Амстердам встретил Мэта дождём. Хоть он и выполнил работу для фонда Сороса, его не взяли в штат, сославшись на тёмное прошлое. Заплатили, отблагодарили и пожелали счастливого пути. Классика. Кое какие деньги появились, но нужна была постоянная работа или собственный бизнес.
Три месяца Мэт обивал пороги, ходил на собеседования, рассылал резюме, рассказывал о своих успехах в Колумбии, схеме с криптоцерковью и опытом выведении денег из-под санкций. Ему вежливо улыбались, кивали и провожали до двери с обещанием «перезвонить». Опять двадцать пять. Никто не перезванивал.
В Европе, его опыт никому не был нужен. То, что в фавеле считалось гениальностью, здесь называли «слишком рискованно». То, что в Латинской Америке было вопросом выживания, здесь оказывалось «несоответствием корпоративной этике». Даже опыт работы с фондом знаменитого Сороса не помог.
Он сидел в дешёвом хостеле в районе красных фонарей, смотрел на каналы и думал, что совершил ошибку. Личные сбережения таяли на глазах. Аренда, еда, попытки выглядеть прилично. Всё это стоило денег, а работы не было. В тот вечер он уже собирался покупать билет обратно домой, как телефон завибрировал. Незнакомый номер. Мэт взял трубку.
— Мэт Коллинз? — голос был особенно деловым. — Я представляю хедж-фонд «Нексус». Можете подъехать завтра в десять?
Мэт замер. Ответил спокойно, хотя внутри бушевала буря.
— Могу. Какой адрес?
— Пришлю сообщением!
Офис «Нексуса» находился в стеклянном здании, от которого у Мэта зарябило в глазах. Он вошёл в холл и поднялся на лифте на двенадцатый этаж. Двери открылись. Он оказался в пространстве из стекла с панорамными окнами и видом на весь город. Секретарша проводила до кабинета, где должно было проходить собеседование. Мэт вошёл. За стеклянным столом сидел человек лет тридцати, в идеально отглаженном костюме, с лицом, не выражающим ничего, кроме лёгкой скуки. Перед ним лежала папка с пометкой «Мэт Коллинз».
— Садитесь, — сказал Пол, даже не подняв глаз.
Мэт присел. Спина прямая, руки на коленях. Галстук, купленный на последние деньги в секонд-хенде, душил, но он старался не обращать на это внимания. Пол поднял холодные глаза. Серые. Оценивающие. Такими глазами смотрят на лошадей перед покупкой, когда ищут изъяны.
— Ваше резюме… — он полистал страницы, — оптимизация рисков, реструктуризация активов. Красивые слова, Коллинз. А что за ними? Умение подмахивать отчёты или реальный результат?
Мэт сглотнул. Внутри всё сжалось, но голос удалось удержать.
— Я всегда нацелен на результат. В Колумбии мне удалось оптимизировать логистику кофейных поставок, сократив издержки на сорок процентов. — Он сделал паузу, вспомнив, как эти проценты спасли ему жизнь. — Конечно, это требовало нестандартных решений, но всё в рамках закона.
Пол чуть приподнял бровь.
— Нестандартные решения. Это как? Уговаривать регуляторов виски в пять утра? Или подкупать чиновников?
Мэт почувствовал, как предательски защипало под мышками. Он заставил себя улыбнуться.
— О, нет-нет. Я лишь нахожу общий язык с разными людьми. В Цюрихе, например, я помог клиентам рефинансировать долги через альтернативные инструменты. — Он говорил и сам слышал, как фальшиво это звучит. — Все документы прозрачны. Всё проверяемо.
Пол откинулся в кресле и скрестил руки. Его лицо оставалось непроницаемым.
— Расскажи про криптоцерковь на Кайманах. Это твоя идея?
Мэт внутренне напрягся. Откуда он знает? Это же было… частное дело. Очень частное.
— Это… — он запнулся, — был эксперимент. Клиент хотел диверсифицировать активы. Мы использовали благотворительный фонд как инструмент. Всё легально. — Он выдохнул. — Я лично согласовывал каждую деталь с юристами. Для вас, конечно, готов работать ещё прозрачнее.
