Николай Семёнович Лесков (1831-1895) создал целый цикл произведений о женщинах. И каждый женский образ у писателя индивидуален. Неистовая Катерина Измайлова («Леди Макбет Мценского уезда»), женщины-праведницы (роман «Некуда»), противоречивая Домна Пантелеевна (рассказ «Воительница»), и «несчастливая Настя» из повести «Житие одной бабы».
Повесть и житие – сразу два жанра произведения. И в этом нет противоречия, как нет и авторского «нагромождения».
Житие – описание жизни святых. Лесков смотрел на свою героиню с двух сторон: повесть о земной жизни – со всеми обыденными делами и заботами, праведными и неправедными поступками; и житие – духовная жизнь Насти – мученицы, страдалицы.
Повесть была напечатана в 1863 году, через два года после отмены крепостного права. Но герои повести так и не дождались воли. Кроме Насти, в произведении есть и другие женщины. Они разные по возрасту, но судьба у всех одинаковая: несчастливая женская доля, страдание и терпение.
Мавра Петровна - мать Насти и трёх её братьев.
«Доброте её меры не было: всем она всё прощала. Муж тиранил, увечил, и пьяница к тому же был; а она, как овечка божия, всё ему угождала…»
Алёна – жена Константина, старшего брата Насти. «Смиренная была девушка да работящая». Ей тоже выпала своя чаша страданий. После неудачных родов ей требовалось лечение, а Костик денег жалел и всё жену попрекал и болезнью, и потраченными средствами.
«Безответная была – и всё молчала. У нас много таких женщин по сёлам, что вырастает она в нужде, в загоне, так после терпит всё, словно каменная…»
Житие не одной бабы показал Лесков - «много таких женщин», для которых нет жалости даже у близких, и всякий может обидеть.
Константин выдал замуж сестру за противного ей Григория – сына своего компаньона. С этой поры и начались несчастья Насти. Молчаливая и безропотная, она походила характером на мать, но всё же пыталась проявить несогласие с выбором брата: «Я не пойду, братец. Противен он мне; смерть как противен».
Не пожалел братец сестру. Какая могла быть жалость, когда барыши ждут! Породниться с Прокудиным – значит упрочить дело, сделать выгоду надёжной, а там, может, и маслобойню к своим рукам прибрать.
Последние дни перед свадьбой были для Насти мучительны.
«Всегда Настя была добрая и кроткая, а тут… совсем точно ангел небесный стала. И жалкая она такая была, что смотреть на неё никак нельзя: словно тень её ходит, а её самой как нет, будто душечка отлетела».
Лесков с искренним сочувствием передал состояние Насти и во время венчания, и во время свадебного застолья. Нежная, тихая невеста и противный, с промасленными волосами, придурковатый Григорий. На свадьбе он и вовсе вёл себя не так, как подобает жениху. Глушил стаканами брагу, запускал липкие руки невесте под платье.
Утром сваха «Варька-бесстыжая» пришла будить молодых и обнаружила, что невесты нет, а жених спит полуодетый поперёк кровати. Потом Настю нашли. Она сидела на холодном полу в тёмном уголке.
Страдания Насти – это и нежеланное замужество, и худая молва о том, что она «порченая», «бесноватая»; и её скитания - попытки убежать, спрятаться от постылого мужа; и неожиданно нагрянувшая любовь к Степану, которая стала для неё новым этапом хождения по мукам.
Настя, мужнина жена, и женатый Степан решили убежать из деревни тайком, без паспортов. Убежали. Но время-то ещё оставалось крепостное. Их, беглых беспаспортных крестьян, арестовали на постоялом дворе. А дальше – постановление суда.
«Задержанных крестьян Степана Лябихова и Настасью Прокудину наказать при Н-ской городской полиции: Степана шестьюдесятью, а Настасью сорока ударами розог».
Наказание было исполнено, и последовало тюремное заточение, после которого их решили водворить на прежнее место жительства. В тюрьме у Насти родился недоношенный ребёнок.
«А ребёнок был такой маленький и худенький. Ещё в материнской утробе он заморился, и там ему было плохо; там делил с матерью её горе и мучения».
Материнство стало трагедией для Насти. Мальчик умер, а она всё обнимала тельце ребёнка. Его вырвали у неё из рук надзиратели. Потом умер от тифа Степан. И не вынес рассудок Насти нового удара. В деревне её стали называть «Настей-бесноватой», а ей всё Степан мерещился в мужчинах – чем некоторые и пользовались, да ещё хвастались своими «победами».
Лесков показал и заступников Насти. Один из них – Сила Иваныч Крылушкин. Он лечил людей бескорыстно и Насте помогал не раз, пока она не замёрзла в лесу.
Так завершилось житие одной «несчастливой бабы».
Жестокости крепостничества показаны в повести (Настю перед свадьбой выкупили у помещицы, не отличавшейся добротой, за сорок рублей, хотя сначала она требовала шестьдесят; унизительно и бесчеловечно наказали розгами Настю и Степана в остроге). Но писатель сделал акцент не на жестокостях крепостничества (как в рассказе «Тупейный художник»), а на психологической стороне жизни крепостного человека, у которого нет права любить и распоряжаться собственной судьбой.
Кроме того, Н.С. Лесков обратил внимание и на проблему бесправного положения женщины в семье, что было тоже важно и выражало гуманистические принципы русской литературы. С отменой крепостного права помещик уже не мог продать, выпороть крестьянку – закон не дозволял, но в семье женщина по-прежнему оставалась зависимой от безудержного гнева мужа. Кому как повезёт! Так что «Житие одной бабы – повесть не только о крепостных временах и нравах.
В нашей литературе признанный «певец женской доли» - Н.А. Некрасов. Но в этот ряд следует поставить и Н.С. Лескова.