Добро пожаловать в мир, где прокуратура Киевского района Симферополя становится главным литературным критиком современности. Именно эти скромные труженики Фемиды, видимо, засидевшись за отчетами и решив отдохнуть душой, открыли роман Харуки Мураками «Кафка на пляже» и... испытали культурный шок, сравнимый с падением Содома и Гоморры. На дворе 2026 год, и великий японский постмодернист официально признан опасным элементом. История развивалась стремительно. Сначала, в 2024-м, под раздачу попал «Норвежский лес» — роман о юношеской любви, взрослении и депрессии, который в умелых руках экспертов Роскомнадзора превратился в страшную «пропаганду нетрадиционных отношений». Видимо, чиновники читают Мураками очень внимательно, выискивая то, что обычному читателю и в голову не придет. Но если «Норвежский лес» — это были еще цветочки, то ягодки поспели в феврале 2026-го, когда издательство «Эксмо» в панике начало отзывать из продажи культовый роман «Кафка на пляже». Гендиректор издательства, словно агент под прикрытием, сообщил: «Да, по Кафке возникли претензии...». Прямо как в анекдоте: «Просыпаюсь — Кафка, иду на кухню — Кафка, захожу в лифт — а там прокуратура с претензиями».
Какие книги запрещают? От «Норвежского леса» до «Энциклопедии русской души»
Если вы думали, что Мураками — это просто грустные японцы, слушающие джаз и варящие спагетти, вы глубоко заблуждались. Оказывается, это матерые диверсанты, замаскированные под писателей-интеллектуалов. В черный список попали сразу несколько тяжеловесов: помянутый «Кафка на пляже» (видимо, за слишком вольное обращение с реальностью и эдипов комплекс, который теперь тоже, наверное, признан иностранным агентом), а также произведения Рю Мураками (однофамильца, но это неважно — главное, фамилия паспортная совпадает).
Но особо щедрым на сюрпризы оказался 2025 год, когда компания «Торговый дом БММ» разослала по магазинам письмо счастья. В этом списке из 37 наименований нашлось место не только японцам, но и местным кадрам. Например, Виктор Ерофеев со своей «Энциклопедией русской души» — видимо, энциклопедия оказалась не той, которую можно показывать детям, или в ней слишком правдиво описана эта самая душа. Рядом пристроились философ Славой Жижек («Шутки Жижека» — теперь и шутки под запретом, товарищи, смейтесь тихо!) и американец Джеффри Евгенидис с романом «Средний пол». Логика простая: если книга получила Пулитцеровскую премию, то в России она автоматически попадает под подозрение (а вдруг?). Потому что нечего тут Запад пропагандировать своим качественным слогом.
Причины запретов: реальные и мнимые
Официальная версия, которую шепотом на ушко передают издатели друг другу, звучит веско: «Закон об ЛГБТ-пропаганде». Как метко заметил один из книготорговцев в разговоре с Би-би-си, «у страха глаза велики, и это признак моральной паники». И действительно, когда начинаешь разбираться, что именно не так с «Кафкой на пляже», понимаешь: прокуратура Киевского района Симферополя, видимо, искала в книге инструкцию по сборке коктейля Молотова, а нашла... метафоры. А метафоры, как известно, вещь опасная. Вдруг читатель поймет их неправильно? Вдруг он подумает, что мир абсурден, а бюрократическая машина бездушна? А это уже чистая вода клевета на отечественные реалии.
Что касается Рю Мураками с его «Экстазом» и «Топазом», то здесь всё еще проще. Названия говорят сами за себя. Экстаз — это же явно про что-то запрещенное, наверняка про религиозные культы или, того хуже, про личное счастье двух людей, которое должно быть "правильным" и никаким больше. А «Топаз» — это же камень, который можно обналичить и вывезти за границу, минуя таможню. Короче, шпионские страсти. На самом деле, настоящая причина банальна и страшна: никто не знает, за что именно. В письме «БММ» так и сказано: «подозрения, что в книгах есть информация, несоответствующая требованиям законодательства». То есть, товарищи дорогие, мы сами не читали, но нам что-то показалось. Давайте-ка лучше сожжем, чтобы не отвечать. Это называется «принцип презумпции виновности книги». Любое литературное произведение считается опасным, пока не докажет свою бесполезность для экстремизма.
Правовые последствия для читателей и издателей
Для издателей наступили веселые времена. Теперь их работа напоминает игру в «сапера»: выпустил книгу — жди звонка из прокуратуры. «Эксмо», например, отреагировало молниеносно: «Кафка на пляже» исчез с полок быстрее, чем импортный сыр в 2022-м. Партнеры получили депешу об отзыве, чтобы избежать «возможных юридических рисков». Юридические риски в России теперь повсюду. Они сидят под кроватью, прячутся в супе и, судя по всему, водят хороводы вокруг стеллажей с Мураками.
А что же читатель? Читатель, который хочет легально приобщиться к высокой словесности, оказывается перед непростым выбором. Если вы купили «Кафку на пляже» в 2002 году и до сих пор храните его на полке — вы потенциальный преступник. Если вы взяли его почитать у друга — вы соучастник. Если вы просто знаете, о чем эта книга, — вы на карандаше. Самое забавное в этой ситуации — статус книг на сайтах магазинов. Раньше писали «нет в наличии», теперь карточки с "вредоносными" книгами и вовсе удаляются от греха подальше (или к греху поближе - как посмотреть). Упоминания о романе стираются из интернета с такой тщательностью, будто Мураками лично оскорбил чувства верующих, проехавшись на гусеничном танке по вечным ценностям.
Где теперь искать книги?
Итак, культовый роман, получивший Всемирную премию фэнтези и попавший в список лучших книг New York Times, в России объявлен персоной нон-грата. Где же теперь бедному российскому интеллигенту прятать своего «Кафку на пляже»?
Вариантов несколько. Первый, самый надежный — это «книжная полка заветная», она же «место под матрасом». Классика жанра, проверенная десятилетиями. Главное — не перепутать матрас с диваном, на котором спит теща, а то мало ли, донесет.
Второй вариант — для продвинутых пользователей: телеграм-каналы и файлообменники. Там, в этих мрачных подземельях интернета, где пираты с черными флагами делятся запретными плодами, Мураками чувствует себя как рыба в воде. Правда, за скачивание могут и по шапке дать, но кто не рискует, тот не читает великую литературу.
Третий, экзотический вариант — поездка в «недружественные страны». Можно совместить приятное с полезным: сгонять в Казахстан или Грузию за мандаринами и заодно прикупить пару томиков «опасного» японца. На таможне, конечно, могут возникнуть вопросы, но если замотать книги в фольгу и выдать их за доширак, есть шанс проскочить.
Впрочем, есть и четвертый, самый простой способ: махнуть рукой и пойти читать что-нибудь более безопасное. Например, Уголовный кодекс. Говорят, там сюжет закручен покруче любого романа Мураками, а главное — никакой пропаганды, одна сплошная профилактика.
Делитесь своими пляжами, ставьте Кафку и, конечно, подписывайтесь, чтобы лента была еще чуть ярче и свободнее)