Сергей Новиков — о спецоперации по ликвидации одного из самых разыскиваемых наркобаронов страны, которая превратилась в дополнительный рычаг давления Вашингтона на Мехико
История, а особенно история латиноамериканская, как известно, циклична. Классик мировой литературы Габриэль Гарсия Маркес подробно рассказал об этом на примере вымышленного города Макондо в своем произведении "Сто лет одиночества". Так случилось и на этот раз.
Операции по захвату или ликвидации главарей крупных наркокартелей — как это произошло 22 февраля с Эль Менчо, лидером могущественного "Нового поколения Халиско" (CJNG), — являются привычными для стран региона, и особенно для Мексики. Развитие ситуации после шло также по вполне знакомому сценарию: резкий всплеск насилия со стороны боевиков, лишенных своего лидера, и попытка добиться полного коллапса государства, продемонстрировав его абсолютную несостоятельность.
Впрочем, несмотря на тиражируемые в мировых СМИ кадры чуть ли не начавшейся войны, спустя сутки президент Мексики Клаудия Шейнбаум заявила, что обстановка в стране находится под полным контролем властей.
Смертельная связь
22 февраля Вооруженные силы Мексики при разведывательной поддержке США провели одну из самых резонансных и кровопролитных специальных операций в современной истории латиноамериканского региона. В ходе прямого вооруженного столкновения в муниципалитете Тапальпа (штат Халиско) был смертельно ранен и впоследствии скончался Немесио Рубен Осегера Сервантес, известный под прозвищем Эль Менчо — бессменный лидер транснационального криминального синдиката "Новое поколение Халиско".
Детальная хронология событий была представлена министром национальной обороны Мексики Рикардо Тревильей Трехо на следующий день. И Мексика вряд ли была бы сама собой, если бы к гибели одного из самых разыскиваемых наркобаронов страны не привела романтическая связь.
Как сообщил Тревилья Трехо, ключевым фактором уязвимости Эль Менчо, который годами успешно скрывался в труднодоступных горных районах, стала организация тайной встречи со своей любовницей.
20 февраля мексиканская военная разведка отследила одного из ее доверенных лиц, который в этот же день доставил девушку в район города Тапальпа в штате Халиско. Проведя с Эль Менчо ту ночь, любовница наркобарона на следующий день покинула его укрытие, а в ночь на 22 февраля туда направился уже мексиканский спецназ.
Попытка захвата Эль Менчо мгновенно переросла в полномасштабное боевое столкновение. Картель CJNG исторически отличается высочайшим уровнем милитаризации, и личная охрана Осегеры Сервантеса оказала мощнейшее сопротивление. Боевики применили тяжелое вооружение армейского образца. Как впоследствии подтвердило руководство силовых структур, на месте перестрелки были изъяты крупнокалиберные пулеметы, бронированные транспортные средства с кустарной защитой, а также переносные ракетные установки.
Эль Менчо с телохранителями попытался убежать в близлежащий лес, оставив восемь боевиков сдерживать спецназовцев. Но затея не удалась: боевики уничтожены, наркобарон настигнут и в ходе перестрелки тяжело ранен, как и два его телохранителя, еще двоих арестовали. Лидер наркокартеля скончался во время транспортировки в госпиталь.
Картель наносит ответный удар
Как я отмечал, тактика действия наркокартелей в подобных ситуациях остается неизменной со времен основания этих преступных организаций: массовый террор. Еще до того, как новость о гибели Эль Менчо была официально подтверждена, Мексика столкнулась со скоординированной волной насилия, охватившей несколько штатов, конечно, преимущественно тех, где присутствие CJNG особо сильное. Это Нижняя Калифорния, штат Мехико, Мичоакан, Гуанахуато, Герреро, Халиско, Оахака, Синалоа, Тамаулипас, Веракрус и Сакатекас.
Используя отработанную годами методологию, боевики картеля выходили на оживленные магистрали, останавливали тяжелые грузовики, пассажирские автобусы и легковые автомобили, после чего поджигали их, создавая непроходимые баррикады. Непосредственно на федеральных трассах в 11 штатах было зафиксировано 85 крупнейших перекрытий. Картель также целенаправленно наносил ущерб государственной собственности, например, уничтожив около 20 отделений госбанка Banco del Bienestar.
