ПЯТЬ МУЖЕЙ НАДЕНЬКИ. (28 ЧАСТЬ).
Дверь в палату открылась и сначала Надя увидела красивый букет роз, крупное мужское запястье и серебряный перстень с чёрным камнем на пальце. Следом за букетом показалась голова, немного с залысинами, с пушистыми бровями, особенно на внешних кончиках, отчего мужчина был похож на филина, голубые глаза, прямой нос, волевой подбородок идеально выбритый.
Голова покрутилась и спросила–"Надежда здесь которая?"
Надя вскинула руку. Голова удовлетворено кивнула, дверь распахнулась и Надя увидела полностью обладателя головы, отставного офицера, соседа по реанимации. Она узнала его по голосу.
Мужчина имел рост средний, крепко сбитый торс, широкие плечи и небольшой животик, который впрочем его не портил. Отставной офицер просиял, двинулся в сторону Надиной кровати. Чем ближе он подходил, тем отчетливей она улавливала приятный запах дорогого парфюма и клубники. В другой руке у Игоря Николаевича была тарелочка с крупной клубникой, которую в народе окрестили Виктория. Надя вспомнила, что у её бабули была такая же клубника в огороде. Крупная, сладкая, с влажными бочками.
Надя сглотнула слюну. Ей очень захотелось попробовать клубнику.
Игорь Николаевич протянул Наде букет. Надя села, подпихнула под спину подушку, пригладила волосы, приняла букет, заулыбалась:
–Спасибо большое. Какие чудесные розы. Клубника тоже мне?
–Тебе, тебе конечно. Угощайся. А ты даже лучше чем я себе представлял. И молоденькая какая.
–А я вас как-то не так представляла.
–Да? Хуже или лучше?
–Не хуже и не лучше. Вы как сказали офицер, так у меня в голове образ Ланового пронёсся.
–Значит не приглянулся. Так я же не актёр. Может ещё присмотришься? Я у постовой выяснил, что ты не замужем.
–Игорь Николаевич, ну вы даёте. Знаете меня несколько минут и такой напор–засмеялась Надя.
–Иногда минута решает всё. Я думал о тебе с тех пор как услышал твой голосочек.
–Разве можно заочно влюбится по голосу?
–Как видишь. Давай перейдём на ты. Чего ты мне выкаешь? Не такой я уж и старый. Мне сорокет всего.
–Ну да. Полный рассвет для мужчины.
–Точно. Ты клубнику то ешь. Своя, с огорода.
–У тебя есть огород?
–Есть. У меня, Наденька дача , гараж, машина, квартира. Всё есть, а жены нет.
–Почему? Ты видный мужчина, с приданным.
–Ха-ха-ха. Язва ты, Надежда. Была, была жена и сын был. Вернее они и есть. Меня в их жизни нет.
–Развелись? Можно спросить почему?
–Разлюбила.
–Может и не любила?
–Кто ж её знает. В чужую голову не залезешь. Кажется я старался всячески. Дом–полная чаша. Курорты, шмотки, золото. Зарплату всю до копейки. Алка любила модно ходить и золото обожала. На шее три цепочки, кольца почти на каждом пальце, браслетики. Чисто сорока.
–А сын?
–Сын уже взрослый парень. Учится в Питере , подрабатывает, квартиру с девушкой снимают. Сейчас рано не женятся, так живут. Детей тоже не спешат заводить.
–Вы общаетесь?
–Да. По телефону. Я ему иногда деньжат подкидываю.
–Понятно.
За разговором Надя уплела всю клубнику и не заметила. А ведь хотела с соседкой по палате поделиться. Вкусная ягода, как у бабушки.
Теперь Игорь Николаевич приходил каждый день, притаскивая Наде вкусняшки. То яблоки, то салатик из кулинарки, то пирожные. Надя спросила кто ему приносит эти деликатесы. Игорь Николаевич смутился не надолго. "Маменька старается" –ответил он.
Надя удивилась–"Сколько же вашей матушке лет? "
Игорь Николаевич ответил, что матушка его ещё крепкая старушка, только шестьдесят стукнуло.
Надя смутилась. Значит она поедает передачки самого ухажёра. Как-то неловко. На что Игорь Николаевич весело похлопал себя по животу. "Мне вредно много есть. Вот, видишь, мамон какой накусал. Шов заживёт, буду пресс качать, чтоб тебе понравиться.
А Надя для себя ничего не решила. Стоит ли принимать ухаживания офицера в отставке или нет. Пока она милостиво позволяла ему приходить, приносить вкусненькое, помогать ей мыть голову, расчесывать волосы, веселить армейскими байками.
"Это всего лишь от скуки. Вернусь домой и всё вернётся на круги своя" –оправдывала себя Надя.
