Небольшое пояснение
Продолжаю изучение многолетней личной переписки фашистских диктаторов Гитлера и Муссолини, опубликованной в 75-томном сборнике "Документов германской внешней политики" (AKTEN ZUR DEUTSCHEN AUSWÄRTIGEN POLITIK, сокращ. ADAP). Ранее уже публиковал перевод нескольких постсталинградских писем этих двоих (здесь), а также обширный отрывок гитлеровского письма, написанного во время казавшегося успешным наступления на Кавказ и Сталинград (здесь). В данном же материале хочу обратиться к гитлеровскому письму от 30 июня 1941 года, отправленному Муссолини на 8-й день "операции Барбароссы".
Сам факт возможности заглянуть в гитлеровские мысли той поры любопытен. Что он думал? Как оценивал сложившуюся ситуацию? На что надеялся? Хотя, на самом деле, для ответов на подобные вопросы достаточно заглянуть в дневник главного гитлеровского приближённого по военной линии тех дней. Как раз примерно в то же время Гальдер записал знаменитые слова, что "не будет преувеличением утверждение, что поход против России выигран за 14 дней". Нетрудно догадаться, что запись являлась отражением и гитлеровских мыслей. И всё же, как ни крути, личное письмо нацистского диктатора в этом плане гораздо интереснее и информативнее. Правда, есть кое-какие нюансы...
Во-первых, читая гитлеро-муссолиниевскую переписку нужно всё время держать в голове, что эти двое являлись, в первую очередь, политиками, в самом негативном смысле этого слова. То есть в письмах они отнюдь не были искренними и не раскрывались перед друг другом до конца, продолжая свои игрища.
Например, Гитлер, презиравший Италию как полноценного партнёра, никогда не предупреждал Муссолини о своих предстоящих действиях, как раз путём "письменной дипломатии" предпочитая ставить дуче перед свершившимся фактом. Так было практически со всеми его акциями и авантюрами, начиная с захвата Австрии и Чехословакии (хотя Муссолини был одним из гарантов последней на конференции, то есть Гитлер наряду с Чемберленом и его оставил в дураках), заканчивая той же "Барбароссой".
Как вы наверняка знаете, в ночь на 22 июня 1941 года Муссолини был разбужен в связи с очередным внеурочным письмом от Гитлера, в котором тот доводил до сведения дуче решение о нападении на СССР, оправдывая столь крутые действия сложившимися политическими обстоятельствами (при том, что формально столь важный шаг должны были согласовывать все руководители блока Оси, а не Гитлер единолично). Зять итальянского диктатора записал тогда в дневнике, что дуче очень сильно на это разозлился, заявив, что "по ночам я не беспокою даже своих слуг".
Нужно ли говорить, что подобного рода письма, в первую очередь, носили характер самооправдания своих действий и откровенного натягивания сов на глобус. И отсюда второй момент...
В своих посланиях исключительно всегда Гитлер представал "в образе" великого мирового деятеля и непризнанного гения, творящего историю вокруг политических пигмеев и потенциальных ненавистников-агрессоров, мечтающих погубить всё самое светлое и доброе. Ну совсем от них никакого спасу. С Запада — чёртовы "плутократы", за которыми отчётливо торчат уши еврейских банкиров с Уолл-стрит. А с Востока — клятые "жидобольшевики" — вторая голова мирового еврейского дракона, плетущего заговор против "арийских народов" Европы в целом и девственно-непогрешимой Германюшки в частности. Одни, понимаешь, фактически проиграв, никак не хотят пойти на безальтернативный мир (разумеется, на немецких условиях), а другие только и ждут момента, чтобы напасть, подпитывая надежды первых. Поэтому-то только и остаётся, как ради будущего благополучия Европы взять всю её под свой военный контроль. А иначе не проживёшь ("не мы такие, жизнь такая"). И действительно, к лету 1941 года германо-итальянские войска оккупировали территории 18 стран...
