Кочегары подбрасывали «уголь» в топку — и паровозы разлетались на куски прямо во время движения.
Знаете, я долго копался в архивах про партизанское движение. И когда наткнулся на эту историю, честное слово, сначала не поверил.
Думаю, ну бред же. Как это вообще возможно?
Но нет.
Это реально работало. И работало гениально.
Задача казалась нерешаемой
Лето 1942 года. Белоруссия. Немецкие эшелоны идут к фронту один за другим — войска, техника, боеприпасы, продовольствие. Бесконечный поток смерти на колёсах.
Партизаны взрывали рельсы. Немцы чинили. Партизаны снова взрывали. Немцы опять чинили.
И так по кругу, блин.
Рельсы можно восстановить за несколько часов — у фашистов были целые ремонтные бригады. Мост подорвать сложнее, но и там есть обходные пути. Засады устраивали, но охрана поездов была серьёзная.
Нужно было что-то другое.
Что-то, против чего они не смогут защититься.
А потом пришёл Константин Заслонов
Инженер-железнодорожник. До войны работал начальником депо в Орше. Знал паровозы как свои пять пальцев — каждый винтик, каждую деталь.
Когда началась война, ушёл в партизаны.
И вот сидит он как-то в лесу, смотрит на паровоз, который отбили у немцев... и тут его, прикинь, осеняет.
А что если бить не по рельсам?
Что если бить по самому паровозу?
Причём так, чтобы немцы сами себя подорвали. Своими руками. Не подозревая ничего.
Гениальная простота решения
В лесных мастерских начали делать странные штуки. Взрывчатку заключали в металлические болванки и покрывали их угольной пылью, смолой, краской. Получались куски, которые было не отличить от обычного каменного угля.
Только весили они чуть больше.
Но кто это заметит в тендере, где лежат тонны настоящего угля?
Партизаны пробирались к немецким угольным складам и подбрасывали туда эти «подарки». Иногда по несколько штук в разные вагоны-угольники. Иногда засыпали прямо в готовые составы, которые стояли под погрузкой.
А дальше начиналась магия.
Как это работало в бою
Представьте. Паровоз мчит на полном ходу. Внутри топки — адский жар, градусов под тысячу. Кочегар работает лопатой, подбрасывает уголь в пасть огня.
Обычный уголь.
И вдруг — мина.
Взрыв колоссальной мощности разрывает котёл изнутри. Раскалённый пар под давлением в несколько атмосфер вырывается наружу. Паровоз превращается в груду металлолома за секунды.
Состав идёт под откос.
Вагоны сходят с рельсов, сминаются, переворачиваются. Техника разбита. Живая сила — ранена или убита.
А главное — восстановить такое крушение куда сложнее, чем просто заменить повреждённый участок пути.
Немцы сходили с ума
Они не могли понять, что происходит.
Поначалу думали — диверсия, заложили взрывчатку прямо в паровоз. Усилили охрану депо. Проверяли каждый паровоз перед отправкой. Конвоировали составы.
Ничего не помогало.
Паровозы продолжали взрываться. В самых неожиданных местах. На перегонах, где нет ни души вокруг. Прямо посреди пути.
Один взрыв. Потом второй. Третий.
Хотя, погодите... это же уголь! Проверяли ли они уголь?
К тому времени, когда немцы додумались досматривать угольные тендеры, отряд Заслонова уже успел пустить под откос десятки эшелонов.
Цена гениальности
Константин Заслонов погиб в ноябре 1942 года. Ему было всего 33 года.
Но его метод продолжал работать. Другие партизанские отряды переняли технологию «угольных мин». В Белоруссии, на Украине, в России.
Немцы так и не смогли полностью защититься от этой диверсии. Даже когда знали о ней, даже когда проверяли уголь — найти несколько замаскированных болванок среди тонн настоящего угля было практически невозможно.
Особенно когда партизаны начали делать мины разных размеров и форм. Особенно когда научились покрывать их настоящей угольной коркой толщиной в несколько сантиметров.
Вот что поражает
Простота решения. Когда взрывать рельсы стало бессмысленно — ударили по паровозам.
Когда охрану усилили — заставили врага самому нести смерть в своих руках.
Использовали естественный ход вещей — кочегар должен кидать уголь в топку, это его работа — против самих немцев.
Гениально же, правда?
Иногда думаю: вот так и надо решать проблемы. Не в лоб, не через силу.
А найти ту самую точку приложения усилий, где система сама себя разрушит.
P.S. Константину Заслонову посмертно присвоили звание Героя Советского Союза. Его именем названы улицы в десятках городов. Но главное — его методы спасли тысячи жизней наших солдат на фронте, остановив поток вражеских ресурсов.
P.P.S. А ведь это всего лишь один пример партизанской изобретательности. Сколько ещё таких историй похоронено в архивах?