Ещё ей была приятна его забота. Такая, почти отцовская. Вот чего в её жизни не было так это отца и подспудно она восполняла этот пробел.
В один из дней ей позвонил Максим:
–Привет, Надя. Как дела?
–Хорошо.
–Ты дома? Я тут у вас в Тосно по делам. Хочешь заеду?
–Ой, Максим, а я как раз в Питере, в больнице.
–Что случилось?
–Ничего особенного. Исправляю хромоногость.
–Я заеду?
–Заежай конечно. Сто лет тебя не видела.
–Купить что-нибудь?
–Нет, не надо. Меня тут кормят на убой.
–С каких пор в больницах стали хорошо кормить?
–Нормально кормят. Боюсь растолстею тут лежать.
–Хорошо. Я заеду завтра вечером. Какая палата?
–Шестая.
–Понял. До встречи.
Максим приехал на следующий день. Надя поразилась переменам в нём. Уставший, небритый с больными глазами обречённого на муки:
–Максим, что с тобой? Прости, но выглядишь ты не важно.
Максим поставил коробку сока на тумбочку, присел на край Надиной кровати.
–Да как-то всё разваливается. Ребята пристроились кто куда, а я не могу. Не могу как Олег в ресторане жующей публике по заказу "умирающего лабать". Понимаешь? Чтоб прожить, таксую на своей машине, но и тут проблема. Сейчас в городе несколько таксопарков, они вытесняют нас частников. Опять же клиенты разные бывают. Иногда кидают на деньги. Отвезёшь какого-нибудь мудака за сотню километров, а он сбежит не заплатив. Ой, Надюш, не обращай на меня внимания. Чего-то сегодня разнылся. Всё путём. Как ты сама?
–Хорошо. Правда хорошо. Устроилась в школу на кухню. Завтракаю, обедаю там. Коллектив хороший. Завела друзей. Представляешь, я даже с местной гопотой дружбу вожу. Знаешь, я пришла к выводу, что не стоит быть такой колючкой. Общаться надо и люди потянутся к тебе.
–Это правильно. Жизнь продолжается. Ты помнишь, что скоро годовщина у Андрея?
–Конечно. Я к тому времени уже буду здорова. Ты хочешь собрать всех?
–Было бы неплохо. Раскидало нас. Если и вижу кого-то из ребят, то бегом, вскользь. Съездили бы на могилу к Андрюхе, посидели бы потом в кафе.
–Отличная идея. Слушай, Макс, меня только сейчас осенило. У меня же есть текст песни. Андрей велел записать за несколько минут до смерти. "Завещание" называется. Ты же аранжировщик. Я тебе дам текст, а ты напишешь музыку.
–Надюха, чего же ты молчала? С этим можно раскрутиться. У меня связи на радио есть. Запишу песню, исполню в прямом эфире как раз к годовщине.
–Отлично. Я дарю тебе песню. Как только выпишусь, позвоню тебе, продиктую текст. Макс, это правда возможность для тебя.
–Надя, дай я тебя чмокну!
Максим привстал, наклонился к Наде и чмокнул в щёчку. В этот момент в палату вплыл Игорь Николаевич с тарелочкой южных абрикосов. Он нахмурился, подбородок выехал вперёд.
Надя заметила это, растерялась. Ситуация комическая, но попробуй объясни.
Она крикнула собирающемуся уходить Игорю Николаевичу–' Игорь Николаевич, познакомьтесь, друг моего покойного мужа, Максим".
Отставной офицер выдохнул, улыбнулся, подошёл к Максиму, пожал руку. "Морозов Игорь Николаевич. Отставной офицер и компаньон по больничной тягомотине нашей Наденьки".
Максим заторопился, попрощался и уходя, за спиной Морозова сделал круглые глаза и поднял вверх большой палец "мол, молодец, Надька. Мужик стоящий".
Надя улыбнулась.
Пока больничный ухажёр пристраивал на её коленях тарелочку с абрикосами, она подумала –"Почему бы нет. Стоит присмотреться. Конечно он не молод, конечно он не похож на моего Андрея, конечно простоват и приземлённый, но чёрт возьми, так хочется своё гнездо и детей . Время поджимает. Мне не шестнадцать. Не успею оглянуться тридцатник. И Андрей мне сказал "рожай своих детей". Думаю ему можно дать шанс".
Через две недели Игорь Николаевич забрал Надю из больницы на личном автомобиле.
Песня Андрея что говорится выстрелила. Максим стал часто "светить лицом". Его заметили и пригласили в новый коллектив "Стрела", а так же ему охотно стали отдавать музыку на аранжировку. Надя порадовалась за Макса. Теперь у него в жизни всё будет хорошо.
"И у меня тоже всё будет хорошо. Я верю" –подумала Надя.
Продолжение следует...