Нации строились в эпоху буржуазных революций не на основе религиозной общности, а на иных принципах, заявил философ, политолог, лидер движения «Суть времени» Сергей Кургинян 20 февраля в передаче «Разговор с мудрецом» на радио «Звезда».
Как отметил политолог, когда говорят о тождестве «русскости» и православия, то, как бы хороша ни была эта формула, в ней существуют подводные камни.
«Первый камень — что религия универсальная: не может быть христианской религии для одного народа», — заметил он.
Говоря о втором «камне», он обратил внимание на историю Европы, в которой велись войны против объединения по религиозному принципу. К примеру, англичане не захотели стать частью католической Габсбургской империи, пояснил он.
«Они говорили, что у них будет англиканство — лишь бы не объединяться. А что на это говорили французы? Они просто воевали, и всё», — пояснил лидер «Сути времени».
Он подчеркнул, что затем в Европе появились протестанты, для которых король католиков — это монстр, и начались религиозные войны. Вместе с этим, как заметил политолог, стало появляться всё больше светских людей, не верящих в бога.
«Когда стало ясно, что внутри эти общности государственные расколоты как минимум на три части — протестанты, католики и светские люди, — стало ясно, что нужно построить другую формулу общности», — сказал он.
Кургинян отметил, что нация, к примеру, французская — «это единство языка, территории проживания, культурных ценностей и чего-то такого, что называется „благоговение перед Францией“, священные камни — этос». Он обратил внимание, что всё это вместе составляет историю, разрушение которой является разрушением нации.
Как подчеркнул политолог, в Европе по-настоящему строительство наций происходило в ходе буржуазных революций, «которые, в сущности, отождествили нацию с буржуазным устройством».
«И это устройство мира, при котором все эти нации как-то более-менее осознают себя, оно как бы окончательно было конституировано так называемой Вестфальской системой — чтобы не резать друг друга до конца», — пояснил он.
Напомним, разговор об образовании нации зашел в контексте обсуждения концепции «многополярного мира» и концепции Организации Объединенных Наций, возникшей после краха Третьего рейха.