Найти в Дзене
Из жизни

Теневая империя депутата Вороновского. 20 млрд, как с куста. И тут блондинке взгрустнулось

Ой, вы только представьте — суд у экс‑депутата Госдумы Вороновского аж 207 объектов недвижимости и активов на более чем 20 миллиардов рублей забрал! И ещё, прикиньте, взыскал с него эквивалент стоимости имущества, которое он успел продать, — целых 95 миллионов рублей! А знаете, кем он был до того, как в депутаты от «Единой России» избраться? Служил в отделе безопасности и борьбы с коррупцией Управления Федеральной службы налоговой полиции, а потом ещё и заместителем губернатора Краснодарского края работал. Ну просто классика, да? Человек, который должен был с коррупцией бороться, сам такую теневую империю выстроил — и никто годами ничего не замечал! Или не хотел замечать? И вот я сижу и думаю: ну как так‑то? 207 объектов! Это же не какие‑то там наличные, которые в лесу закопали. Земельные участки, жилые комплексы, коммерческиездания — всё это через Росреестр проходит, через банки, налоговые инспекции, нотариусов… Каждая сделка — цифровой след, каждый рубль фиксируется финмониторингом.

Ой, вы только представьте — суд у экс‑депутата Госдумы Вороновского аж 207 объектов недвижимости и активов на более чем 20 миллиардов рублей забрал! И ещё, прикиньте, взыскал с него эквивалент стоимости имущества, которое он успел продать, — целых 95 миллионов рублей!

А знаете, кем он был до того, как в депутаты от «Единой России» избраться? Служил в отделе безопасности и борьбы с коррупцией Управления Федеральной службы налоговой полиции, а потом ещё и заместителем губернатора Краснодарского края работал. Ну просто классика, да? Человек, который должен был с коррупцией бороться, сам такую теневую империю выстроил — и никто годами ничего не замечал! Или не хотел замечать?

И вот я сижу и думаю: ну как так‑то? 207 объектов! Это же не какие‑то там наличные, которые в лесу закопали. Земельные участки, жилые комплексы, коммерческиездания — всё это через Росреестр проходит, через банки, налоговые инспекции, нотариусов… Каждая сделка — цифровой след, каждый рубль фиксируется финмониторингом. И что, никто ни разу не споткнулся на этих цифрах? Не спросил: «А откуда у вас, уважаемый, столько дворцов?»

Президент Путин как‑то сказал про какие‑то «нюансы» — ну да, нюансы, конечно. Но давайте будем честны: тут либо прокуроры с полицией в доле были, либо сверху кому‑то было выгодно этого депутата не трогать.

-2

Представьте: местный прокурор решает проверить крупного чиновника без команды сверху — и всё, карьера под откос. Потому что в регионах часто всё устроено как закрытый клуб: депутат или мэр — не просто чиновник, а часть системы распределения ресурсов. Тронешь его — нарушишь всю цепочку договорённостей.

Или ещё вариант, ещё более циничный: наверху всё видели, но не трогали, пока он был лоялен. Пока голосовал, как надо, пока выполнял свою роль — его богатство списывали на «успешный менеджмент». А как только политическая ситуация поменялась, как потерял покровителей или стал слишком жадным — вот тогда и взялись.

Дело Вороновского как зеркало: наша система, похоже, не предупреждает коррупцию, а просто зачищает последствия, когда деньги уже выведены, а ущерб нанесён. И это, честно говоря, пугает. Потому что если так происходит с экс‑депутатом, который ещё и в борьбе с коррупцией когда‑то служил, то сколько ещё таких «империй» где‑то тихо растут — и никто их не видит? Или опять же — не хочет видеть?

-3

Ваша блондинка, Анастасия Чехова.