Неприязнь принца Уильяма к Саре Фергюсон не объясняется только последними скандалами с делом Эпштейна. Этот холод между принцем и бывшей герцогиней, вероятно, имеет более старые и менее очевидные корни, предполагают королевские обозреватели. Он уходит в напряжённые отношения между матерью Уильяма Дианой и ее когда-то ближайшей подругой Сарой.
Монархия редко забывает семейные конфликты. Они тянутся, переползая из одного поколения в другое, и личные обиды постепенно превращаются в институциональную дистанцию. В ближайшие годы именно Уильям станет центром монархии. Его личные предпочтения и линии доверия постепенно превращаются в архитектуру будущего двора.
Когда дружба превратилась в соперничество
В начале 1980-х годов Диана Спенсер и Сара Фергюсон были не просто родственницами по браку, а близкими подругами, причем ещё до появления в королевской семье. Именно Диана познакомила Сару с братом своего мужа - принцем Эндрю, за которого вышла Ферги, став герцогиней Йоркской. Обе королевские невестки происходили из аристократических кругов, обе ощущали себя несколько чужими в строгой дворцовой системе и поначалу поддерживали друг друга.
Но очень быстро выяснилось, что в монархии нет пространства для двух «народных принцесс». Популярность Дианы стала феноменальной - пресса, публика и благотворительные организации превозносили именно на её. Сара же, более шумная и менее дисциплинированная в публичных жестах, быстро получила репутацию непредсказуемой особы. Сравнения в газетах были постоянными и зачастую жестокими.
Биографы королевской семьи отмечали, что ревность возникала с обеих сторон. Сара раздражалась тем, что любое её неосторожное поведение превращалось в скандал, тогда как Диане, более харизматичной, стильной и фотогеничной, многое сходило с рук. Диану, в свою очередь, задевала лёгкость, с которой Ферги находила общий язык с некоторыми членами семьи, а конкретно с королевой, и персоналом. То, что самой принцессе Уэльской давалось гораздо сложнее.
Эндрю Лоуни в своей недавней биографии Entitled цитирует Аллана Старки, который наблюдал за королевской семьей десятилетиями:
«Они вели непрерывную войну, используя свою благотворительность и прессу как оружие. Они походили на актрис в премьерный вечер, сверяя газетные отзывы о своих последних благотворительных поездках и расстраиваясь, если у соперницы отзывы оказывались лучше» .
Диана вышла замуж в 1981-м, Сара - в 1986-м. Пять лет разницы, которые определили всё. Диана прибыла первой, освоилась, заняла ниши и была уверена, что это ее территория. А Сара, появившись следом, вдруг продемонстрировала, что чувствует себя в королевской семье куда органичнее, чем предшественница, та, за которой Сара и по протоколу должна следовать на шаг позади.
Биограф Эндрю Мортон сформулировал это жестко: «Она (Сара) правит экипажем с принцем Филиппом, охотится с принцем Чарльзом, она - сгусток энергии. Ей было очень комфортно в королевских кругах, и она чувствовала себя как дома, выходя замуж в эту семью». Пресса не один год писала, что Чарльзу следовало бы жениться не на Диане, а именно на Саре, она ему больше подходит.
Диана, дочь графа, всю жизнь оставалась при дворе чужой. Сара - плоть от плоти того же твидово-лошадного сословия, была как рыба в воде. Как же тут было не зародиться ревности и соперничеству.
В свою очередь Ферги боролась с завистью к образу Дианы. И называла принцессу Уэльскую Блондиночкой, Маленькой мисс Совершенство или Мисс Две туфельки-паиньки. Как рассказывалось в книге «Герцогиня Йоркская без цензуры», написанной Вассо Кортесис, также известной как мадам Вассо, бывшей целительницы герцогини Йоркской: «Сара на короткое время невероятно возненавидела Диану».
«Ее раздражало, что всякий раз, когда возникали споры вокруг брака Дианны, пресса и общественность всегда, казалось, вставали на ее сторону, но когда брак Сары оказывался в центре внимания, во всем всегда обвиняли жизнерадостную Ферги».