Что меня здесь всегда смешит, так это полное совпадение гитлеровских самооправданий с резуно-солонинскими "версиями" Второй мировой. Вот прям тупо калька, хотя этим двоим не хватает смелости признать столь очевидный факт прямо. Правда, Солонин в последнее время перестал стесняться ссылаться на Гитлера, как на авторитета. Например, отправляет всех желающих "узнать правду о причинах нападения на СССР" к письму нацистского диктатора от 21 июня. Ну там, где тот высокомерно объяснял дуче, что недобитая Англия, мешающая установлению всеевропейского господства гитлеризма, питает надежды на Россию и США, а так как Германия не в силах "исключить из игры США", она может покончить с Россией. Ликвидируем Россию, оставив там 60-70 дивизий и превратив Украину (цитата) "в нашу общую кормовую базу", развяжем руки Японии и всё: Англия рухнет, США будут изолированы, а Европа окажется у нас в кармане – заживём!
Вслед за Солониным стоит признать, что картина мира, конечно, логичная, но только если вы смотрите на него гитлеровскими глазами, через призму которых откровенный беспредел, бандитские завоевания в колониальном стиле и уничтожение целых государств, представляющих потенциальное препятствие на пути к оголтелому господству, есть благо (то есть, всё то, что ёмко и метко подразумевается сегодня под термином "фашизм").
Поэтому-то читать подобного рода материалы нужно с очень большой осторожностью, как минимум, с обязательными комментариями профессиональных историков (так в Германии издана "Майн кампф", где комментарии историков занимают в три раза больше места в книге, чем сам гитлеровский текст). К сожалению, у нас заморачиваться не любят, опасаясь потенциальной притягательности фашизма среди недалёких обывателей. Поэтому мы пошли совсем другим путём, по советской привычке задвинув "опасные" исторические материалы куда подальше. Тем самым предоставив "ревизионистам" простор для антинаучной деятельности. Ну да бог с ними, болезными, давайте, наконец, перейдём уже к заявленному письму ("давайте уже приедем!").
"Крокодиловы слёзы" Гитлера
Итак, гитлеровское письмо от 30 июня 1941 года было очередным ответом итальянскому диктатору, приславшему на судьбоносное (ночное) послание фюрера от 21 июня лицемерные пожелания удачи и предложение внести свою маленькую лепту в "предприятие на востоке" итальянским армейским корпусом (я пишу лицемерное, потому что в дневнике зятя дуче записано, что, узнав о нападении на СССР, Муссолини злобно заметил, что в схватке с русскими немцы потеряют немало своих "перьев", что хорошо для Италии). Здесь, с одной стороны, дуче как бы отдавал Гитлеру должок за немецкий "африканский корпус". Но с другой, это была его излюбленная политика, охарактеризованная однажды в разговоре с зятем Чиано так (опять же, цитата по его дневнику): "Мне нужно несколько тысяч трупов, чтобы на равных сидеть за столом с победителями". И здесь не обойтись без короткого отступления от темы...
Информация к размышлению:
В сборнике "Служба внешней разведки Российской Федерации. 100 лет. Документы и свидетельства" можно увидеть любопытное рассекреченное донесение советской разведки (скрин документа ниже), из которого выходило, что за помощь Гитлеру Муссолини затребовал ни много ни мало весь Юго-Запад СССР, включая Крым и Одессу. Так, 3 декабря 1941 года резидент советской разведки в Великобритании Анатолий Горский (позывной "Вадим") писал в шифротелеграмме в Центр:
«Косвенным путем получено подтверждение от крупного итальянского чиновника, что Муссолини имеет в виду после уничтожения России получить специальные права на установление итальянского протектората на Юго-Западе России... Муссолини поднял этот вопрос перед Гитлером на последних встречах, но Гитлер уклонялся от прямого ответа. Гитлер ответил, что ничего не может быть решено до завершения кампании. Первейшей необходимостью для Италии сейчас должно быть усиление итальянской армии на восточном фронте. Муссолини неохотно обещал послать больше войск на восточный фронт для того, чтобы во всяком случае иметь определенные притязания на территории...»
Таким образом, повторялась история с его шакальим вступлением в войну против почти разбитой Франции в 1940-м, когда за "несколько тысяч трупов" дуче затребовал столько французских территорий и колоний, что Гитлер лично вынужден был примчаться к нему на встречу, объясняя неразумность таких аппетитов. Здесь же дуче и вовсе посягнул на святое: Крым Гитлер намеревался превратить в немецкий Готенланд, а Одесса к тому времени уже была отдана румынам...
