Лина
После ухода Мики я ещё долго не решалась выйти из комнаты, но предатель — желудок — неустанно вопил, требуя подкрепиться. В последний раз я ела… да я и не помнила, когда именно. Помнила лишь, что немного удалось перекусить в плену: сдобная булочка с йогуртом, которую заботливо принёс Егор.
Выйдя из комнаты, я словно в трансе побрела на кухню. Просторное помещение манило к себе ароматами, отчего тут же потекли слюнки. На плите, как и обещал Мика, стоял противень, накрытый крышкой. Я мигом её сняла. Под ней оказалась аппетитная курица с подрумяненной картошечкой, украшенная зеленью и дольками ананаса.
— Божечки! — Не удержалась я от возгласа, отламывая щедрый кусок и поднося к губам. Мика явно постарался на славу.
«С него бы получился отличный шеф-повар», — подумала я, присаживаясь на деревянный стул.
Мне вдруг стало как-то совестно за предвзятость к нему. Он просто обнимался с той девицей, а я уже навыдумывала себе невесть что. «Быть может, стоит дать ему ещё один шанс?» — мелькнуло в голове, когда я заканчивала трапезу.
После вкусного ужина и мытья рук я вернулась в комнату. Мне нужен был телефон, которого, как и сумочки, там не оказалось. «Неужели потеряла?» — разочарованно подумала я, вспоминая, как попалась в руки Егору. Телефон, должно быть, выпал тогда. Иначе придётся искать новый.
И как теперь быть? Мне просто необходимо позвонить в отель, чтобы забронировать номер.
- Жить у Микаэля точно не собираюсь, — сказала я вслух, принимая решение покинуть квартиру сразу после разговора.
Конечно, ехать к Егору я всё ещё боялась. Это было глупостью — ведь в данный момент он под арестом и не мог мне навредить. Да и потом, мне рано или поздно всё равно предстояло там побывать: все мои вещи по-прежнему находились у Красавина. Ещё мне нужно было наведаться в галерею. Надеюсь, Егор ничего не натворил там в моё отсутствие. После решения проблем в галерее я, как и собиралась, уеду на время к тётке. Но прежде выслушаю Мику. Интересно, что ещё он скажет в своё оправдание.
Решив дождаться его, я принялась осматривать квартиру. Это жилище, в отличие от того, где я уже побывала, казалось каким-то отталкивающим и холодным. Всюду царила мрачная атмосфера. Создавалось впечатление, что хозяин здесь почти не живёт. Похоже, он купил квартиру, чтобы продемонстрировать свою значимость. Всё здесь отдавало такой помпезностью, что и трогать вещи не хотелось — мало ли, испорчу созданный им порядок.
Беспечно гуляя по комнатам, я и вовсе забыла о времени. Был уже где-то седьмой час вечера, когда в прихожей открылась дверь и на пороге появился Мика. Я замерла посреди гостиной, не зная, куда деть себя под его пристальным, улыбающимся взглядом.
— А я уж думал, что ты ушла! — Решил подколоть меня Мика, выгружая пакеты прямо на журнальный столик.
— Я и собиралась уйти, как раз перед твоим приходом, — сказала я, сама не понимая, почему продолжаю вести себя так грубо.
— Ну так я не держу! Дверь там, — лукаво подмигнул он, похоже, совсем не переживая, что я могу уйти.
Его безразличие разозлило меня.
— Ты, кажется, хотел поговорить со мной, или уже передумал? — Гневно бросила я, протискиваясь мимо журнального столика и Микаэля, стоявшего по другую сторону от него.
— Не торопись, мы обязательно поговорим. А пока, быть может, примешь душ? Я тут прикупил кое-что для тебя. Не знаю, подойдёт ли, но всё же это лучше, чем то, что на тебе надето, — сказал Мика, протягивая мне один из доверху набитых пакетов. Только сейчас я поняла, что выгляжу не очень.
