Его обвиняют в отцеубийстве и инцесте. Но наше расследование доказывает: Эдип — не преступник, а жертва системы, которая сама пишет сценарий, а затем карает за его исполнение.
Здравствуйте, коллеги-следопыты. Мы с вами уже разобрали, как Афина наказала жертву насилия, а Пигмалион получил божественное благословение на обладание безгласной куклой. Сегодня мы возьмём самую знаменитую трагедию в истории человечества. Ту, которую Фрейд положил в основу своей теории, а драматурги веками оплакивали как вершину несправедливой судьбы.
Дело №6: Эдип. Царь, убивший отца и женившийся на матери.
Отбросим сочувствие. Откроем текст Софокла и зададимся простым вопросом: кто на самом деле виноват в преступлениях Эдипа?
Улика №1: Пророчество как самоисполняющееся проклятие.
Всё начинается не с Эдипа. Всё начинается с его отца — царя Фив Лаия. Лаий получает пророчество: «Твой сын убьёт тебя и женится на твоей вдове». Что делает Лаий? Он приказывает убить младенца.
Стоп. Это ключевой момент. Пророчество не содержит инструкции. Оно просто констатирует будущее. Но Лаий своим действием запускает механизм его исполнения. Если бы он не пытался убить сына, Эдип вырос бы в Фивах, узнал бы своих родителей и пророчество никогда бы не сбылось. Именно попытка избежать судьбы делает судьбу неизбежной.
Это не рок. Это — классическая ошибка системы, которая, пытаясь предотвратить преступление, сама его провоцирует. Оракул — не пророк. Оракул — провокатор.
Улика №2: Эдип — беженец, а не бунтарь.
Эдип вырастает в Коринфе, считая приёмных родителей настоящими. Узнав пророчество (уже о себе), он не идёт бороться с судьбой. Он бежит, чтобы не навредить тем, кого считает родителями. Это акт высокой моральной ответственности, а не гордыни.
На перекрёстке трёх дорог он встречает старика с охраной. Старик оскорбляет его, бьёт, пытается согнать с дороги. Эдип, молодой мужчина, защищается и в схватке убивает обидчика. Обычная уличная драка, спровоцированная высокомерным аристократом. То, что убитый оказался его биологическим отцом, — чудовищное стечение обстоятельств. Но вина лежит на Лаие, который первым применил насилие, а не на Эдипе, который защищался.
Улика №3: Сфинкс и «награда».
Эдип приходит в Фивы, терзаемые чудовищем — Сфинксом. Она задаёт загадку. Эдип разгадывает её. Сфинкс уничтожает себя. Фивы спасены.
За это народ и регент Креонт предлагают ему опустевший трон и вдову царя в жёны. Обратите внимание: никто не говорит Эдипу, что вдова — его мать. Фиванцы скрывают этот факт. Они сознательно отдают царицу-мать чужаку, чтобы решить проблему престолонаследия.
Кто здесь совершает преступление?
· Эдип, женившийся на женщине старше себя, не зная о родстве?
· Или город Фивы, который ради сиюминутной выгоды (спаситель на троне) сознательно замалчивает правду и подталкивает к инцесту?
Улика №4: Расследование, которое не следовало начинать.
Проходит много лет. Эдип — хороший царь. У него четверо детей. Фивы процветают. И тут начинается мор. Оракул сообщает: «Из города нужно изгнать убийцу Лаия».
Эдип, как ответственный правитель, начинает расследование. Он не знает, что убийца — он сам. Он искренне ищет правду. Его подгоняют гнев и желание защитить город. И именно эта добросовестность его и губит.
Тиресий, слепой прорицатель, не хочет говорить. Он знает правду и пытается её скрыть. Эдип вынуждает его признаться. Иокаста, его жена/мать, понимает истину раньше мужа и умоляет его прекратить расследование. Но Эдип, как одержимый, продолжает.
Вопрос: кто настоящий виновник трагедии?
