В тот вечер Юрий пришёл с работы очень злой. Муж Ольги грохнул портфель об пол в прихожей, швырнул ключи на тумбочку, и даже дышал странно — шумно, со свистом, будто только что тащил на себе мешок цемента. Ольга выглянула из кухни, вытирая руки о полотенце, и сразу поняла: сейчас что-то будет. Но она даже представить не могла, что именно.
— Ужинать будешь? — спросила она осторожно, стараясь не наступить на мину.
Юрий не ответил. Он прошёл мимо жены в комнату, сел за стол и уставился в одну точку на стене. Ольга постояла пару секунд, пожала плечами и вернулась к плите. Ну не в настроении — с кем не бывает. Может, на работе наорали. Может, машину поцарапали. Мало ли. Пусть успокоится, потом сам расскажет.
Но когда через полчаса муж так и не вышел из комнаты, Ольга отправилась туда сама:
— Юр, — она села напротив. — Ты меня пугать решил или как? Что случилось? Рассказывай давай.
Юрий перевёл на жену тяжёлый взгляд. Помолчал. Потом выдохнул так, будто готовился нырнуть в ледяную воду:
— Оля, с завтрашнего дня у нас новый порядок.
— Какой порядок? — она даже улыбнулась, думая, что он шутит. Но улыбка быстро погасла — Юрий не шутил никогда, когда сжимал челюсть так, что желваки ходили ходуном.
— Никакого больше общего бюджета. Я буду выдавать тебе деньги раз в неделю. Фиксированная сумма. На продукты, на детей, на всё. Незапланированные траты — обсуждаем заранее.
Ольга открыла рот. Закрыла. Снова открыла.
— Чего? — наконец выдавила она. — Ты… ты с дуба рухнул?
— Я рухнул? — Юрий вдруг ожил, голос его зазвенел. — Это ты рухнула в бездну транжирства! Ты вообще видела, сколько мы в месяц тратим? Я посмотрел выписку по карте — волосы дыбом!
Ольга вскочила:
— Какая выписка?! Ты что, следить за мной решил? Мы всегда жили по-другому! Деньги общие, тумбочка общая, я никогда не отчитывалась перед тобой за каждую копейку!
— Вот именно! — Юрий тоже встал, они стояли друг напротив друга, как два боксёра перед решающим раундом. — Не отчитывалась! А деньги утекали сквозь пальцы! Ипотека стоит, кредитка висит, а ты…
— А что я? — перебила Ольга, чувствуя, как закипают слёзы обиды. — Я, по-твоему, на бриллианты трачу? На шубы? Я на детей трачу! На еду! На твои же потребности!
— На еду?! — Юрий схватил со стола какую-то бумажку, видимо, приготовленную заранее. — Ты посмотри: позавчера суши на тысячу двести! Вчера пицца! А дома холодильник ломится? Нет! Потому что ты готовить не хочешь, тебе проще заказать!
— Я устаю! — закричала Ольга. — Я работаю, я детей туда-сюда вожу, я с ними уроки делаю, я стираю, глажу, убираю! А ты приходишь, ешь и на диване лежишь!
— И что мне теперь, нобелевку дать тебе за то, что ты обычными бабьими делами занимаешься? Я между прочим работаю и деньги в дом приношу! — Юрий скрестил руки на груди. — И зарабатываю, между прочим, больше тебя. Мои деньги… — Юрий не договорил, а уставился на жену.
Ольга в этот момент замерла и вздрогнула, как-будто ее окатили ледяной водой.
— Ах, твои деньги? — тихо спросила она. Голос её дрожал. — Твои, значит? А то, что я работаю и делаю дома, это так, баловство? Бесплатное приложение к твоей зарплате?
— Я этого не говорил.
— Ты это сказал!
Они стояли и тяжело дышали. Из коридора донёсся голос Максима:
— Мам, пап, вы чего орёте? Соседи слышат.
Ольга махнула рукой, мол, иди отсюда, не лезь. Максим вздохнул и ушёл в свою комнату, громко хлопнув дверью. Юрий сел обратно за стол, закрыл лицо руками. Ольга осталась стоять.
— С чего это вдруг? — спросила она уже спокойнее, пытаясь понять. — Что случилось сегодня? Ну не мог ты сам до такого додуматься. Кто тебе в уши надудел?
Юрий убрал руки от лица. Посмотрел на неё устало.
— Тамара Петровна.
— Кто?
— Тамара Петровна, с работы.
