В смысле, пустые поликлиники.
Пустые полки – слишком болезненно для нас с вами, поэтому их-то заполнять будут до последнего. Хоть картофельными очистками на пальмовом масле, но будут (еще хорошо указывать, что подходит к концу срок годности и скидка сорок процентов). А вот чтобы в каждом кабинете в поликлинике сидел бы свой врач, да еще бы и запись была свободная – такого не сделают точно. Потому что народ поворчит-поворчит, да и будет ездить в соседний райцентр к нужному специалисту. Или ждать, что через три месяца на полустанке опять сделает остановку поезд-поликлиника.
Почему вдруг увольняются врачи в поликлинике или в районной больнице – кто-нибудь интересовался? Кто-нибудь, узнав, что в ЦРБ уволился единственный анестезиолог, сходит к главврачу и спросил напрямую, кто «нарисовал» доктору четыре лишних бесплатных дежурства, кто нагрел его с выплатами? Почему доктору пять лет назад обещали квартиру, а вместо этого уже два года не выплачивают компенсацию в 50% на съем жилья?
Нет, никто из пациентов не интересовался. Узнали постфактум, развели руками и стали ждать, что кого-нибудь пришлют по распределению.
Ну, значит и дальше так будет.
В том, что врачей в провинции нет, виновата принимающая сторона, а не сами доктора. Рыба ищет, где глубже, человек – где лучше, осталось только сделать, чтобы было лучше. Виноват в том, что доктор уволился и уехал, не соседний регион, который пообещал квартиру – виноват ваш, который квартиру не дал.
Сейчас мне возразят, что мол, в Советском Союзе было распределение. И мол, ничего. Приезжали, работали. Кто-нибудь обязательно добавит – мол, в нашем поселке был и роддом, и больничка, и аж двое участковых терапевтов. Добавлю – в Советском Союзе про распределение еще и книжки писали, и кино снимали. Перечитайте, только не надо следить за сюжетом – его вы знаете. Читайте между строк. Обращайте внимание на бытовые детали.
Как проходило распределение?
Приезжали «покупатели» и разговаривали с выпускниками. Выясняли, что они хотят. Были готовы инвестировать в будущее (что, кстати, никогда не было сильной стороной советской медицины). Хочешь ординатуру? – Устроим. Хочешь кандидатскую защитить? – Поговорим с кем надо, материал наберешь за пару лет легко.
И да, тогда выпускники не требовали в первую очередь квартиру или высокую зарплату. По крайней мере, ставили их не на первое место. А вот нынешние…
Не поверите – «нынешние» такие же.
Я несколько раз собеседовал молодых коллег и быстро понял, что требования их к работе всегда примерно одинаковые.
- У меня ординатура, можно учесть это при составлении графика?
- Вы будете отпускать меня на курсы повышения квалификации?
- Я хочу освоить FESS (functional endoscopic sinus surgery). Вы поможете мне оплатить курсы?
- На каком оборудовании я буду работать?
- Из чего будет складываться моя заработная плата?
Как видите, молодые врачи ожидают, что работодатель будет вкладываться в их профессиональный рост – ну или хотя бы не мешать ему. А вопрос о зарплате (заметьте – не «сколько?» а «как?») стоит у них на последнем месте.
Современное «распределение» идет по принципу, который как-то сформулировал один рыжий бывший доцент кафедры экономики: «схватить, поделить и быстро съесть». Врачей будет побольше, ценою подешевле, и ненадолго. Через положенные три года присланные по распределению малоопытные терапевты уйдут. Уйдут туда, где работодателю не будет безразлична их квалификация. Уйдут не столько за деньгами, сколько за карьерой.
И правильно сделают.
И знаете что?
Попробуйте как-нибудь зайти к главврачу вашей поликлиники и спросить – а почему у нас нет кардиолога? Офтальмолога? Отоларинголога? Спросите, пусть понервничает. Под лежачий камень вода не течет, знаете ли. А главврач – не мэр, вам за него ничего не будет. Просто пусть знает, что вам не наплевать.