Телефон зазвонил в семь утра. Мэт спал всего ничего. Всю ночь он дорисовывал схемы для Мендеса, хотя и не надеялся, что они пригодятся. Теперь экран светился именем, которое он вбил вчера с замиранием сердца. Рука сама собой потянулась к телефону. Мэт взглянул на экран, секунду поколебался, а потом принял вызов.
— Да!
В трубке повисла пауза, а потом раздался голос. Уже не надменный, а сдержанно уважительный:
— Парень... Мэт. Это Мендес. Я просмотрел твои расчёты ещё раз со своими аналитиками. Знаешь, что они сказали? Такие цифры невозможно получить без доступа к внутренней отчётности. Откуда у тебя эти данные?
Мэт молчал.
— Ладно, — продолжил Мендес. — Можешь не отвечать. Приезжай сегодня в одиннадцать. Обсудим детали. Ты прав, я был... поспешен.
— Во сколько? — спросил Мэт, хотя слышал отлично.
— В одиннадцать. Жду.
Отбой. Мэт положил телефон на ящик и посмотрел на разбросанные бумаги. Потом взял ручку и в блокноте, где записывал важные мысли, вывел аккуратными печатными буквами:
«Никогда не проси, а предлагай так, чтобы отказ стоил дороже согласия».
Он перечитал ещё раз и кивнул сам себе. Закрыл блокнот.
День пролетел как во сне. В одиннадцать он уже был в офисе Мендеса, подписал контракт и получил аванс. Суммы контракта хватило бы его семье на год. Он вышел на улицу, чувствуя плотный конверт, который грел грудь под рубашкой.
Вечером он вернулся в фавелу. Солнце садилось за холмы, окрашивая небо в багровые тона. Мэт шёл по знакомой улочке, вдыхая привычные запахи жареного мяса как вдруг услышал крики.
Свернул за угол и увидел, как двое мужчин ростовщиков из города в дешёвых, но чистых рубашках с золотыми перстнями на пальцах, избивали старика Педро. Тот лежал на земле, закрывая голову руками. Они пинали его по бокам, спине и лицу.
— Не лезь, щенок! — рявкнул один, заметив Мэта. — Он должен нам, мы имеем право!
Мэт замер. Посмотрел на старика. Педро всегда был добр к нему. Он давал хлеба или просто говорил мудрые вещи. Сейчас его лицо превратилось в кровавое месиво, но он молчал, стиснув зубы.
Внутри Мэта всё вскипело. Кулаки сжались сами собой. В голове щёлкнуло расчётливое: "Не лезь. Ты против двоих. У них ножи. Даже если вмешаешься, то это никому не поможет"
Он сделал шаг назад. Потом ещё один. Ростовщик усмехнулся и вернулся к избиению. Мэт не смотрел. Он развернулся и быстро пошёл прочь за угол, где его не было видно. Только там он остановился и прислонился к стене, пытаясь поймать сбившееся дыхание.
Достал телефон и сфотографировал машину ростовщиков. Это был старый «шевроле» с номерами другого штата. Запомнил лица. Приметил, как они одеты и что говорят. Открыл свой блокнот и заново перечитал правило :«Никогда не проси, а предлагай так, чтобы отказ стоил дороже согласия».
Мэт пересмотрел свои записи. Там были не только цифры Мендеса, но и долги ростовщиков. Кто, сколько и под какие проценты берёт деньги. Он собирал эту информацию месяцами, сам не зная зачем. Теперь знал.
Мэт убрал телефон. Выпрямился и пошёл в сторону лачуги, где его ждал ужин. В голове уже крутилась новая схема как усмирить ростовщиков.
— Я только что заключил сделку с нефтяным магнатом, но настоящая проверка моего правила ждала там, где отказ стоил старику жизни!
Мэт Коллинз, много лет спустя