Да будет понедельник
Кадр с высоты птичьего полета на Манхэттен. Раннее утро, солнце только встает.
Текст (врезка): «В Нью-Йорке восемь миллионов историй. И почти все они начинаются с того, что звонит чертов будильник.»
Тесная квартира в Куинсе. Питер Паркер лежит на кровати лицом в подушку. На тумбочке дрожит телефон, показывая пропущенные уведомления о долгах за интернет.
Питер (мысли): «Я спас город три раза до завтрака во вторник. А в понедельник утром я просто Питер — парень, который должен 40 баксов за Wi-Fi, чтобы искать работу.»
Питер на кухне. Тетя Мэй наливает ему кофе. Она выглядит обеспокоенной.
Тетя Мэй: Дорогой, Фонд «Фелстид» снова прислал письмо. Они говорят, что грант на твоё обучение под вопросом, если ты не сдашь отчёт по практике до пятницы.
Питер (отпивая кофе, наигранно бодро): Практика? Мэй, я практикуюсь в искусстве избегать разъяренных парней с металлическими руками каждый вечер. Это считается?
Тетя Мэй (вздыхает): Боюсь, им нужны документы, а не синяки.
Искусство на стенах
Школьный двор «Средней школы Мидтауна». Питер пробирается сквозь толпу учеников, уткнувшись в ноутбук.
Он замечает толпу у стены. Там стоит девушка с баллончиком краски в руках, Мия. Она заканчивает огромное граффити — стилизованного феникса из компьютерных микросхем.
К Мии подходит здоровенный охранник.
Охранник: Эй, Васкес! Директор сказал, что это закрасят к обеду. Искусство здесь не одобряется.
Мия (спокойно, не оборачиваясь): Это не искусство. Это системный сбой в серой стене реальности. Чините.
Толпа смеется. Питер подходит ближе, заинтересованный. Рядом с ним оказывается парень в очках с толстыми линзами — Алексей Система.
Алексей (тихо, Питеру): Она крутая. Её брат работает в «Оскорп», в отделе нано-хирургии. Она говорит, они там какую-то фигню мутагенную разрабатывают для «регенерации тканей».
Питер (напрягается): Регенерации тканей? Звучит безобидно.
Алексей: Ага, пока не прольешь её на таракана. Слушай, ты же Паркер? Ты шаришь в химии? Поможешь с лабой? Мой старик с завода приносит домой странные образцы, я хочу проверить состав...
Вечерняя смена
Ночь. Крыша небоскреба «Оскорп». Человек-паук сидит на самом краю, болтая ногами. Внизу — огни города.
Паук (вслух, сам себе): «Отчёт по практике. Лабораторные Алексея. Долги Мэй. И где-то там, внизу, парень в маске Носорога громко топает, требуя внимания. Идеальный баланс.»
Внизу, на улице, происходит ограбление инкассаторской машины. Здоровенный мужик в бронежилете и шлеме (Носорог) вырывает дверь машины.
Паук падает сверху, приземляясь на капот машины.
Паук: Йо, Ринно! Новый шлем? Очень матовый, подчеркивает ширину твоих... заблуждений насчет того, что ты можешь здесь взять.
Носорог (Алексей О'Хирн): Мелкий! Уйди по-хорошему! Мне заплатили, чтобы я устроил шум, пока основные парни работают наверху!
Паук: Наверху?
Паук поднимает голову. На крыше «Оскорп» (того самого здания, где он только что сидел) взрывается свет и гаснет. Силовая установка идет вразнос, по стенам бегут зеленые разряды.
Паук: О нет... Лаборатория Алексея. Образцы его отца.
Точка кипения
Панель 1: Паук быстро окутывает Носорога паутиной, примотав его к фонарному столбу.
Паук: Извини, приятель, шоу «Разрушители легенд» переносится. У меня пожар!
Паук влетает в разбитое окно лаборатории «Оскорп». Внутри дым и хаос. Несколько человек в халатах лежат без сознания. Огромная стеклянная камеда разбита, из нее сочится светящаяся зеленая жижа.