Возвращаясь к гитлеровскому письму. Оно, в общем-то, достаточно короткое, но есть в нём очень любопытные моменты. Например, 8-й день невиданной в истории по масштабам военной операции ("Барбароссы") Гитлер недвусмысленно характеризовал так (цитата): "сражения, которые имели место в течение этих 8 дней, были самыми ожесточёнными из тех, с какими сталкивались когда-либо немецкие войска". Он продолжал:
Русские сражаются с поистине бездумным фанатизмом. В первый день вообще почти не было пленных. Это была битва не на жизнь, а на смерть, в которой многие русские офицеры и, особенно, комиссары, во избежание плена, шли на самоубийство. Расчеты огневых точек, оказавшись в безнадежном положении, предпочитали скорее застрелиться, чем сдаться...
Источник: ADAP (серия D, том 13.1), Doc.50, s.47
Само собой, объяснение столь непостижимому Гитлер нашёл в излюбленном расовом высокомерии:
Русские контратаки велись не по какому-либо высшему принципу, а скорее с первобытной жестокостью животного, которое, увидев себя в ловушке, теперь в дикой ярости бежит к стенам своей клетки.
Этот и без того очень упрямый солдат подвергается безумным издевательствам. Комиссары говорят ему, что после пленения его будут пытать, а затем убьют. Поэтому он сражается до последнего момента и, в худшем случае, предпочитает собственную смерть тем мучениям, в которые его заставили поверить. Только с последних дней боев этот моральный дух начал медленно падать, и число пленных и дезертиров теперь увеличивается с каждым часом...
Русскую пехоту бросают в битву в огромном количестве, несмотря на потери. Пулеметы, минометы, автоматы, ручные гранаты наносят им ужасный урон. Несмотря на это, их атаки повторяются снова и снова, с очень небольшими перерывами...
Источник: ADAP (серия D, том 13.1), Doc.50, s.47
Вот вам и первые "крокодиловые" лицемерия. (Анти)человек, ещё в марте 1941-го призвавший свой офицерский корпус вести против СССР беспредельную войну "на уничтожение", пропихнувший преступные приказы "о комиссарах" и "о подсудности в районе Барбароссы" (а также чёткое распоряжение о том, что всякого рода Женевские конвенции в отношении СССР соблюдать не стоит), в лагерях военнопленных которого осенью 1941-го умирало по 400-500 тысяч человек в месяц (а ещё около полумиллиона были расстреляны айнзацгруппами в лагерных "отборах" и на этапах транспортировки и этапирования, всего же на январь 1942 г. в немецких лагерях погибло 2,2 млн. советских военнопленных), недоумевает, чего это они? Чего они так боятся плена? Не иначе как еврейские комиссары надули чего-то в ухо...
Не меньше удивляет лицемерное сожаление, что "русскую пехоту" бездумно кидают в атаку. Опять же, это пишет маньяк, развязавший самую кровопролитную войну в истории и сам бездумно бросивший миллионы солдат, цвет своей нации, на алтарь кровавого Молоха. Если кто бездумно и бросил свою пехоту, так, в первую очередь, это он сам, отправив в свои войска 21 июня роковой пароль "Дортмунд".
Что ещё любопытно в гитлеровском письме? Естественно, диктатор в очередной раз натягивает сову на глобус, объясняя, что если бы не это нападение, Европа оказалась бы "в опасности". В качестве доводов он приводит поразившие его факты чрезмерного вооружения "большевиков", перекладывая тупость и провалы собственной разведки на советские плечи. То есть СССР, по его мнению, виновато в том, что в насквозь империалистической мире того времени научилось в большом количестве производить отличные танки и другое вооружение:
Дуче, если бы эта битва произошла не сейчас, а хотя бы через несколько месяцев или год, то — как бы ужасна ни была эта мысль — мы бы проиграли войну!
Русская армия была на грани завершения наращивания сил, намного превосходящих наши знания и даже представления о возможностях. Вот уже восемь дней одна танковая бригада за другой подвергается атакам, поражениям или уничтожению — и при этом практически не наблюдается заметного снижения их численности или свирепости. Только с 27 июня у нас появилось ощущение, что ситуация улучшается, что противник постепенно ослабевает и что в некоторых местах начинают появляться признаки распада. Подобно британскому пехотному танку Mark II, русские преподнесли нам сюрприз, о котором мы, к сожалению, не подозревали. Чудовищный танк весом около 52 тонн, толщиной 75 мм и высочайшего качества брони, 7,6-см пушка и три пулемета. Без нашей новой 5-см пушки «Пак», 8,8-см зенитной пушки и новых бронебойных снарядов нашей полевой артиллерии мы тоже были бы бессильны против, вероятно, самого мощного танка на данный момент...