На мне по-прежнему было то самое платье, в котором я ещё недавно уезжала от Мики. Правда оно было испачкано, а одна из бретелек порвалась, оголяя плечо и напоминая о том, где я недавно была. Ещё от меня, похоже, не очень хорошо пахло, отчего я тут же покраснела, словно помидор.
— Спасибо! — Быстро схватив пакет с одеждой, сказала я.
— Не за что! Кстати, ты ела?
— Да, и за это тоже спасибо. Было очень вкусно, — окончательно смутившись, схватив пакет я выбежала из гостиной и по ошибке направилась совсем в противоположную сторону от нужной, чем заставила Мику ещё больше развеселиться.
— Ванная, кажется, в другой стороне! — Крикнул он, указывая на соседнюю комнату, находившуюся сбоку от его спальни.
— Точно, прости! — Закрывшись на замок, я крепко зажмурила глаза. «Вот дура. Это ж надо так вести себя!»
Принимая водные процедуры, я ещё твёрже утвердилась в своём решении. Мне нужно убраться отсюда поскорее, иначе я не выдержу и разревусь, или, того хуже, окончательно сжалюсь над ним.
Закончив мытьё и обтеревшись махровым полотенцем, я заглянула в пакет, что дал мне Мика. Там лежало аккуратно сложенное чёрное бельё, серые бриджи, белая футболка со смешной надписью «Сижу на драйве» и пара тёплых носков. «Да уж, выбор невелик», — подумала я, одеваясь.
Выйдя из душевой, я уловила новые, обволакивающие душу запахи. Пахло ванилью, смешанной со сладкой карамелью. Похоже, Мика снова что-то готовит.
— Ты что, нарочно? Специально прикидываешься добреньким, чтобы я тебя простила? — Снова вспылила я, входя на кухню.
Мика так и застыл с ложкой в руках. Пока я мылась, он успел переодеться в простую домашнюю одежду, которая ему безумно шла. Чёрная майка с логотипом его группы облегала каждый дюйм его упругого тела, а светлые хлопковые штаны с низкой посадкой подчёркивали стройные ноги. «Бог ты мой!» — пронеслось весьма некстати в голове, отчего я резко сглотнула.
Микаэль, похоже, тоже не ожидал увидеть меня в облегающих узких бриджах и в обтягивающей грудь футболке, явно не моего размера. «Ну, извини, ты сам это выбрал», — ехидно подумала я.
— Гм, я это… Готовлю десерт, — кое-как, запинаясь, выдавил он из себя, чем развеселил меня, и напряжение, что я испытывала к нему, куда-то ушло. — Присаживайся, будем пить чай, а за ним я обо всём расскажу.
Я молча села напротив Мики и стала наблюдать за его умелыми манипуляциями со сливочно-воздушным десертом, посыпанным кокосовой стружкой и украшенным спелой малиной с кусочками шоколада. «Да, повезёт же кому-то с таким мужем. Его шедевры достойны похвалы», — подумала я, и неожиданная грусть сковала всё внутри. Мне стало как-то тоскливо от того, что этой женщиной буду не я. Ведь боль от предательства никуда не делась. Она так просто не проходит.
— О чём думаешь? — Вдруг спросил Мика, поддевая меня тем, в каком состоянии я нахожусь. Пока я предавалась горьким мыслям, он успел закончить десерт и теперь с беспокойством смотрел прямо в мои грустные глаза. Мне даже показалось, что он, если захочет, может прочитать душу.
— О твоём предательстве! — Прямо, без каких-либо уверток, ответила я.
До этого более-менее дружелюбная обстановка между нами заметно улетучилась. Мне следовало бы придержать язык, но я почему-то не могла остановиться.
