Директору Департамента государственной политики и регулирования в сфере охраны, использования объектов животного мира и развития охотничьего хозяйства Минприроды России
Арамилевой Т.С.
От: Парфирьева Максима Анатольевича
Копия: Министру природных ресурсов и экологии РФ
Козлову А.А.
Копия: Генеральному прокурору РФ
Гуцану А.В.
Копия: Председателю Следственного
комитета РФ
Бастрыкину А.И.
Копия: Уполномоченному при Президенте
РФ по правам ребенка
Львовой-Беловой М.А.
24.02.2026 г.
ОТКРЫТОЕ ПОВТОРНОЕ ОБРАЩЕНИЕ
Уважаемая Татьяна Сергеевна!
Позвольте обратиться к Вам повторно в связи с обстоятельствами, которые, убеждён, не оставляют равнодушным ни одного человека, имеющего отношение к охотничьему хозяйству и охране природы России.
25 октября 2025 года на территории Общедоступного Охотничьего Угодья № 5 в Берёзовском районе Красноярского края произошла трагедия, потрясшая многих: стая бродячих собак загрызла десятилетнего Витю Кривошеина.
20 ноября 2025 года я направил открытое обращение на имя руководителей Минприроды, Минсельхоза и Минздрава России, адресовав его, в том числе, лично Вам. В своём обращении я позволил себе задать несколько вопросов, касающихся истории и текущего состояния правового регулирования в сфере охраны охотничьих ресурсов от бродячих собак, а также предложил конкретные меры, направленные на предотвращение подобных трагедий в будущем.
15 декабря 2025 года мною получен ответ, подписанный лично Вами (исх. № 29-50/23075-ОГ).
Позвольте обратить Ваше внимание на некоторые моменты, которые, как мне представляется, требуют дополнительного осмысления и разъяснения. Моя цель — не полемика, а конструктивный диалог во имя сохранения нашего общего достояния — охотничьих ресурсов и безопасности граждан.
О Вашем ответе и поставленных мною вопросах
1. Об исторической норме (Постановление Совмина РСФСР № 1548 от 1960 г.)
В советский период существовала законодательно закреплённая обязанность охотника по отстрелу «вредных» хищников, включая бродячих собак и кошек.
В своём обращении я задал вопрос: почему эта норма была исключена из действующего законодательства?
В Вашем ответе содержится информация о том, что в 2010 году вступил в силу Федеральный закон № 209-ФЗ. Однако вопрос о причинах исключения исторической обязанности охотника, на мой взгляд, остался без ответа.
Понимая глубину Вашей компетенции как биолога-охотоведа и руководителя профильного департамента, я был бы признателен за разъяснение:
- Какими соображениями (правовыми, социальными, биологическими) руководствовался законодатель, исключая эту норму?
- Была ли этому дана какая-либо официальная оценка в момент разработки нового закона?
2. О текущем механизме защиты охотничьих ресурсов от бродячих собак
В ответе Вы приводите положение Приказа Минприроды № 106 о «проведении изъятия хищных животных», но с оговоркой: «за исключением объектов животного мира, отнесенных к охотничьим ресурсам».
Бродячие собаки, как справедливо указано в Вашем ответе, к охотничьим ресурсам не относятся. Следовательно, они не подпадают под действие процитированной нормы.
Возникает закономерный вопрос: какой именно правовой механизм сегодня позволяет охотнику, егерю или иному лицу, находящемуся в охотничьих угодьях, охранять охотничьи ресурсы (являющиеся, напомню, федеральной собственностью) от прямого уничтожения бродячими собаками?
Если такой механизм существует, прошу Вас указать его. Если же его нет, прошу Вас, как профильного специалиста, дать оценку тому, насколько такая ситуация соответствует задачам сохранения охотничьих ресурсов.
3. О позиции ведомства
В своём третьем вопросе я интересовался мнением Министерства о том, как отсутствие у охотника правового механизма противодействия бродячим собакам и кошкам (обязывающего их уничтожать) сказывается на сохранении ресурсов и формировании сознания охотника.
В ответе Вы указали, что вопрос «законодательно урегулирован» и внесение изменений является избыточным.
Считаю важным дополнительно уточнить: если механизма, позволяющего охотнику легально реагировать на присутствие бродячих собак в угодьях, действительно не существует (а из Вашего ответа следует именно это), то утверждение о полной урегулированности вызывает вопросы.
Буду признателен за разъяснение позиции Министерства по существу этого противоречия.
О правовых аргументах, которые, возможно, остались без внимания
В своём первоначальном обращении я привёл ряд правовых положений, которые, на мой взгляд, имеют прямое отношение к обсуждаемой проблеме. В Вашем же ответе они не были прокомментированы, поэтому позвольте напомнить о них — исключительно для полноты картины.
