“Террор любовью” - это название одной из повестей Виктории Токаревой. Героиня повести (тетя Тося) с самыми благими намерениями портит жизнь своей единственной любимой дочери. Автор показывает, как слова, сказанные с любовью, могут ранить, как молчание становится криком, а попытки защитить - разрушают.
Токареву я открыла для себя лет 10 назад, читала все подряд запоем. Но уже все позабыла, кроме вот этой повести “Террор любовью”. Эту повесть забыть не могу, потому что там все как будто списано с меня и моей мамы))))). Некоторые совпадения просто удивительны. Например, тетя Тося (героиня Токаревой) терпеть не могла своего зятя за то, что он болтун. Моя мама тоже называет моего мужа болтуном. Он действительно может разговаривать часами без остановки. Возможно, это связано с тем, что у него СДВГ. Еще он очень эмоциональный: то безудержное веселье, то беспричинная грусть. Мою маму это очень раздражает, она считает, что это “женские” качества, а настоящий мужик должен быть суровым и сдержанным.
Она ненавидит, когда я слушаю его болтовню, зачарованно глядя ему в рот. Бесцеремонно перебивает поток его речи и зовёт меня делать что-то по дому.
Тетя Тося из книги устраивала истерики, если зять недостаточно ценил ее дочь или если дочь не ценила ее саму. Выла как волк, билась головой об пол.
А вот моя мама никогда не устраивает истерик, она сдержанная как королева. Зато она меня несколько раз довела до истерики! Похоже, что делает это специально, нажимая на определенные триггерные кнопки. Использует токсичные “Я-сообщения”, типа “мне так больно, что у тебя жизнь не удалась, я совсем о другом для тебя мечтала”. На мой возмущенный вопль невинно восклицает: “Это же мои чувства! Ты не можешь запретить мне чувствовать!” Иногда использует сарказм, например “Даа, понимаю, ты всю жизнь мечтала быть домохозяйкой” или “Даа, твой муж идеальный семьянин, вот уж повезло так повезло”.
Каждый раз перед приездом к ней я даю себе слово не попадаться в ее ловушки. Ничего не отвечать и переводить разговор на другую тему. В крайнем случае молча выйти из комнаты. Но… Попадаю снова и снова в одни и те же ловушки. Как-то так неожиданно на ровном месте она выдает ядовитую фразу.
Причём я не понимаю её мотивы, зачем она это говорит. У меня есть несколько предположений, не знаю какое из них верное.
- Может быть, ей действительно за меня больно. Может она мечтала, что у меня будет интересная насыщенная жизнь, а замуж выйду не иначе как за принца. Хотя вряд ли. Она же видела уже 40 лет назад, что я странная девочка. И очень боялась, что я не смогу работать, замуж меня никто не возьмёт, и так и буду всю жизнь висеть у неё на шее. Так что, какие мечты, какие принцы?!
- А может быть, все наоборот. Говорит, что больно, а на самом деле завидует. Или ей обидно, что я, такая лохушка, неплохо устроилась, а моя сестра, такая красивая и амбициозная, вообще не вышла замуж. Может, она боится, чтобы я не вогнала свою сестру в депрессию своей довольной физиономией матери семейства. Вот и портит мне настроение.
- Ну и третье предположение. Ей просто в кайф ругаться, иначе жить скучно. Точно как у Токаревой: “тетя Тося видит мир через закопченное стекло. Такое у нее видение. И еще – потребность конфликта. Конфликт создает драматургию. А без драматургии жизнь пресна, неподвижна, как стоячее болото”.
А почему я именно сейчас про это все вспомнила и написала? А вот позавчера мама мне позвонила и попросила, чтобы я приехала этим летом одна, без мужа и детей. Казалось бы, это понятно, ведь она уже в возрасте и ей тяжело с таким количеством внуков. Шум, беспорядок. Я бы, конечно, поняла и приняла такое объяснение. Но нет, ей понадобилось сказать неприятное. Она прямо сказала, что не очень любит внуков и совсем за ними не скучает. И что многие бабушки любят внуков больше, чем собственных детей, но она никогда этого не понимала. Ведь внуки не очень похожи на неё, бабушку, гораздо больше похожи на своего отца - ее зятя. Кроме того, внуки воспитаны не по ее правилам, она вообще не имеет права голоса. И в заключение моя мама сказала: “Они неплохие дети, но не мои. А ты была моя”. Именно БЫЛА, в прошлом.
Ну, наверно, надо было обрадоваться, ведь это было своеобразное признание в любви. Но я не обрадовалась. Растерянно спросила “да?”, вот и вся реакция. А хотелось сказать: “Лучше бы ты была как большинство бабушек и любила внуков больше, чем меня”. Да, мне действительно кажется, что так было бы лучше для всех. Ведь маленькие дети обычно больше нуждаются в любви и внимании, чем взрослые. Тем более, я уже в 6 лет устала от всехней любви и мечтала, чтобы мама родила себе ляльку. И это совсем неудивительно, ведь ее любовь всегда была с примесью боли, недовольства, разочарования. Кажется, я уже в детстве познала этот самый террор любовью)))
У Токаревой написано, что такие конфликты легко разрешаются лаской. Надо было просто обнять тетю Тосю за плечи и сказать теплые слова, типа “труженица ты наша, пчелка полосатая…”.
Наверно, и я должна так поступить со своей мамой?! Смотря, с какой целью она конфликтует. Если потому, что ей не хватает любви и внимания - тогда да, обнять и только. Но мне кажется, там что-то другое. Беда в том, что аутичные люди не понимают скрытых мотивов других людей. Если бы я понимала её мотивы, давно бы уже решила проблему)
А вы как считаете, материнская любовь может стать орудием террора? Встречались в жизни с подобными ситуациями?