Мика вдруг подошёл поближе ко мне. Теперь нас разделяла лишь небольшая пиала с десертом, которую он, конечно же, предусмотрительно захватил с собой. Поставив её передо мной, он направился за пиалой для себя. Всё это он делал молча, в гнетущем напряжении, отчего мне стало как-то не по себе. Быть может, не стоило так прямо говорить ему о своих мыслях?
— Всё было совсем не так, как ты успела себе напридумывать, — наконец, сев передо мной и развернув меня к себе, сказал Мика.
— Это уже неважно! Скоро я уеду, и ты сможешь жить так, как жил раньше! — Сгоряча, не подумав, тут же ляпнула я. Не знаю, зачем я только это сказала. Ведь совсем не думала в таком ключе. Мои слова, похоже, задели Мику за живое, так как он вдруг изменился в лице. «Ну же, попроси меня остаться!» — хотелось кричать мне, но Мика ничего не сделал. Он продолжал в молчании сверлить меня грустным взглядом завораживающих зелёных глаз, отчего мне сдавило грудь и стало паршиво на душе.
— В том-то и дело, что я совсем не жил без тебя. Точнее, жил, но это и жизнью-то назвать сложно, — бросая взгляд на свои напряжённые руки, признался он. Я же, вместо того чтобы выяснить, почему он толком не жил, продолжала молчать.
— После того как оказался в Москве, я то и дело думал только о тебе, Лина. Да я писать песни, чёрт возьми, не мог, не вспоминая тебя, — с горечью вскричал он. Я хотела было возразить, но Микаэль взмахом руки остановил меня. — Прошу, выслушай то, что я собираюсь сказать, а потом можешь делать всё, что захочешь, — попросил он, и я не смогла ему в этом отказать. До того Микаэль казался потерянным и ранимым, что мне, наоборот, захотелось успокоить его, а ещё больше — не угнетать обстановку.
— В общем, чтобы прийти в себя, я ушёл в работу. Однажды мне крупно повезло. В один из вечеров своего выступления я встретил одного человека, он оказался другом моего дедушки и смог помочь мне воплотить мою мечту в жизнь. Так я стал Мигелем, — вздохнул Мика, закрывая лицо руками. Видно было, что разговор даётся ему с трудом. — Не скажу, что в моём окружении не было девушек. Они были, и Вика — одна из них. Но я никого не любил так, как люблю тебя. Одна ты в моём сердце, Лина, каждый раз, когда закрываю глаза, я вижу только тебя, и этого уже не изменить, — искренне подчеркнул Мика, и я просто не могла не поверить ему в эту самую минуту. — Поэтому, когда мы наконец встретились, когда всё встало на свои места, я просто не смог тебе сказать правду о том, кем мне приходится Вика. О чём очень жалею. Прости. Честно, я собирался, но она опередила меня, а потом ты уехала, и случилось то, что просто не должно было случиться.
Чувство вины из-за того, что я вдруг засомневалась в нём, наотмашь ударило меня прямо в сердце. Мне стало нечем дышать. Дальше смотреть в глаза человеку, которому причинила незыблемую боль, я больше не могла.
— Прости, но мне нужно как следует всё обдумать и принять решение, — сказала я, отступая к двери. — Прошу, дай мне чуточку уединения, пока я нахожусь в твоём доме. Завтра я уеду.
С трудом совладав с собой, я поспешила скрыться за поворотом. Там, в отведённой мне комнате, я заперлась и больше не выходила до самого рассвета. Мика не пошёл за мной. Он даже не попытался заговорить снова. Микаэль действительно дал мне немного свободы, ведь я сама об этом просила.
Утром его уже не было в квартире. Зато у порога спальни я обнаружила адресованный мне конверт. Внутри лежали два билета на концерт и сложенное пополам письмо от Мики.
Оказавшись на кухне, я заварила себе крепкий кофе. После нашего тяжёлого разговора я всю ночь глаз не сомкнула. С дрожащими руками я принялась читать.
«Здравствуй, Ангел!» — первые строки пронзили меня, и я почувствовала ещё большую вину за своё поведение.