1. Международные обязательства Российской Федерации
Российская Федерация является участником Конвенции о биологическом разнообразии.
Согласно пункту h) Статьи 8 Конвенции, каждая Договаривающаяся Сторона обязана «предотвращать интродукцию, контролировать или уничтожать такие чужеродные виды, которые угрожают экосистемам, местам обитания или видам». В системной связи с пунктом g) той же статьи, требующим учитывать опасность для здоровья человека, данные положения создают правовую обязанность государства уничтожать популяции бродячих собак и кошек как чужеродного вида, наносящего ущерб биоразнообразию и представляющего опасность для жизни и здоровья человека.
Бродячие собаки (Canis lupus familiaris) и бродячие кошки (Felis catus) в условиях естественных экосистем правомерно квалифицируются как инвазивные чужеродные виды.
Учитывая, что возглавляемый Вами Департамент отвечает, в том числе, за реализацию международных обязательств России в сфере сохранения биоразнообразия, мне было бы крайне важно узнать Ваше мнение: каким образом, на Ваш взгляд, положения Конвенции соотносятся с текущим состоянием правового регулирования в части, касающейся бродячих собак и кошек в охотничьих угодьях?
2. Лесной кодекс Российской Федерации
Статья 60.8 Лесного кодекса РФ прямо предписывает проведение мероприятий по ликвидации очагов вредных организмов, в том числе путём «уничтожения или подавления численности вредных организмов». Стая бродячих собак, а также бродячие кошки, систематически уничтожают охотничьи виды животных (и не только) и представляют угрозу для жизни и здоровья человека. С моей точки зрения, они полностью подпадают под определение «очага вредного организма».
Прошу Вас, как руководителя профильного департамента, пояснить:
- Существует ли какая-либо правовая или ведомственная позиция относительно применения статьи 60.8 Лесного кодекса к ситуациям с бродячими собаками и кошками в охотничьих угодьях?
- Если такая позиция отсутствует, не считаете ли Вы целесообразным её формирование?
3. Санитарно-эпидемиологическое законодательство (исторический аспект)
В своём обращении я приводил ссылку на отменённый СанПиН СП 3.1.096-96, который прямо предписывал «проводить отстрел бродячих собак и кошек, браконьерствующих в охотничьих угодьях» как меру профилактики бешенства. Этот документ утратил силу. Чем он был заменён в части, касающейся борьбы с бродячими собаками как переносчиками бешенства в природной среде, — вопрос, на который я также надеялся получить ответ в рамках межведомственного взаимодействия.
4. Трагедия 25 октября 2025 года
Уважаемая Татьяна Сергеевна, в Вашем ответе не нашлось места для упоминания о погибшем ребёнке. Я понимаю: формат официального ответа может быть строг и лаконичен. Однако, поскольку именно это событие послужило поводом для моего обращения, позволю себе надеяться, что в сердцах людей, принимающих решения, оно оставило след. Витя Кривошеин — не просто строка в отчёте. Это десятилетний мальчик, который вышел гулять и не вернулся домой. Который был загрызен стаей бродячих собак в общедоступных охотничьих угодьях...
Мои предложения и просьба
Уважаемая Татьяна Сергеевна!
Я обращаюсь к Вам не как оппонент, а как человек, искренне болеющий за охотничье хозяйство России, за сохранение его традиций и за безопасность людей на природных территориях. Ваш профессиональный путь вызывает уважение, и я убеждён, что диалог между общественностью и ведомством, которое Вы возглавляете, необходим для выработки взвешенных и эффективных решений.
В этой связи позвольте обратиться к Вам с просьбой:
1. Дать разъяснения по тем вопросам, которые остались, на мой взгляд, без ответа в предыдущем обращении (об исторических причинах исключения нормы, о текущем правовом механизме защиты ресурсов от бродячих собак, о позиции Министерства по существу проблемы).
2. Высказать Ваше экспертное мнение относительно того, как представленные мной правовые аргументы (Конвенция о биоразнообразии, Лесной кодекс, исторические нормы) соотносятся с текущей правоприменительной практикой.
3. Рассмотреть возможность инициирования межведомственного обсуждения данной проблемы с участием Минприроды, Минсельхоза, Минздрава, Рослесхоза и представителей охотничьей общественности. Цель такого обсуждения — не «искать виноватых», а выработать системные меры, исключающие возможность повторения трагедий, подобной той, что произошла 25 октября 2025 года.
В заключение я хочу отметить, что только совместными усилиями мы сможем найти единственно верное решение, которое будет соответствовать и международным обязательствам России, и национальным интересам, и здравому смыслу, — решение, которое защитит жизнь и здоровье людей и в полной мере будет выполнять природоохранную функцию.
С искренней надеждой на конструктивный диалог,
Максим Анатольевич Парфирьев
24 февраля 2026 г.