— Тамара… Петровна — Ольга вдруг расхохоталась. Нервно, истерично. — Ты слушаешься советов бабы, которая сидит на одном месте тридцать лет, мужа у неё нет, детей нет, жизни нет? Которая только и умеет, что в чужие дела нос совать? Ты серьёзно?
— Не смей! — Юрий стукнул кулаком по столу. — Тамара Петровна мудрая женщина! Она всю жизнь в коллективе, она людей видит насквозь!
— Она видит насквозь, как бы кому перемыть косточки! — Ольга перестала смеяться. — Я знаю эту породу. Она одинокая, несчастная женщина, у которой нет своей семьи, и она лезет в чужие, потому что хоть там почувствовать себя важной! И ты, взрослый мужик, повелся!
— Она сказала, что у них в семье так было, — упрямо гнул своё Юрий. — Муж контролировал бюджет, и они всё нажили, квартиру, дачу, машину.
— А где сейчас тот муж? — прищурилась Ольга. — С ней? Или сбежал от такой экономии к той, с кем можно жить, а не отчитываться за каждый батон?
Юрий промолчал.
Ольга подошла к столу, взяла тетрадь, которая лежала перед мужем на столе, пролистала. Пустая.
— И что? Я теперь буду ходить к тебе с чеком, как в бухгалтерию? — спросила она. — "Дорогой, вот, купила молоко, запиши" ?
— Зачем с чеком, — буркнул Юрий. — Просто записывай сюда. Чтобы я понимал, сколько уходит, и хватает ли тебе.
— Хватает ли мне? — Ольга покачала головой. — Ты сейчас серьёзно? Ладно.
Она вышла из комнаты. Юрий услышал, как она что-то говорит Максиму, потом зашла в спальню и закрыла дверь. Он остался один со странным чувством, что разговор пошёл не по плану, но отступать было нельзя. Он же глава семьи. Он должен принимать решения.
Тамара Петровна сказала: "Юрочка, берите бразды правления в свои руки. Женщины любят сильных мужчин, которые умеют считать деньги. А ваша Оля, я смотрю, девочка молодая, ей бы только тратить. Вы её направьте, она и спасибо скажет". И он представил: Ольга скажет спасибо. Ольга поймёт, какой он хозяйственный. Ольга будет благодарна, что он взял на себя эту ответственность. Если разумно экономить, они выплатят быстрее ипотеку, поедут к морю. Да… да, Ольга точно потом еще и спасибо скажет!
Утром Ольга не разговаривала с ним. Собрала детей, уехала. Юрий ушёл на работу с твёрдым намерением вечером начать новую жизнь. Но вечером началось не то, что он ожидал.
Когда он вернулся, в квартире было темно. На кухне пусто. Холодильник работал, но внутри — шаром покати. Молоко закончилось вчера, хлеба нет, колбасы нет, яиц нет. Даже масла нет. Юрий постоял перед открытым холодильником, как перед пропастью.
— Оля? — позвал он.
Тишина. Он прошёл в спальню. Ольга лежала на кровати с телефоном.
— Оль, а чего ужина нет?
— А ты не видишь? — она даже не оторвалась от экрана. — Интернет не работает. Не оплачен.
— Как не оплачен? — Юрий похолодел. — Ты же всегда оплачиваешь.
— Я? — Ольга подняла бровь. — Ах, ну да, я. Раньше я. Но теперь-то финансы в твоих руках. Я же не могу распоряжаться деньгами без спроса. Ты мне ещё не выдал недельную норму.
Юрий почувствовал, как пол уходит из-под ног.
— Оль, хватит дурить.
— Я дурю? — она села на кровати. — Это ты вчера объявил новую эру. Я просто подчиняюсь. Раз я транжира и не умею экономить, то лучше я вообще ничего тратить не буду. Пусть экономит тот, кто умеет.
В кармане пиликнул телефон. Юрий достал, посмотрел. Перевод от Ольги: "10 000 на неделю. Трать экономно, милый".
— Ты чего? — он поднял глаза.
— А что? — Ольга пожала плечами. — Мы же договорились. Ты хозяйствуешь. Вот тебе бюджет. Коммуналку оплати, продукты купи, кружки, детей корми, в школу сборы, колготки Маше, кроссовки Максу. И не забудь всё записывать в тетрадь. Может, я и вправду много выделяю. Проверим.
— Ольга!
— Иди в магазин, Юра, — она снова легла и уткнулась в телефон. — Дети голодные. И мне чипсы с колой захвати. Я сериал смотрю.
В комнату заглянул Максим:
— Мам, а деньги на карманные расходы?
