Летом 2025 года в тихом селе Маршанское Каргатского района прогремел взрыв, который местные до сих пор вспоминают не как чрезвычайное происшествие, а как момент, когда привычная деревенская реальность — с печами, дровами и неспешными разговорами через забор — в одно мгновение превратилась в груду обломков, пыли и ожогов. В эпицентре оказалась пожилая женщина, находившаяся в собственном доме, который, как выясняется, стал частью газовой инфраструктуры раньше, чем к этому были готовы его стены.
По версии следствия, причиной ЧП могли стать действия сотрудников ООО «Газпром Газораспределение Томск». В отношении работников возбуждено уголовное дело по статьям о выполнении работ, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровью потребителей, а также об уничтожении чужого имущества в крупном размере. Формулировки строгие, сухие, юридически выверенные, но за ними — конкретный дом и конкретный человек, который оказался под рухнувшей крышей.
Как рассказала внучка пострадавшей Анна, газопровод в селе строился поэтапно: центральную трубу проложили, к дому бабушки подвели ответвление, однако внутри никаких работ завершено не было — ни газового котла, ни внутренней разводки, ни полноценного подключения. При этом, по словам родственницы, уличная труба оказалась заведена прямо в дом. В день взрыва пожилая хозяйка, не подозревая о возможной опасности, начала растапливать печь. Раздался хлопок, после которого потолок и крыша обрушились прямо на нее.
Женщина выжила — и это в семье называют не иначе как чудом. Она получила тяжелые ожоги лица, рук и ног, а также сложный перелом грудной клетки. Врачи, по словам родных, признали, что оперативное вмешательство на груди сопряжено с чрезмерным риском: возраст и общее состояние здоровья делают анестезию потенциально смертельно опасной. Фактически пенсионерке предстоит жить с последствиями травмы, не имея возможности пройти полноценное хирургическое лечение.
Дом, в котором она прожила долгие годы, восстановлению не подлежит — речь может идти только о новом строительстве. Однако медицинская экспертиза квалифицировала вред здоровью как средней степени тяжести, что стало для семьи неожиданностью. Не меньшим стало и предложение о компенсации, озвученное в суде: 300 тысяч рублей на восстановление дома и 200 тысяч — за причиненный вред здоровью.
По словам внучки, этих средств, по предварительным расчетам, не хватит даже на половину строительных работ, не говоря уже о полном возведении нового жилья, подключении коммуникаций и внутренней отделке. Ситуация выглядит особенно контрастно на фоне оценки ущерба, которую дали следователи при возбуждении уголовного дела: тогда разрушения были оценены в 800 тысяч рублей.
История из Маршанского поднимает сразу несколько вопросов — о безопасности при строительстве газовой инфраструктуры, о том, как именно контролируются этапы подключения частных домов к новым сетям, и о том, каким образом определяется размер компенсации в случаях, когда речь идет не только о квадратных метрах, но и о человеческом здоровье.