Тот, кто ищет правду? Или тот, кто эту правду много лет скрывал, боясь её последствий?
Вердикт эксперта: Эдип — не преступник. Он — козёл отпущения.
Система (боги, оракулы, город Фивы) работает следующим образом:
1. Создай угрозу. Напугай царя пророчеством.
2. Спровоцируй преступление. Заставь его избавиться от сына.
3. Подтолкни жертву к роковой встрече. Организуй стечение обстоятельств (перекрёсток, ссора).
4. Предложи ложное спасение. Награди убийцу троном и инцестуозным браком.
5. Выжди время. Дай ему стать хорошим царём, полюбить свой народ, создать семью.
6. Объяви чрезвычайную ситуацию (мор). Свали вину на «скверну».
7. Заставь жертву самого себя разоблачить. Используй его чувство долга и справедливости.
8. Уничтожь его. Ослепи, изгони, прокляни его детей.
Эдип — идеальный козёл отпущения. Он не просто невиновен — он единственный носитель моральной ответственности в этой истории. Лаий пытался убить младенца — и забыт. Иокаста знала правду и молчала двадцать лет — и покончила с собой, избежав суда. Креонт и фиванцы сознательно отдали царицу чужаку — и остались у власти. Только Эдип, единственный, кто действовал по совести на каждом этапе, заплатил за всё сполна.
Почему мы до сих пор верим в его «вину»?
Потому что миф о «неотвратимости рока» — удобная идеология для любой системы. Она перекладывает ответственность с конкретных людей (Лаий, приказавший убить; Иокаста, скрывшая правду; Креонт, промолчавший) на абстрактную «судьбу». Эдип виноват не потому, что совершил преступление, а потому, что само его существование было неудобно.
Если мы признаем Эдипа невиновным, нам придётся признать, что Фивы были основаны на лжи и держались на сокрытии преступления. А это значит, что вся греческая цивилизация (да и любая другая) держится на подобных же подменах.
Эпилог. Эдип сегодня.
Эдип — не древний царь. Он — каждый, кого система приносит в жертву, чтобы сохранить своё лицо.
· Разоблачитель коррупции, которого сначала поощряют, а когда он находит правду — уничтожают его карьеру и репутацию.
· Жертва врачебной ошибки, которая пытается доказать вину клиники, но суд становится на сторону могущественной системы.
· Ребёнок, рождённый в результате насилия, который узнаёт правду и его обвиняют в том, что он «разрушил семью» своим появлением.
· Женщина, заявившая о домогательствах, которую система сначала игнорирует, а затем объявляет сумасшедшей и разрушает её жизнь.
Схема всегда одинакова: спровоцируй, используй, заставь замолчать, обвини и изгони. И всегда найдётся оракул (общественное мнение, корпоративная этика, юридическая норма), который освятит эту жертву и назовёт её «неизбежной судьбой».
Эдип ослепил себя, потому что не мог вынести вида мира, в котором правда приводит к такому кошмару. Но настоящая трагедия в том, что его слепота — метафора нашей коллективной слепоты. Мы предпочитаем верить в «рок» и «судьбу», чем признать, что за каждой трагедией стоят чьи-то конкретные решения, чьё-то малодушие и чей-то расчёт.
Эдип не убивал отца. Эдип не хотел жениться на матери. Эдип хотел одного: жить по правде. И за это его уничтожили.
Следующее дело: Мы разобрали миф о невиновном, которого сделали преступником. В следующий раз мы возьмём историю о женщине, которую сделали вещью. Мы докажем, что Ифигения — не благочестивая дочь, добровольно приносящая себя в жертву ради победы флота. Это — протокол ритуального убийства, замаскированного под патриотизм, и первое в истории дело о насильственном исчезновении, которое система объявила «чудом». Но об этом — в следующий раз.
Подписывайтесь. Мы не боимся смотреть в лицо древним богам. Потому что их методы до сих пор работают безотказно.