Езжу по Красноармейскому направлению, смотрю, как на фоне происходящего с Телегой (она, кстати, тут работает лучше, чем в Москве) тестируется военное программное обеспечение. Фронт постепенно опутывается оптоволоконным интернетом, который разбрасывается связистами по позициям через воздушные мосты. А туда, куда ногами кабель не затащить, его «заносят» дроны. - А что за программа у вас? — киваю на мобильник на ПУ БПЛА 7 полка БПС. - Военная, - важно поясняет командир расчета, высоченный лысый 53-летний детина Александр Галкин с позывным «Яр». Техник выставляет дрон на гладильную доску, торчащую из окна. Оператор поднимает FPV-дрон без боезаряда в воздух и берет курс на Красноармейск. Его точка с параметрами тут же появляется на карте той самой программы на экране смартфона. Она желтая. - Я «Мамба 1-5», - нажимает «Яр» на кнопку микрофона на дисплее. — Взлетел из точки такой-то. Бери на сопровождение. - Принял, - отвечает телефон. Через пару секунд точка превращается в синюю. Прил