— К папе, — отмахнулась Ольга, не глядя. — У нас теперь папа главный казначей.
— Пап? — Максим перевёл взгляд на отца.
Юрий стоял, сжимая телефон, и чувствовал себя полным идиотом. Но отступать было поздно.
— Щас, сын, — выдавил он. — Я в магазин. Потом решим.
Он вышел из квартиры, и дверь за ним закрылась с тихим, но зловещим щелчком.
Первые два дня Юрий держался героем. Он оплатил коммуналку через приложение, долго матерился, разбираясь, где какая квитанция, но оплатил. Купил продуктов, стараясь выбирать подешевле, без всяких там сыров и дорогой колбасы. Обычный набор: макароны, картошка, курица, сосиски, хлеб, молоко. За вечерними покупками он столкнулся с проблемой выбора: брать сыр за 900 или за 500? Взял за 500. Подумал, что Ольга и такой съест. Ольга не съела.
— Это что? — спросила она, разглядывая ломтик жёлтого пластика на бутерброде.
— Сыр, — не понял Юрий.
— Это сырный продукт, — вздохнула Ольга. — Он, как резина. Ладно, проехали. Есть будем то, что есть.
На третий день Юрий понял, что десять тысяч — это смешные деньги. Потому что во вторник у Маши в садике сказали сдавать на подарки к Восьмому марта. Тысяча. В среду в школе у Максима — на цветы учителям — пятьсот. В четверг порвались кроссовки у Максима. Пришлось покупать новые. Самые дешёвые, за две с половиной тысячи, но Юрий всё равно покрылся холодным потом, когда пробивал чек.
В пятницу утром он открыл кошелёк и обнаружил там две тысячи и мелочь. До следующей среды — пять дней.
— Пап, а Маше колготки нужны, — сказал Максим за завтраком. — Она вчера порвала последние в садике. И куртка у неё весенняя мала.
Юрий посмотрел на Ольгу. Ольга пила чай и делала вид, что её это не касается.
— Оля…
— А? — она подняла глаза. — Что-то случилось? Ты что-то хотел спросить?
Юрий сглотнул. Молча встал и пошёл в ванную. Достал из-за стиральной машины заначку, которую копил на рыбалку. Пять тысяч. Пересчитал. Пять дней. Колготки, куртка, еда. Рыбалка откладывается.
Он заплакал. Тихо, чтобы никто не слышал.
В субботу утром он собрал детей и поехал на рынок за курткой. Колготки купил в переходе, по акции "три пары по цене двух". Маша надела их сразу и через час порвала одну пару, спускаясь с горки во дворе. Юрий смотрел на дыру на коленке и думал, что это дыра в его бюджете, в его нервах, в его представлении о том, как легко управлять семьёй.
Вечером он сидел на кухне и заполнял тетрадь. Расходы за неделю: продукты — 7200, коммуналка — 10 000, садик — 1000, школа — 500, кроссовки — 3000, колготки — 600, куртка — 2500, карманные Максу — 500. Итого: 25 300 рублей. А он получил от Ольги десять. Остальное — его заначка и остатки зарплаты, которые он не успел положить в общую тумбочку.
Ольга зашла на кухню, налила себе чай, заглянула в тетрадь.
— Ого, — сказала она без удивления. — Многовато. А ты говорил, я транжира.
— Оля, — Юрий поднял на неё глаза. В них была такая усталость, что Ольга даже испугалась. — Я не справляюсь.
— Не справляешься? — она села напротив. — Так, может, не надо было ломать то, что работало? Мы всегда как-то жили. Ипотека платилась, дети сыты, ты не знал, сколько стоят колготки, и тебе было хорошо.
— Тамара Петровна сказала…
— А плевать я хотела на твою Тамару Петровну! — вдруг вспыхнула Ольга. — Ты с ней живёшь или со мной? Она тебе постель греет? Она тебе детей рожала? Она с тобой ночами не спит, когда у Максима температура? Она сопли Маше вытирает? Нет! Это я! А ты пришёл и решил, что какая-то одинокая баба, у которой вся жизнь — чужие разговоры, знает лучше, как нам жить!
Юрий молчал.
— Ты хоть понимаешь, — продолжала Ольга, — что она тебе посоветовала только потому, что ей скучно? Потому что ей хочется чувствовать себя значимой? Она же никому не нужна, Юра. У неё нет своей семьи, вот она и лезет в чужие. Разжигает конфликты, даёт "мудрые" советы, чтобы её слушали. А ты, дурак, повелся!
