В Красную Армию в первые десятилетия Советской власти брали далеко не всех. Имеется в виду — из мужской, здоровой и молодой части населения. Не брали, например, бывших купцов, дворян, священников... Вообще всех «бывших». Армия не случайно называлась — Рабоче-Крестьянская Красная Армия (РККА).
Это иллюстрирует карикатура 1930 года:
Военный комиссар указывает на выход кулаку (богатому крестьянину), который вздумал пойти служить в РККА. Кулак (или кулацкий сынок) убирается вон. Из кармана у него, между прочим, торчит молитвенник или иная духовная литература с изображением креста на переплёте.
Кстати, верующих, религиозные взгляды которых запрещали военную службу, на службу в РККА тоже не брали. Но за это им уже надо было побороться самим. В случае успеха им выдавали вот такое удостоверение:
Обложка свидетельства об освобождении от военной службы в Красной Армии по религиозным убеждениям. Вверху рукой, очевидно, военного комиссара написано: «Взять на учёт как религиозника». 1920-е
Как до этого обстояло дело с «религиозниками» (хотя слова такого не было), не желающими служить в царской армии? Их просто, не интересуясь их мнением, отправляли служить, а затем осуждали на 6-7 лет дисциплинарного батальона за неподчинение приказам командиров. Так, в одной из станиц Терской области была построена большая крепость для исправления непокорных и провинившихся солдат, и в этой крепости над молодыми духоборами производились всякого рода издевательства: их мучили голодом, били кулаками и прикладами ружей, секли розгами и сажали в холодные карцеры. Многие погибали в этих условиях. В 1899 году семь с половиной тысяч духоборов переехали в Канаду — после того, как множество из них погибли, не выдержав наказаний за отказ от воинской повинности.
Впрочем, «образованным», не желающим служить, могли сделать скидку и пойти навстречу: определить на службу, не связанную с ношением оружия, или признать негодными к строевой службе, или, наконец, отправить в сумасшедший дом, что тоже считалось большой милостью. Владимир Григорьевич Чертков, ближайший друг и единомышленник Льва Толстого, в 1896 году написал обо всём этом статью «Напрасная жестокость», которую прочитали царю Николаю II. После этого отказчиков стали карать мягче: «всего-навсего» ссылать на 18 лет в Якутскую губернию. Это было, безусловно, большое смягчение по сравнению с дисциплинарным батальоном.
Немало отказчиков от военной службы появилось после начала Первой мировой войны. По неполным официальным данным, было осуждено 837 человек, 370 из которых составляли баптисты и евангельские христиане. В царских судах они получали приговор к расстрелу, заменённому пожизненной каторгой.
И вот на этом фоне, в разгар шедшей в России гражданской войны, 4 января 1919 года в РСФСР появился подписанный Лениным Декрет «Об освобождении от воинской повинности по религиозным убеждениям». «Когда этот декрет был распубликован, — писал один из его авторов и вообще «покровитель» сектантов большевик Владимир Бонч-Бруевич, — он произвёл большое впечатление. Заграничная пресса его с изумлением перепечатала. Всюду писали о величайшей гуманности Советской власти, проявившейся в этом декрете». Сейчас могут сказать: этого мало, надо право на отказ по любым убеждениям, не только религиозным. Но тогда это выглядело небывалым шагом прогресса...
Только в 1919—1920 годах правом на отказ воспользовалось не менее 8000 человек. При этом упоминавшийся выше толстовец Чертков выдавал справки о религиозных пацифистских убеждениях вообще любому человеку, не интересуясь, толстовец он или кто-то ещё, и выдал так тысячи справок. Он говорил, что всякий человек может быть по-своему религиозным. А к справкам Черткова советские суды в годы революции относились с полным уважением...
В 1920-е годы вокруг права на отказ от воинской службы шла борьба, с конца 20-х годов отказчикам стали определять службу, не связанную с ношением оружия, и вообще всячески усложнять отказ. Окончательно право на отказ от воинской службы в РККА было отменено в 1939 году, с той мотивировкой, что за несколько предыдущих лет ни один призывник в СССР не воспользовался этим правом.
Ну, а всё-таки, возвращаясь ко всевозможным «бывшим»: не досадно ли было рабочим и крестьянам идти на фронт рисковать жизнью и умирать за красную республику, когда буржуи, попы, бывшие помещики и прочие богатеи оставались в тылу, в покое и относительной безопасности?
Что ж, их тоже привлекали к общественным обязанностям: заставляли мести улицы, например, чистить снег. Об этом весёлая открытка Дмитрия Моора:
Дмитрий Моор (1883—1946). Почтовая открытка «Мобилизация буржуазии. Пролетарий — под ружьё, буржуй — под метёлку»
При наступлении белых могли мобилизовывать на тыловые работы — рыть окопы, строить баррикады.
Поэтесса Зинаида Гиппиус записала в дневнике в октябре 1919 года, когда на Петроград наступал генерал Юденич:
«26 октября, воскресенье. Рука не подымалась писать. И теперь не подымается. Заставляю себя. Вот две недели неописуемого кошмара. Троцкий дал приказ: «Гнать вперед красноармейцев» (так и напечатал «гнать»), а в Петербурге копать окопы и строить баррикады. Все улицы перерыты, главным образом центральные. Караванная, например. Роют обыватели, схваченные силой. Воистину ассирийское рабство. Уж как эти невольники роют – другое дело. Не думаю, чтобы особенно крепки были правительственные баррикады, дойди дело до уличного боя».
Занятно. Значит, когда три с половиной года рабочих и крестьян, под угрозой расстрела, гнали на немецкие и австрийские штыки и колючую проволоку, заставляли рыть окопы под обстрелами неприятеля, г-жа Гиппиус это всецело одобряла и поддерживала, никакого «неописуемого кошмара» и «ассирийского рабства» в подобном не замечала в упор. А вот когда буржуазную публику попросили построить в городе баррикады и выкопать окопы — причём не под бомбами и снарядами, а в безопасности — тут-то и наступили «неописуемый кошмар» и «ассирийское рабство».
Кстати, позднее, в эмиграции, эта самая Гиппиус вместе с мужем Дмитрием Мережковским поддерживала Муссолини. При фашизме, само собой, тоже никакого кошмара не наблюдалось, всё было в порядке. :)
ПРИМИТЕ ДЕЯТЕЛЬНОЕ УЧАСТИЕ В РАБОТЕ БЛОГА