Второй по величине город Мексики, столица штата Халиско — город Гвадалахара, оказался в состоянии фактической осады. 22 февраля жизнь в мегаполисе полностью замерла: общественный транспорт не работал, коммерческие предприятия экстренно закрыли свои двери, а жители укрылись в домах. Хаос парализовал работу международного аэропорта. Паника добралась и до курорта Пуэрто-Вальярта, где отдыхающие прямо с пляжей могли наблюдать густые столбы черного дыма, поднимающиеся над городом.
Самыми опасными и кровопролитными стали засады на правоохранителей. Как впоследствии сообщил министр общественной безопасности Мексики Омар Гарсия Харфуш, только в штате Халиско в результате шести тщательно спланированных операций были убиты 25 военнослужащих Нацгвардии. Жертвой нападения стал также охранник одной из тюрем около города Пуэрто-Вальярта — в итоге оттуда сбежали 23 заключенных.
Силовики, отвечая на масштабную агрессию, уничтожили в уличных боях по меньшей мере 30 подозреваемых боевиков картеля в Халиско и еще четверых в соседнем штате Мичоакан. Были задержаны более 70 человек.
По знакомому сценарию
В целом аналогичных прецедентов в Мексике действительно уже было множество. Два из последних — так называемый "Кульяканасо", а также захват и вывоз в США лидера Картеля Синалоа Исмаэля Самбады по прозвищу Эль Майо — служили идеальными моделями для понимания того, что с высокой степенью вероятности ожидает Мексику после ликвидации Эль Менчо.
Так, в 2019 году в столице штата Синалоа, городе Кульякан, подразделения мексиканской Нацгвардии задержали Овидио Гусмана Лопеса, сына осужденного наркобарона Хоакина Гусмана по прозвищу Коротышка. В ответ картель Синалоа установил 19 баррикад с горящим транспортом, полностью парализовав город, заблокировал военные базы и обстрелял правительственные силы из снайперских винтовок и крупнокалиберных пулеметов. Оказавшись в ситуации, в которой продолжение операции привело бы к колоссальным жертвам среди гражданского населения, президент Мексики Андрес Мануэль Лопес Обрадор отдал исторический приказ отпустить Овидио Гусмана.
В 2023-м случился второй "Кульяканасо", когда силовики вновь задержали Овидио Гусмана Лопеса. В операции были задействованы почти 3,5 тыс. военнослужащих, даже применялась авиация. Картель вновь пытался взять столицу штата в заложники: боевики обстреливали из стрелкового оружия коммерческие и военные самолеты в международном аэропорту Кульякана, вынудив авиагавань закрыться, установили новые баррикады. И все же на этот раз силовикам удалось удержать и впоследствии экстрадировать в США Овидио Гусмана. Цена тем не менее оказалась высокой — погибли 10 военнослужащих.
Если оба "Кульяканасо" привели к резкому, но довольно непродолжительному всплеску преступной активности, то события 2024 года повлекли затяжное противостояние и нестабильность в штате, что продолжается до сих пор.
Обезглавливание крупного картеля разрушило хрупкий баланс сил, расколов преступную организацию на две непримиримые фракции: "Лос Чапитос" и группировки, наиболее близкие Самбаде, — "Ла Майиса" и "Лос Русос". Штат Синалоа погрузился в пучину непрекращающейся полномасштабной войны, затронув и соседние штаты — Сонора и Нижняя Калифорния.
Эти примеры говорят о том, что физическая ликвидация или экстрадиция главарей криминальных структур не разрушают их теневую экономику и не приводят к приостановке преступной активности. А лишь дробят крупные картели на более мелкие и абсолютно неконтролируемые фракции. Вероятность повторения подобного сценария на этот раз — в связи с ликвидацией лидера CJNG — оказывается очень высокой.
Смерть Эль Менчо создает институциональный вакуум в структуре одной из самых опасных криминальных организаций планеты. CJNG, образованный в 2009 году на обломках уничтоженного картеля "Миленио", с момента своего основания управлялся исключительно Эль Менчо. Никогда не существовало формализованного механизма внутренней преемственности. Так что перспектива мирной передачи власти крайне маловероятна. Думаю, стоит ожидать кровавую фрагментацию и начало масштабной междоусобной войны.
