В глубокой тёмной канализации жил монстр. Нет, не крокодил. Хуже. Жир.
Огромный ком застывшего масла, который годами сливали в раковину жильцы многоэтажки. Жир рос, толстел, обрастал тряпками и зубными щётками. Он стал королём подземелья.
Однажды сантехник дядя Петя спустился в коллектор и увидел эту гору.
— Твою ж дивизию, — сказал дядя Петя. — Да тут целое месторождение!
В глубокой тёмной канализации жил монстр. Нет, не крокодил. Хуже. Жир.
Огромный ком застывшего масла, который годами сливали в раковину жильцы многоэтажки. Жир рос, толстел, обрастал тряпками и зубными щётками. Он стал королём подземелья.
Однажды сантехник дядя Петя спустился в коллектор и увидел эту гору.
— Твою ж дивизию, — сказал дядя Петя. — Да тут целое месторождение!
—Не трогай меня, — зарычал Жир голосом всех обедов за пять лет. — Я здесь хозяин. Пока вы ели шашлыки и мыли сковородки, я копил силы. Теперь я вас.
—А вот фигушки, — сказал дядя Петя и достал гидродинамическую установку.
Битва была страшной. Но Жир проиграл. Потому что против науки не попрёшь.
Мораль: Жир в раковине = монстр в подвале. Не корми чудовищ.