Когда Дональд Трамп во второй раз занял кресло в Овальном кабинете, многие наблюдатели поспешили объявить о грядущей оттепели в диалоге Москвы и Вашингтона.
Ожидания были простыми: республиканец-бизнесмен, чуждый классическому вашингтонскому истеблишменту, быстро отменит санкции и наладит прагматичные отношения с Кремлем. Однако реальность, как это часто бывает, оказалась куда более многогранной. Политика Белого дома в отношении России сегодня напоминает сложную головоломку. Почему же хозяин Белого дома действует так непоследовательно и запутанно? Своим анализом ситуации поделился публицист и аналитик Анатолий Вассерман.
Возвращение величия: цена вопроса
По словам эксперта, ключ к пониманию действий Трампа кроется в его главной амбициозной задаче — сделать Америку снова великой. Но за этим громким лозунгом скрывается не просто ностальгия по прошлому, а жесткая экономическая программа, подразумевающая возвращение промышленных мощностей на территорию США.
«Соединенные Штаты поставили перед собой комплекс целей, многие из которых, безусловно, утопичны, — отмечает Вассерман. — Трамп намерен реанимировать собственное производство, которое десятилетиями выводилось в страны с дешевой рабочей силой. Частично это ему, вероятно, удастся. Но вот достичь тотального мирового доминирования — едва ли».
Здесь возникает главное противоречие. Те самые государства, куда ранее утекали заводы и фабрики, за годы обрели самостоятельность и окрепли настолько, что теперь любое давление со стороны Вашингтона встречают в штыки.
Союзники поневоле и принципиальные враги
Анализируя положение России в этих условиях, Вассерман приходит к неожиданному выводу: в вопросах возрождения американской индустрии Москва могла бы стать естественным союзником Запада. Переформатирование глобального разделения труда способно создать новые точки соприкосновения.
«Однако во всем, что касается попыток диктовать миру свою волу, мы — непримиримые оппоненты, — подчеркивает эрудит. — Исторически сложилось так, что Россия всегда играла роль противовеса любой державе, претендующей на абсолютное лидерство».
Именно этим дуализмом объясняется сегодняшняя непоследовательность Трампа. Он видит выгоду в кооперации с нами, понимает потенциал взаимовыгодных проектов, но одновременно вынужден соблюдать ритуалы противостояния. Эта двойственность порождает тот самый «сложный и запутанный» курс, где есть место и солидарности, и жесткой конкуренции.
Украинский актив и европейская ловушка
Особого внимания заслуживает позиция хозяина Белого дома по отношению к специальной военной операции. Вассерман характеризует ее как действия рачительного бизнесмена, который стремится избавиться от балласта.
«Трамп не был бы против определенного ослабления России, — рассуждает аналитик. — Ведь Москва, помимо прочего, служит еще и мощным силовым прикрытием для Пекина. Несмотря на всю мощь китайской армии, без оглядки на наш ядерный потенциал вести полноценное военное противостояние с США им было бы крайне сложно. Мы, хотим того или нет, выполняем функцию ядерного зонтика для Китая».
Но здесь в игру вступает главная мишень Трампа. Как ни парадоксально, это не Россия и даже не Китай, а Европейский союз. Вашингтону жизненно необходимо ослабить ЕС, чтобы лишить Поднебесную крупных рынков сбыта, оставив только американский. Это позволит диктовать Китаю условия гораздо жестче.
Именно поэтому Трампу выгодно, чтобы Евросоюз продолжал бессмысленно тратить ресурсы на украинском направлении. В этой сложной многоходовке усиление позиций России становится инструментом давления на Брюссель.
«Трамп действует, исходя из этих хитросплетений, — резюмирует Вассерман. — Поэтому его политика и выглядит такой противоречивой. Однако часть его шагов ошибочна, поскольку он не принимает в расчет наш исторический опыт, который научил нас просчитывать действия партнеров и противников на много ходов вперед».