Безусловно трудовой подвиг ангарстроевцев-братчан не возможен был без участия ветеранов Великой Отечественной войны. Среди них есть и участники взятия Будапешта.
Огромный вклад в строительство Братска и Братской ГЭС внес «Ангарстрой». Именно ему было поручено в 1954 году в минимальные сроки проложить железнодорожные пути от основания магистрали Тайшет-Лена к обоим берегам Ангары, к створу сооружения плотины, к Падунскому сужению. 25 ноября 1955 года пришел в Осиновку на полустанок Лужки, первый поезд. В конце июня 1961 года на обеих берегах Ангары железнодорожные пути подошли к большой бетоновозной эстакаде Братской ГЭС. Безусловно трудовой подвиг ангарстроевцев-братчан не возможен был без участия ветеранов Великой Отечественной войны. О боевом пути одного из таких людей поведал печатный орган парткома, объединенного постройкома и управления «Ангарстрой» - газета «Строитель БАМ», выпускающаяся с 1974 года по 1992 год.
ОДИН ИЗ МИЛЛИОНОВ
Командир полка прекрасно знал, что названные им в штабе люди могут выполнить задание. После освобождения Погорелогородищего, что под Москвой, дивизия подошла ко Ржеву. Здесь наступление остановилось. Накрепко окопавшиеся фашисты никак не хотели сдавать свои позиции. Атаки, повторявшиеся одна за другой, были безуспешными. Огонь вражеских орудий косил бойцов. Нужно было выяснить, где находятся у врага огневые точки, узнать возможности окопавшихся немецких частей. Это могла сделать группа старшего лейтенанта, командира батареи Горшкова. Не раз приходилось ходить в разведку ему, и его товарищам по оружию.
Задача была не из легких. Готовились к операции долго и основательно. В числе разведчиков был и Петр Алексеевич Карташов. Он не знал немецкого языка, как многие в группе, но командование, включившее Карташова в разведгруппу, знал об его опыте разведчика. Участвовал Карташов в боях у озера Хасан.
В то время он был вторым номером станкового пулемёта. Мерз в финских болотах в холодную зиму 1939-1940 года. Тогда, во времена финской агрессии, он стал разведчиком. И сейчас, готовясь к операции, он вместе с другими изучал территорию, по которой пришлось бы ползти. Каждый бугорок, каждый кустик просматривался разведчиками.
В назначенный час пятнадцать бойцов проползли под разрезанной проволокой. Внимание фашистов отвлекала другая группа. Принимая на себя основной огонь противника, она давала возможность разведчикам пройти на вражескую территорию. И все-таки- не обошлось без потерь. Один наткнулся на мину, в другого попала пуля. Но оставшиеся в живых продолжали операцию. Небольшой лес помогал скрываться, и разведчики наносили на карту огневые точки противника. Задание было выполнено. Но только семеро возвращались назад. И тут наметанные глаза разведчиков за метили, как в сопровождении двух солдат шел обер-лейтенант: проверял ли посты, либо по каким другим делам шла троица, но только упускать ее разведчики не хотели. Они знали, что поблизости нет другой за щиты, устроили засаду, в короткой перестрелке уничтожили охранников, а обер-лейтенанта, тщательно оберегая, доставили на свою территорию.
За выполнение задания все разведчики были награждены. Петру Алексеевичу Карташову был вручен орден Красной Звезды . Но это была вторая награда Карташова. Самая первая — медаль «За отвагу» засияла на его гимнастерке в феврале 1942 года, когда его артиллерийский дивизион вел бои в 400 километрах от Москвы, возле города Калинина. А приколол медаль Михаил Иванович Калинин, приехавший в дивизион для вручения наград.
Хорошее всегда с удовольствием вспоминается. А о войне даже и вспоминать не хочется, — говорит Петр Алексеевич. Мы сидим с ним в просторной светлой комнате, за окном которой голубизна майского неба. Тридцать пять лет прошло с того радостного утра, когда весть о Победе разлетелась во все концы мира. Из автоматов, из всех имеющихся орудий салютовали победители. Как долог путь был до этого дня. Сколько страданий, сколько потерь пришлось перенести солдату, дожившему до Победы.