Пол молчал. Его пальцы застучали по стеклянной столешнице.
— Прозрачность мне не нужна, — сказал он наконец. — Мне нужны результаты. Допустим, я хочу обойти комиссию по ценным бумагам. Как ты это сделаешь?
Мэт почувствовал, как внутри что-то переключилось. Это была его тема, где он собаку съел.
— Современные регуляторы любят формальности, — заговорил он быстрее, заметно оживляясь. — Мы можем создать структуру через сингапурские трасты с номинальными директорами. Или использовать децентрализованные платформы, где юрисдикция размыта. — Он заметил лёгкое движение бровей Пола и осёкся. — Конечно, только если вы одобрите такой подход.
Пол хмыкнул.
— Сингапурские трасты? Базовый уровень. А если нужно давление на конкурентов?
Мэт заморгал. Давление? Это вообще была его тема!
— Я могу организовать информационную кампанию. Через СМИ, соцсети. Без прямых угроз. Только намёками на риски их активов. Или предложить взаимовыгодный обмен. Всё зависит от ваших предпочтений.
Пол резко захлопнул папку. Металлический щелчок эхом отозвался в тишине кабинета.
— Взаимовыгодный обмен… То есть продать их секреты?
Капля пота скатилась по виску Мэта. Он не смел вытереть.
— Если это соответствует вашей стратегии… Мы можем сделать это через посредников. Чтобы ваше имя не фигурировало.
Пол молчал. Секунды тянулись. Мэт отчётливо слышал стук собственного сердца.
— Ладно, — сказал Пол наконец. — Ты говорил про сорок процентов экономии в Колумбии. Докажи.
Мэт рванулся к папке и вытащил серый конверт.
— Вот аудит, подписанный партнёрами. И рекомендации от клиентов…
Пол оттолкнул документы жестом, будто отбрасывал мусор.
— Бумаги для дураков. Мне нужны факты. — Он наклонился вперёд, и Мэт инстинктивно отпрянул. — Что ты сделаешь, если наш фонд начнёт тонуть?
Мэт сглотнул. Голос опустился до шёпота.
— Я найду лазейки. Перераспределю активы, переговорю с кредиторами. Создам видимость контроля, пока мы выигрываем время. — Он выдохнул. — Для этого нужны связи. У меня они есть. Всё ради стабильности бизнеса.
Пол медленно поднялся. Его тень накрыла Мэта, сидящего в кресле.
— Связи? У тебя? — Мэт кивнул слишком резко. — Хорошо. Последний вопрос. Зачем ты здесь?
Мэт вдохнул. Глубоко. Как перед прыжком в воду с обрыва, где не знаешь дна.
— Вы строите империю. Я хочу быть частью этого. — Пальцы вцепились в колени. — Мои навыки и преданность к вашим услугам. Я буду выполнять любые задачи без лишних вопросов.
Пол замер. Его взгляд скользнул по дешёвому галстуку Мэта, по заношенным манжетам и лицу, на котором читалась отчаянная решимость.
— Без вопросов? — переспросил он.
Мэт решительно кивнул.
— Завтра пришли мне детальный план первых трёх этапов развития бизнеса. — Пол повернулся к окну, давая понять, что аудиенция окончена. — И смени галстук. Этот цвет тебе не идёт.
Мэт вскочил, едва не опрокинув стул.
— Как скажете! Всё сделаю! Благодарю за доверие!
Он вылетел в коридор и только там, за углом, прислонился к стене. Перевёл дыхание. Руки тряслись. Он посмотрел на них и сжал в кулаки.
— Сукин сын, — прошептал он, и в этом была смесь ненависти, уважения и странной благодарности.
Он не знал, что за человек этот Пол. Но знал одно, что ему дали шанс. Если дают шанс, то надо хватать его зубами, даже если потом придётся отдать. Так учили его с детства в фавеле.
В кабинете Пол стоял у окна и смотрел, как маленькая фигурка выходит из здания и исчезает в вечернем Амстердаме.
— Интересный экземпляр, — сказал он сам себе. — Посмотрим, что из него выйдет.
На его губах дрогнула едва заметная улыбка. Мэт получил работу, но это уже совсем другая история...