимо заметить, что, по информации Анастасии, процесс зачатия, вынашивания и появления на свет человека — процесс в главном не физиологический, а психологический. Это высшее совместное творение мужчины и женщины. Это итог высшей работы их мыслей, чувств, интеллекта.
Первоначально у меня, как, думаю, и у многих читателей, подобное утверждение вызывало недоумение, потому и приведу на эту тему более подробный диалог.
— Анастасия, ну как можно говорить, что он в главном психологический? Ведь в материнской утробе развивается реальный материальный плод. Женщина испытывает реальные физиологические ощущения, иногда болевые. На тему вынашивания ребёнка, его появления на свет написано много научно-популярных книг, в которых иногда подробнейшим образом рассказывается, что и как должна делать беременная женщина именно на физиологическом плане. Получается, на первом месте всё же физиология.
— Да, мнение такое в человеческом сообществе действительно прочно укоренилось, это очень печальный факт, говорящий о том, что главная составляющая человеческого «Я» отодвигается на второй план или совсем убирается. Оттого и появляются на свет люди, по своей сущности далёкие от подобия Божьего.
Сам посуди, Владимир, плод в материнской утробе живёт и развивается не потому, что кто-то написал на эту тему некие трактаты, а потому, что так задумано Создателем, природой. Вторгаться в этот в высшей степени совершенный процесс означает заменять естественное, совершенное на искусственное и менее совершенное.
Физиология формирования человеческой плоти запрограммирована Создателем и может протекать сама по себе, не утруждая мать и отца на руководство данным процессом.
Психология, философия рождения — неизмеримо более высший процесс — всецело находятся во власти матери и отца. Это совместное творение человека и Бога.
Возникающая в момент рождения младенца боль свидетельствует о неправильном психологическом подходе родителей к процессу рождения.
В естественной природе рождают своё потомство множество животных, и никто из них не погибает, не испытывает страданий. И для своего любимого творения, человека, Создатель не помыслил боли. Как боль не мыслят для своих детей любящие родители.
При выполнении высшего своего предназначения — сотворения божественного человека — награду обозначил Творец женщине, носившей плод божественный в себе. Награда эта — ощущение блаженства, радостных восторгов череда при родах, а не боль. Напротив, радостен процесс рожденья человека должен быть, приятен.
Сам человек, обманутый оккультными науками, внушением несветлой стороны, вторжением своим неправым сделал рождение младенца болевым для матери его и для младенца шоком смертным.
— При чём здесь шок, да ещё смертный для младенца? Он же просто рождается.
— Да, рождается, но не понимает, почему при этом нечто грубо выталкивает его из приятного и совершенного пространства и почему мать его страдает, испытывая боль. Боль матери страдания младенцу причиняет большие.
— А что, рожать можно совсем без боли?
— Не просто без боли, а с величайшим, приятнейшим наслаждением и радостью.
— Так современная медицина как раз и может обеспечить почти безболезненные роды с помощью наркоза.
— Наркоз уменьшит боль у матери, но увеличит для младенца боль душевную, ведь при наркозе он теряет с матерью контакт. Страх поселит в нём состояние такое, неуверенность в себе, они в нём будут даже в повзрослевшем, даже в старости глубокой. Они ему родиться не позволят вновь.
— Но почему такое происходит?
— Когда живёт в утробе материнской человек, ему уютно в ней, комфортно, благостно, спокойно. На физическом плане он получает всё необходимое. Отсутствие проблем, присущих человеку в повседневной жизни, ему всё мирозданье позволяет ощущать.
За девять месяцев от сотворенья мира информация вся сообщается ему о прекрасном мирозданье, о предназначении людском.
Прекрасен мир его в утробе материнской, необъятен.
И вдруг из благости великой его что-то выталкивать стремится грубо. Всем женщинам известно: это схватки начались, они как будто неизбежность, и потому не думают люди о том, какие ощущения от них младенец может испытать. И мало женщин в современном мире знают, что не пугать, наоборот, ласкать при схватках можно им ребёнка своего, с ним говорить, общаться, приглашать на свет родиться. При этом боль самой не ощущать.