При этом картель CJNG исторически демонстрировал значительно более высокую склонность к насилию, задействованию дронов со взрывчаткой и атакам на правительственные силы. Поэтому можно довольно уверенно утверждать, что ликвидация Эль Менчо приведет к периоду нестабильности в центральных и западных регионах Мексики.
Соседские отношения
События 22 февраля 2026 года в Тапальпе в какой-то мере, конечно, триумф мексиканских спецслужб. Но все же только в какой-то мере. В целом же эта операция стала кульминацией целенаправленного, беспрецедентного по своей жесткости внешнеполитического и экономического давления на правительство Клаудии Шейнбаум со стороны Вашингтона.
Сразу после смены американской администрации в начале 2025 года антинаркотическая политика США претерпела фундаментальные изменения. В рамках нового курса мексиканские картели были официально признаны иностранными террористическими организациями, а нелегальный фентанил (тот, который используют в фармацевтике) приравнен к оружию массового поражения. Это позволило США задействовать системы военной разведки, инициировать уголовные преследования за "финансовую поддержку терроризма" и использовать ресурсы Пентагона для перехвата наркотрафика. Параллельно был открыт масштабный финансовый фронт: от долларовой системы отключили крупные мексиканские банки и курорты, связанные, по мнению американцев, с отмыванием денег.
Под давлением этих мер правительство Клаудии Шейнбаум пошло на беспрецедентные уступки. Вопреки своей прежней критике "стратегии обезглавливания" картелей, за год Мексика экстрадировала в Соединенные Штаты около 90 высокопоставленных лидеров криминального мира. Именно в условиях политического прессинга и угрозы односторонних силовых действий со стороны США мексиканские вооруженные силы провели ликвидацию Эль Менчо.
Так что самым опасным следствием проведенной спецоперации становится закрепление стратегической зависимости Мехико от северного соседа. Шейнбаум оказалась в безвыходной ситуации: под ультиматумом Вашингтона об устранении наркобаронов (что в конечном счете приносит лишь медийный эффект) она во многом собственными руками разжигает пожар внутриполитического хаоса и провоцирует эскалацию насилия в своей стране.
Для властей США такой расклад является идеальным рычагом давления на правительство Мексики. Тиражируемые кадры горящих фур на трассах, расстрелянные силовики и парализованные мегаполисы — эта жуткая телевизионная картинка неминуемо станет мощным козырем в руках американских политиков, чтобы лишний раз обвинить мексиканские власти в несостоятельности и неспособности самостоятельно противостоять организованной преступности. Даже громкий успех спецоперации не смог хотя бы на какое-то время сбить градус претензий со стороны Белого дома. Уже на следующий день после ликвидации Эль Менчо Дональд Трамп заявил, что Мексика должна активнее бороться с картелями.
Все это звучит особенно остро на фоне приближения чемпионата мира по футболу 2026 года, матчи которого должны пройти в Мексике, США и Канаде. Одним из трех городов, в котором запланированы футбольные баталии, является как раз столица штата Халиско, второй по величине город Мексики — Гвадалахара.
Учитывая, что США уже предусмотрен статус террористических организаций для мексиканских картелей, любой серьезный инцидент с участием американских граждан на территории Мексики может стать фактически легальным поводом для усиления давления на Мехико. От удушающих экономических санкций и закрытия границ — до прямых ракетных ударов со стороны США под благовидным предлогом защиты национальной безопасности и борьбы с мировым злом.
Итог неутешителен: гибель Эль Менчо отнюдь не ставит точку в кровавой войне против картелей, а является лишь прологом ее самой непредсказуемой и жестокой главы. Мексика оказалась между Сциллой и Харибдой: с одной стороны, республику ждет резкий всплеск насилия и борьбы за власть между подразделениями очередного фрагментированного наркокартеля, а с другой — над страной нависает тяжелая тень США, руководство которых готово цинично использовать любую слабость своего соседа ради собственных геополитических очков.