В центре лаборатории стоит... Мия. Но не та спокойная девушка. Её глаза светятся зеленым, а кожа покрыта цифровыми разводами, как ожившая схема. Она смотрит на свои руки.
Мия (голос искажен): Они вкололи это моему брату... Сказали, что это чип для слежки за сотрудниками... А это... это вирус. Он переписывает код клеток.
Паук (медленно подходя): Мия? Ты меня слышишь? Ты не вирус. Ты та, кто рисует фениксов на стенах.
Мия вскидывает руку, и из её пальцев выстреливает не паутина, а пучок цифровых помех, который отбрасывает Паука к стене, вырубая всю электронику в его костюме (линзы в маске гаснут на секунду).
Мия: Фениксы сгорают, Паук. А потом возрождаются... из пепла системы.
Слабое место системы
Паук уворачивается от новых импульсов, используя паучье чутье. Он прыгает по стенам, пытаясь говорить.
Паук: Слушай, я знаю одного парня из «Баскер Кинг»! Он специалист по нежелательным генетическим модификациям! В смысле, у него тоже были проблемы с... множеством рук!
Мия создает вокруг себя поле, которое искажает реальность — стены начинают «глючить», на них проявляются старые граффити, которые она рисовала, а потом перекрываются пикселями.
Мия: Ты не понимаешь! Я всегда была невидимой! А теперь меня видно! Я могу взломать всё!
Паук ловит её за руку. Она пытается вырваться, но он крепко держит.
Паук: Быть видимым — это переоцененная фишка, поверь моему опыту. Меня видят все. В основном, когда я в трусах прилипаю к стене после того, как порвался костюм. Но быть увиденным и быть нужным — разные вещи. Твой брат жив? Он тебя увидит?
Мия замирает. Зеленый свет в её глазах мерцает.
Мия: Он... он в больнице. Они сказали, что он не очнется.
Паук: Покажи мне, где он. Вместе мы найдем способ. Я обещаю. А пока... давай-ка я попробую тебя обезопасить. У меня как раз есть парочка старых тетрадей по химии. И один очень умный друг, Алексей, который задолжал мне анализ.
Новая паутина
Та же школьная стена. Прошла неделя. Граффити с фениксом из микросхем всё еще здесь. Рядом с ним появилась маленькая красная фигурка Человека-паука, сидящего на паутине, нарисованная так, будто он качается прямо на хвосте феникса.
Мия стоит перед стеной. К ней подходит Питер с рюкзаком.
Питер: Не закрасили?
Мия: Не закрасили. Директор сказал, что это «поднимает дух айти-класса». Спасибо за тот совет... с отцом Алексея. Он помог стабилизировать мутацию.
Питер: Мы, пауки, должны держаться вместе. Кстати... Тот парень в красном на твоем рисунке... у него попа великовата.
Мия (впервые улыбается): Это не попа. Это мешок для мусора. Ты слишком много о себе думаешь, Паркер.
Питер замирает.
Питер: В смысле? Я не говорил, что это я!
Мия (подмигивает): Ты не говорил. А стены — говорят. Я же вижу мир в кодах и красках, помнишь? Твой код — чистый героизм, замешанный на хроническом недосыпе.
Они идут по коридору. На заднем плане Алексей машет им рукой, держа в другой руке пробирку с безопасным, судя по всему, раствором.
Паук (мысли): «Нью-Йорк — город восьми миллионов историй. Теперь в моей сети появилась новая нить. Девочка, которая видит сквозь маски. Программист, который варит зелья. И куча долгов, которые никуда не делись. Но пока надо мной есть крыша, под ногами — асфальт, а в груди — этот дурацкий зуд ответственности... я справлюсь.»
Финальный кадр: Человек-паук, сидящий на шпиле Крайслер-билдинг на закате. Рядом с ним на перилах сидит маленькая птичка (отсылка к фениксу). Он смотрит на город и улыбается под маской.