Зов матери своей и своего отца услышит он, расценит сдавливание лаской и призывом, захочет необычное познать, на свет своим желанием родиться.
Своим желанием родиться, в этом важность необычная заключена. Вся информация от Бога при таких родах в нём будет храниться.
Когда у женщины испуг от схваток происходит, испуг в утробе ощущает человек.
Когда боль у женщины от схваток и думы только о себе, в утробе человеку боль вдвойне, он ощущает брошенным себя, а главное — беспомощным и беззащитным. Вредны такие чувства и непроходящи. Они стирают информацию, полученную ранее о мирозданье. Стирают потому, что ей противоречат. При таких родах впервые в жизни ощущает человек себя не властелином мирозданья, ничтожеством, подвластным неким силам.
Родится тело человека, но властелина дух и доброго творца в нём не родятся. Подобием божественным не станет человек такой, а будет лишь рабом сущности иной, всю жизнь от рабства освободиться станет он пытаться тщетно.
Цари земные, президенты, как и охрана их, обслуга у обстоятельств тоже ведь рабы. Как будто бы решают нечто важное, стремятся жизнь свою счастливой обустроить, но всё несчастней жизнь для них и безысходней, чернеют воздух и вода.
При родах мысль о безысходности, болью внушённая, мешает обществу людскому достойные решения принять.
— Да, жуткая картина получается с рождением таким. Быть может, и не зря сейчас некоторые женщины кесарево сечение делают? При нём подобного не происходит, как считаешь?
— Происходит. Рождением человека подобный способ тяжело назвать, скорее он на операцию обычную походит. Кто человека в мир при ней приводит, мать, не родившая дитя, или хирург, из тела материнского плод отрезающий?
Ещё не появившийся на свет младенец вдруг теряет с матерью контакт, а значит, с мирозданьем всем. Потом его насильно извлекают из утробы. Зачем? Куда? И почему так грубо? И почему ничто от него не зависит? Мир рушится весь для него!
На свет рождается дитя, считают люди, а он, в момент рождения, ощущает погибающим себя. И вроде бы остался жив младенец-человек, на самом деле жива осталась только плоть. Своё божественное «я» ничтожными остатками духовной сущности своей всю свою жизнь пытаться будет он искать. Повинны в этом лишь отец его и мать.
— Анастасия, как я понял, от женщин, от того, как они вынашивают и рожают детей, зависит будущее их потомства и будущее всей человеческой цивилизации. Это так?
— Да, так, Владимир. Но не в меньшей степени, а в равной зависит рождение человека от отца, мужчины.», - кн. 8 ч 2, гл. Психология зарождения и появления на свет человека.
Через ощущения матери и отца ребёнок ощущает окружающее пространство за пределами материнской утробы.
Если отец, находящийся рядом с беременной женой, обрадуется чему-то, то родившись, повзрослев, ребёнок точно так же, как в утробе, будет радоваться этому.
Если отец иль мать вдруг испугаются, чего-то, родившийся малыш тоже пугаться будет этого.
Информация об этом будет храниться в его подсознании всю жизнь.
Если отец во время беременности будет проявлять интерес к чему либо, то младенец их, взрослея, начнёт проявлять интерес к этому.
Если способности свои отец проявит, ребёнок этими способностями будет обладать.
«Через ощущения матери и отца ребёнок ощущает окружающее пространство за пределами материнской утробы.
Если отец, находящийся рядом с беременной женой, услышав пенье соловья, ему возрадуется, то плод в утробе матери почувствует и пенье соловья, и отца радость. Родившись, повзрослев, он точно так же, как в утробе, будет радоваться пенью соловья. Если отец иль мать вдруг испугаются, змею увидев, родившийся малыш тоже пугаться будет при виде змей. В утробе он змею, конечно, не мог сам видеть, но, через виденное родителями, информация о ней в его храниться будет подсознании всю жизнь.
Когда отец беременной своей жене умело песни будет петь, младенец их, взрослея, запоёт отца не хуже. О звёздах мысленно станет рассуждать отец, родившись, будет проявлять интерес к звёздам чадо их.», - кн. 8 ч 2, гл. Когда на свет младенца возродит мужчина.
О Человеке. Итог. Часть 1.