Белое море встречает серым, свинцовым небом. Ветер такой, что кажется, будто он дует здесь всегда, просто меняет направление, чтобы не надоедать. Я стою на берегу где-то в районе Северодвинска, и вода, тяжелая, как расплавленный металл, с шипением накатывает на плоские валуны. Вокруг — ни души. Только кучи выброшенных штормом водорослей, пара перевернутых рыбацких лодок и запах соли, йода и холодной безнадеги.
Казалось бы, что здесь, у края земли, делать тропическим монстрам из фильмов ужасов? Тем, у кого щупальца с присосками и глаза-бусины. Но именно здесь, в этой тяжёлой, неласковой воде, живут они — головоногие моллюски российских морей. Осьминоги, кальмары и даже каракатицы. И встретить их можно не в океанариуме с подсветкой, а совершенно случайно — в сети, под ногами на ночном пирсе или на берегу после сильного шторма.
Это не экзотика и не аттракцион. Это просто часть морской повседневности для тех, кто живёт у холодной воды.
Териберка и Баренцево море: там, где кальмары — не диковинка
Когда слышишь «Териберка», в голове всплывают кадры из фильма «Левиафан» или бесконечные фото китов. Но местные рыбаки скажут вам другое: киты — это, конечно, красиво, а вот настоящая морская жизнь — она в сетях.
Баренцево море хоть и северное, но благодаря тёплому течению оно не замерзает у берегов. И фауна там куда богаче, чем кажется. Кальмар здесь — гость не сказать чтобы частый, но и не чудо природы. Речь о кальмаре илексе — небольшом, стремительном, с вытянутым телом и плавниками-ромбиками на хвосте.
Самый реальный способ столкнуться с ним вживую — прийти на разгрузку сейнера. Рыбаки, когда выбирают трал, вместе с треской и пикшей нередко вытряхивают на палубу и этих ребят. Для местных это рабочий момент: «Опять кальмар в сеть залез, чертяка». Кто-то ворчит, что путает улов, кто-то забирает домой — на наживку или просто из любопытства пожарить.
Для туриста же, который приехал на край света смотреть на суровую романтику, это выглядит почти сюрреалистично. Ты стоишь на пирсе, ветер сбивает с ног, вокруг ржавые борта судов, пахнет соляркой и рыбой, а тебе показывают существо с десятью щупальцами, которое минуту назад бороздило глубины Баренцева моря. Оно еще живое, переливается перламутром и смотрит на тебя огромными глазами.
Белое море: студеная вода и осьминог под ногами
Если Баренцево море — это про промысел и рыбаков, то Белое — про случайность и тишину. Здесь вода еще холоднее, а берега кажутся безжизненными. Но это обманчиво.
Осьминогов в Белом море знают. Не гигантских, конечно, а обыкновенного осьминога (Octopus vulgaris — хотя наши северные популяции часто выделяют в отдельные виды), который отлично адаптировался к местным условиям. Он вырастает небольшим — щупальца сантиметров 30-40, тело размером с кулак или чуть больше.
Встретить его случайно — редкая удача для приезжего и обыденность для местного, который знает места. Самый вероятный сценарий — отлив. Белое море славится своими приливами и отливами, вода уходит далеко, обнажая каменистое дно. В лужах-остатцах под камнями можно найти всякую живность — актиний, морских звезд, крабов. И изредка — осьминога.
Представьте: вы бродите по вязкому илистому берегу, под ногами хлюпает, холод пробирает до костей, несмотря на резиновые сапоги. Переворачиваете валун, поросший водорослями, а оттуда — резкое движение, и в мутной воде расплывается чернильное облако. А когда оно рассеивается, вы видите его — мешковатое тело, которое меняет цвет с кирпично-красного на пятнисто-серый прямо у вас на глазах, и восемь щупалец, которые ищут новое укрытие.
Реакция? Первая — шок. Вторая — попытка рассмотреть получше, пока он не уполз. Местные же, если окажутся рядом, скорее всего, лишь хмыкнут: «Осьминог, ну да. Бывает. Под второй банкой посмотри, там крабы должны быть».
Владивосток и бухты Японского моря: ночная охота со светом
А вот Владивосток — это уже совсем другая история. Здесь море хоть и не Черное, но куда более «живое» и теплое. И головоногих здесь любят. Любят настолько, что едят их постоянно, и встретить их здесь проще всего... на рынке. Но мы не про кулинарию.