«Ты, должно быть, уже проснулась и обнаружила конверт. Я приготовил его на всякий случай, если вдруг ты не захочешь меня выслушать. Поверь, Лина, мне очень нужно твоё прощение. Но если и после этих строк, идущих прямо из моего сердца, ты не простишь меня, что ж, мне придётся смириться и жить дальше. Но уже без тебя. Да, ещё в конверте ты найдёшь билеты на моё шоу, которое состоится через неделю. Я бы очень хотел, чтобы ты присутствовала на нём, даже если после прочтения ты останешься при своём мнении. Так же ты можешь сколько угодно жить в моей квартире. Я не буду мешать. Пока ты будешь там, я не появлюсь, обещаю. Как и обещал, я дам время и сохраню пространство между нами. Ладно, а теперь, прошу, дочитай до конца то, что я вчера собирался тебе сказать, но так и не смог. Не обессудь, если письмо покажется сумбурным, или того хуже, странным. Я старался изо всех сил и был искренен как никогда. В общем, слушай, а я начну…
Однажды я повстречал девушку. Её душа излучает настоящий свет, а улыбка… Её улыбка делает меня самым счастливым! Она наклоняет голову, когда смеётся, и отводит глаза, будто чего-то стесняясь, а ещё она играет пальцами. Эта улыбка означает, что она принимает тебя в свою жизнь. Когда ты проходишь через врата доверия, то попадаешь в райский сад, и всё вокруг начинает казаться прекрасным. Ты приветствуешь людей, которых встречаешь на улице, гладишь кошку, вдыхаешь свежий воздух и благодарен за то, что живёшь. А посреди сцены ты чувствуешь запах жасмина. Ты веришь, что с её улыбкой мир может стать лучше, и ты сам можешь стать лучше. Ты понимаешь, что готов сделать всё, чтобы остаться в этом райском саду.
Эта улыбка принадлежит тебе, Ангел. Своим вторжением ты сделала меня лучше, и я благодарен тебе за это. Пусть мы не будем вместе, но знай: моё сердце и душа навеки вечные принадлежат только тебе. Я люблю тебя, Ангел, самой чистой любовью и никогда не перестану любить, даже если судьба разлучит нас навсегда.
Навеки твой, Мика. Прости меня. И, пожалуйста, будь на концерте в ближайшую субботу.»
Я закончила читать, а по щекам продолжали течь слёзы. Никогда ещё никто не писал для меня таких душетрепещущих писем. И Мика… Боже, Мика ещё раз доказал, что любит меня. Теперь я в этом окончательно убедилась и сделаю всё от меня зависящее, чтобы ему больше никогда не пришлось вновь испытать чувство утраты и боли. Я останусь в его квартире и поеду на концерт. Да, я готова прямо сейчас без конца говорить ему, что давно простила, просто моя гордая натура не позволяла мне должным образом показать это. Жаль, что у меня нет телефона, но, быть может, Мика вернётся, и тогда я тоже скажу ему, как сильно его люблю.
Правда, Микаэль так и не пришёл в квартиру в тот вечер. Да и на следующее утро его всё ещё не было. Заглянув в холодильник, я поняла, что он не вернётся. Там было всё, что нужно для сытного обеда, а также завтрака, который я, грустно вздохнув, принялась себе готовить. Кроме того, в принесённых Микой пакетах оказалось пара восхитительных платьев для предстоящего вечера и косметика с бельём. Готовя всё это, Мика, похоже, всё досконально продумал ещё тогда, когда только собирался поговорить со мной. Уже тогда он предполагал, что разговор не удастся, а я, дура, этого вовсе не заметила. Но я обещаю себе, что всё исправлю. По-другому просто не может быть!
А эта музыка для вас:👇
Благодарю всех за чтение! Как вам глава? Поделитесь своим мнением в комментариях. Автору будет приятно.)))