В 1943 году враг уже меньше сопротивлялся. Хребет его был перебит в сражениях под Москвой, под С талинградом. Шло наступление советских войск. В одном из боев в окоп, где находился К арташ ов с товарищами, попал снаряд. Чудом он уцелел, но контузия надолго вывела бойца из строя. Только в конце 1944 года Карташов снова попал на фронт, в 52 стрелковую ордена Красного Знамени, орденов Суворова и Кутузова дивизию. После госпиталя бывший разведчик закончил артминучилище и, командуя взводом, участвовал в освобождении Болгарии, Югославии, Венгрии, Австрии, Чехословакии.
В Вену онн вступили в числе первых. Расставили свои четыре миномета и расчищали путь входившим в город войскам. Но не сразу удалось уничтожить сопротивление врага. «Чернорубашечники», как звали местных защитников фашизма, напрягали все свои силы, чтобы оставить в своих руках столицу. Многие бойцы, прошагавшие весь многокилометровый, многострадальный путь по земле Европы, остались на подступах к Вене. Но город был взят. За бои при взятии столицы Австрии Карташову вручили орден Отечественной войны.
И сейчас вспоминаются встречи с населением освобожденных стран. С каким великодушием, с какой теплотой встречали нас болгары, югославы, чехи. Короткая передышка. Сидишь возле орудия отдыхаешь, и подползает какой-нибудь мальчонка. «Братушка, братушка», —шепчет и протягивает хлеб или кусочек сала.
К городу батарея подошла вечером. В одном из садов артиллеристы установили орудия и приготовились к бок). Вопреки всему происходящему весна украшала сады бело-розовым цветом. Дурманящий воздух, кажется, переполнял легкие. Но запах гари проникал и сюда. Горели оклады с продовольствием. Их возле города было немало. Комбат, взяв в руки бинокль, смотрел на поднимающийся черный дым. Вдруг он вскрикнул: «Ребята, да онн их поджигают, .вон бегут». Не теряя времени, группа артиллеристов с автоматами, в руках приблизилась к складам. Дым от горелого сахара, муки ел глаза. Осторожно обошли поджигателей и встретили их огнем из автоматов. Тысячи тонн продуктов было сохранено. За эту непредвиденную операцию на груди Карташова появился третий орден, второй орден Красной Звезды.
О капитуляции фашистов на батарее узнали, когда подходили к Праге. Час ночи, а все были на ногах. Выходит, что конец войне. Но война еще шла.
Войска одной из армий гитлеровцев ни за что не хотели признавать решение своих главарей. Огрызаясь огнем, они упорно не сдавались. Бои продолжались и 9 м ая, и 10-го, и 11-го. Горела земля, гибли люди, сраженные пулей падали на чужую землю советские солдаты — освободители. Но упорство врага было бессмысленным, и он был разбит.
А через месяц батарея Карташова была на пути на Восток.
Страшны бои, страшна смерть товарища, сраженного осколком или пулей. Минуту назад он смотрел на тебя, говорил, смеялся и вот уж е окровавленное тело безжизненно опустилось на дно окопа. Еще более страшна смерть от жажды. Безжалостно, властно вырывает она идущих рядом, ослабевших от палящего солнца, от горячего песка, от жажды. Много потеряла бойцов Орловская дивизия, идущая впереди батареи. Броски по 80 километров в сутки без воды не все выдерживали, прошедшие под огнем Европу. На себе тащили орудия. А вода была совсем близко. Всего 4-5 метров в глубь песка. Кто-то вовремя догадался выкопать колодец. И дивизия, где шел Карташов, избежала многих смертей. Водой были заполнены баллоны, баки, фляжки. Вода — это жизнь. Тем более в сложившихся условиях. Часть вырвалась далеко вперед. Тылы отстали, позади было продовольствие, был хлеб. Но прошли хребет Малый Хингал, форсировали Большой Хингал.
А 3 сентября Япония капитулировала. За переход через пустыню Гоби, за выдержку Карташов был награжден четвертым орденом. К медалям «За освобождение Праги», «За взятие Будапешта», ко всем другим боевым наградам прибавилась еще одна, третий орден Красной Звезды. За жизнь на земле, за мирный труд, за счастье всех живущих воевали, погибали, боролись солдаты армии освободительницы.
И Родина по заслугам награждала своих солдат. Звенят, поблескивают на теплом майском солнце ордена и медали на груди одного из них — Карташова Петра Алексеевича, ветерана Великой Отечественной войны, ветерана Ангарстроя.