Источник: ADAP (серия D, том 13.1), Doc.50, s.47
И снова "крокодиловы слёзы". Мы, понимаешь, напали, думая, что на раз-два сломаем и завоюем их, а они мало того, что фанатично бьются, так ещё и вооружены под завязку. Ну негодяи же!
С другой стороны, Гитлер, как ни странно, прав, естественно, с его собственной колокольни. Дело в том, что для реализации навязчивой нацистской идеи завоевания всеевропейского господства в целом и восточноевропейского "жизненного пространства" в частности, к которым он стремился с первых дней прихода к власти, из-за чего в итоге и втянулся в столь нежеланную войну с Англией (ввиду того, что та категорически не хотела усиления Германии через свободу рук в Восточной Европе), июнь 1941 года был крайним сроком. И настояв летом 1940-го на повороте в сторону СССР (с недобитый Англией за спиной), Гитлер звериным чутьём это почувствовал. Ещё бы чуть-чуть и действительно СССР перевооружился бы и окреп до такой степени, что его не то что нельзя было уже рассматривать как "терпилу" и жертву, а пришлось бы серьёзно считаться. В этом смысле Гитлер действительно действовал "превентивно".
Вообще западные академические историки десятилетиями спорили о том, чего больше было в гитлеровском нападении на СССР — идеологии или политики. После долгих споров пришли к консенсусу, который один из крупнейших западных биографов Гитлера (профессор Ян Кершоу) выразил забавным термином "окольный путь Гитлера на Восток". Что это значит?
Если вкратце, то, что я описал выше: втянувшись в ненужную войну с Западом, нацистский диктатор почувствовал, что увязает в ней, теряя время, силы и отдаляясь от главной цели на востоке, которая, пользуясь моментом, к тому же укреплялась. Поэтому при первом же "окне возможностей" Гитлер бросился на СССР, ресурсы которого нужны были уже не только в чисто имперско-колониальных целях, но и в прагматичных — для предстоящей длительной войны с Англией и маячившими за ней США. То есть в данном случае главной движущей силой выступила "политическая целесообразность", которой Гитлер лишь на стадии планирования начал придавать необходимый идеологический "окрас" (планы расовых чисток, холокоста, расчленения территории с целью колониальной эксплуатации завоёванного населения и т.д.). При этом нет сомнений, что в глобальном смысле действиями диктатора двигала вера в собственную идеологию, без которой сам факт развязывания столь масштабной войны был бы физически невозможен (даже в мыслях). Поэтому, очевидно, что мотивации и факторы на рубеже 1940/41 гг. в гитлеровских мозгах причудливым образом переплелись и стали дополнять и подгонять друг друга.
Напоследок самым пытливым предложу свою более развёрнутую статью по теме под названием «Барбаросса как великая колониальная Революция» (здесь). Я же на этом заканчиваю, но в будущем мы ещё не единожды будем возвращаться к переписке фашистских диктаторов.
Ах да, чуть не забыл самый перл. Поблагодарив Муссолини за предоставленный итальянский корпус (о котором в кулуарах фюрер отозвался отнюдь не так лестно), нацистский диктатор подытожил письмо таким высокопарным пассажем:
То, что наши союзные армии идут бок о бок против большевистского врага, кажется мне символом освободительной борьбы, которую ведем вы, Дуче и я...
Каков пострел? Только весной 1940 года уговаривал итальянского диктатора поскорее вступить в войну, дабы не опоздать на раздел мира и колоний (что зафиксировано как официальным протоколом встречи, так и дневником Чиано), и вдруг какая-то "освободительная борьба". Циничные лицемеры, каких поискать!
Что ж, их "освободительная борьба" действительно освободит сначала десятки миллионов людей от их жизней, а затем и тушки этих двоих. Вот только зайти они успеют так далеко, что факт их позорной гибели, честно говоря, удовлетворяет мало.