— Я не дурак, — тихо сказал Юрий.
— Дурак, — отрезала Ольга. — Но я тебя такого дурака почему-то люблю. Ладно, с завтрашнего дня всё возвращаем. Я беру бюджет обратно. А ты…
— А что я? — он поднял голову.
— А ты иди и скажи своей Тамаре Петровне, чтобы занималась своей жизнью. Посоветуй ей замуж выйти. Или собаку завести. Или вязать научиться. Но в нашу семью больше не лезть. Понял?
Юрий кивнул.
В воскресенье Ольга сама сходила в магазин, накупила всего, что любит семья: хороший сыр, фрукты, йогурты, мясо на котлеты. Заправила полный холодильник. Оплатила интернет. Погладила Маше колготки. Юрий сидел в комнате и смотрел на неё, как побитая собака смотрит на хозяина, который принёс миску.
— Оль, — сказал он вечером, когда дети уснули. — Прости меня.
— За что? — она удивилась искренне.
— За эту дурацкую неделю. За то, что повёл себя как ид..от. За Тамару Петровну.
— А, это, — Ольга махнула рукой. — Забудь. Ты главное запомни: семейный бюджет — это не про контроль. Это про доверие. Я не транжира, я просто живу. И если нам нужно экономить, давай сядем и вместе решим, на чём. А не так, чтобы один командовал, а второй отчитывался.
— Договорились, — Юрий обнял её.
— И ещё, — Ольга высвободилась и посмотрела ему в глаза. — В следующий раз, когда кто-то на работе начнёт учить тебя жизни, спроси сначала: а у самого-то у него как? У счастливых людей нет времени лезть в чужие семьи.
Утром в понедельник Юрий пришёл на работу. Тамара Петровна уже сидела на своём месте, пила чай с бубликом и стреляла глазами по сторонам:
— Вера, у Вас новые сапоги? Откуда деньги на такие с нашей-то зарплатой? – деловито спросила Тамара Петровна у секретаря директора.
Увидев Юрия, она расплылась в улыбке:
— Юрочка, ну как там дома? Послушались моего совета? Оценила жена вашу хозяйственность?
Юрий подошёл к её столу. Остановился. Посмотрел на неё сверху вниз. Тамара Петровна замерла с бубликом у рта.
— Тамара Петровна, — сказал Юрий громко, так, чтобы слышали в отделе. — У меня к вам предложение.
— Какое? — она насторожилась.
— Замуж вам надо, — сказал Юрий. — Серьёзно. Займитесь наконец экономией в собственной семье. Если она у вас будет. А в мою семью больше не лезьте. Пожалуйста.
В отделе повисла тишина. Кто-то поперхнулся кофе. Кто-то уткнулся в монитор, пряча улыбку. Тамара Петровна побагровела, потом побледнела, потом снова побагровела.
— Юра, — начала она. — Я же от души…
— Я знаю, — перебил Юрий. — Вот и я от души. Искренне желаю вам личного счастья. Чтобы было кому бублики по утрам приносить. А мы с Олей как-нибудь сами разберёмся.
Он развернулся и пошёл к своему столу. Сзади слышалось нервное шуршание и сдавленные смешки. Тамара Петровна сидела, уставившись в одну точку, и бублик в её руке медленно крошился.
Вечером Юрий пришёл домой с цветами. Ольга открыла дверь, удивилась, улыбнулась.
— Это ещё зачем?
— Просто так, — сказал Юрий. — Потому что ты у меня самая лучшая. И потому что я хочу, чтобы ты знала: я тебе доверяю.
Ольга взяла цветы, понюхала.
— Учти, — сказала она, — цветы — это неэкономно. Мог бы купить макароны на эти деньги.
— А я сегодня зарплату получил, — подмигнул Юрий. — И немного оставил сверху. На цветы для самой лучшей жены.
Из комнаты выбежали дети, повисли на отце, и вечер пошёл своим чередом: шумный, суетливый, с уроками, с разбросанными игрушками, с запахом котлет из кухни. Обычный семейный вечер. Который стоит всех денег мира.
А через неделю в отделе узнали, что Тамара Петровна зарегистрировалась на сайте знакомств. Говорят, даже ходила на свидание. Правда, неудачное. Но это уже совсем другая история…
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце каждой недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц. Так же, жду в комментариях ваши истории. По лучшим будут написаны рассказы!
→ Победители ← конкурса.
Как подисаться на Премиум и «Секретики» → канала ←
Самые → лучшие, обсуждаемые и Премиум ← рассказы.