Живая встреча в море — это ночь. Если вы окажетесь на каком-нибудь пирсе в бухте Золотой Рог или в более чистых бухтах на Русском острове, обратите внимание на воду у причальных огней. Кальмары идут на свет. Это факт.
Местные рыбаки-любители об этом знают. С наступлением темноты они выходят на пирсы со специальными снастями — кальмарницами. Это такие блесны с множеством крючков без бородок. Опускаешь такую штуку в воду, подергиваешь, а снизу, из черноты, начинает светиться силуэт.
И тут важно не перепутать, кто именно клюнул. Если вы чувствуете мощное, дергающее сопротивление, а на поверхность поднимается существо с мешковатым телом и восемью щупальцами, которые тут же начинают обвивать леску — это осьминог. Он цепкий, сильный и не хочет покидать родную стихию. Местные к таким трофеям относятся спокойно, деловито: «А, спрутенок, давай, отцепляй его, пока сапоги не обнял».
Если же поклевка резкая, а на крючке бьется торпеда с десятью щупальцами и острым клювом — это кальмар. Его тело упругое, почти хрящеватое на ощупь, а плавники на манжете продолжают трепетать.
А каракатица? В Японском море она тоже водится. Но она более скрытная, предпочитает песчаное дно. Ее широкая, словно сплющенная форма тела и внутренняя известковая пластина (та самая «кость», которую дают попугаям) сразу бросаются в глаза. Она не будет выпрыгивать на свет, как кальмар, и не станет карабкаться по скалам, как осьминог. Ее встреча — скорее случайность в сетях или в отлив.
Камчатка и Охотское море: размер имеет значение
Охотское море — одно из самых холодных и богатых морей России. Здесь головоногие чувствуют себя вольготно. И здесь же обитают самые крупные экземпляры.
Командорский кальмар здесь достигает внушительных размеров. Местные жители рассказывают случаи, когда в сети попадались кальмары длиной под два метра вместе со щупальцами. Это уже не забавный моллюск, а серьезный противник.
Встретить такого вживую — шанс невелик, если вы не моряк или не участвуете в промысле. Но есть и другая сторона — береговая. На Камчатке после сильных штормов море выбрасывает на берег много всего. Водоросли, коряги, остатки рыбацких снастей. Иногда в этих выбросах можно найти и кальмаров, и даже небольших осьминогов, которые не смогли справиться с отливом или были разбиты волнами о камни.
И вот тут ощущение края света достигает апогея. Черные вулканические пески, грохот прибоя, холодный ветер с океана, и ты идешь по кромке воды, перешагивая через выброшенные морем мертвые водоросли. И вдруг видишь это — бледно-лиловое, почти прозрачное тело кальмара, с уже мутными глазами. Оно выглядит инопланетным на фоне суровой камчатской природы. Жалко ли его? Наверное, нет. Это просто закон природы. Кого-то съели в море, кого-то выбросило на берег.
Как не перепутать, если встретите
Если вдруг судьба занесет вас на холодный берег, и вы станете свидетелем такой встречи, запомнить отличия просто:
- Осьминог: Мешок вместо тела и восемь щупалец. Весь такой «упитанный», мягкий, меняет цвет и текстуру кожи. В России встречается повсеместно от Белого до Охотского морей, но везде невелик.
- Кальмар: Вытянутый торпедообразный «патрон», десять щупалец (два — ловчие, длиннее остальных) и характерные ромбовидные плавнички на хвосте. Быстрый, сильный, стремительный.
- Каракатица: Плоское широкое тело с плавником по всему периметру, похожее на овальную тарелку или живой блин. Глаза большие и хитрые. Внутри нее — та самая «кость», которую дают волнистым попугайчикам для стачивания клюва. В наших водах редка, чаще всего в Японском море.
Встреча с головоногим у российских берегов — это не аттракцион. Это короткий эпизод, когда ты вдруг понимаешь, что мир вокруг не просто лес, горы и степи. Что за горизонтом лежит огромная, холодная и живая вода. И у нее свои обитатели. Они не плавают в бассейнах с подогревом, они живут здесь, в темноте и холоде, под ржавыми пирсами и серыми скалами. И от этого они кажутся еще более настоящими.