Мадам Вассо гадала Ферги на картах Таро, предсказывала ее будущее и записывала на диктофон ее разговоры в течение трех лет, пока та была замужем за Эндрю. В книге, публикации которой Сара пыталась противостоять, гадалка рассказывает, как расточительная герцогиня жаловалась на нехватку «картофеля», то есть денег, называла Диану "Блонди" и шутила, что хотела бы, чтобы ее свекры - королева Елизавета II и принц Филипп - умерли.
Момент разрыва
Символическим концом их дружбы обычно считают 1996 год, когда вышли мемуары Сары «Моя история». Диана, узнав о планах Ферги откровенничать на публику, попросила об одном: «Я не хочу, чтобы ты упоминала меня вообще». Но Сара не просто «упомянула». В книге герцогиня Йоркская написала, что получила подошвенные бородавки после того, как примеряла обувь Дианы.
Диана, которая годами выстраивала образ - хрупкий, чистый, надмирный - сочла это публичным предательством, тем более болезненным, что исходило оно от подруги. Тут же ставшей бывшей. Принцесса, по свидетельству близких, просто захлопнула дверь.
Это не выглядело неудачнрй шуткой даже на первый взгляд, а зная контекст - их напряжённые отношения и постоянные медийные сравнения - ячно, что фраза прозвучала унизительно. Роберт Джобсон, королевский обозреватель Evening Standard, вспоминает: «Сара много раз пыталась загладить вину, но Диана умела держать обиду - по-настоящему» .
Сара позднее утверждала, что сожалела о сказанном, однако к моменту гибели Дианы в 1997 году отношения между ними так и не восстановились. Что бы там ни сочиняла Сара постфактум о том, что Диана якобы очень хотела с ней помириться незадолго до смерти, и они просто не успели.
Память, которая передаётся детям
Для принца Уильяма конфликт его матери с Ферги не был газетной хроникой - он происходил в его подростковые годы. Вряд ли он что-нибудь знал, хотя учитывая, что Диана использовала старшего сына в качестве своей опоры и посвещала его в лишние подробности своей личной жизни, и такое отрицать на 100% нельзя. А семейные впечатления, особенно пережитые в период болезненного развода родителей, а потом еще и смерти матери, не исчезают бесследно.
Раскол в королевской семье назревал ещё с 90-х годов, пишет Дейли мейл. В 1999 году вечеринка по случаю 18-летия ее дочери Беатрис, проходившая в Виндзорском замке, оказалась роскошным мероприятием - по слухам, только на ужин было потрачено 400 000 фунтов стерлингов.
Сара надела платье стоимостью 10 000 фунтов стерлингов от Джорджины Чапман, жены Харви Вайнштейна. На мероприятии присутствовали и Вайнштейн, ныне отбывающий срок по обвинению в домогательствах, и Эпштейн, и Гислейн Максвелл. И очень заметно отсутствовали королева и принцем Филиммом, принца Уэльский с Камиллой, и даже принцы Уильям и Гарри.
Всего год спустя, на вечеринке по случаю 40-летия Эндрю (мероприятие стоимостью 30 000 фунтов стерлингов в Саннингхилле) также не присутствовали высокопоставленные члены королевской семьи, включая королеву, принца Филиппа, принцессу Анну, принца Чарльза и принца Эдварда.
Ко всем безнравственным проделкам Сары (перечислять которые одной статьи не хватит, тут нужна книга) в 2010 году разгорелся скандал, когда журналисты News of the World засняли её на скрытую камеру, предлагающей за деньги организовать доступ к принцу Эндрю. Позднее обсуждались и финансовые связи с Джеффри Эпштейном, который, как известно, помогал гасить её долги.
Как рассказал источник биографу Эндрю Лоуни:
«Королева описала Сару как человека, который не испытывал чувства вины, стыда или сожаления за свои ужасные поступки, потому что ее заботила только она сама и никто другой».
Но Сару ничуть это не смущало и не смущает. Уже после смерти королевы она бесстыдно заявляла, что общается с Елизаветой II посредством ее корги.
Комментируя свое отсутствие на королевской свадьбе Уильяма и Кейт в 2011 году в интервью Опры Уинфри, Ферги, как обычно, прикинулась бедной овечкой:
«Меня не пригласили, и я решила поехать в Таиланд, в место под названием Камалая, и... джунгли меня приняли». «Я хотела быть там со своими девочками,… одевать их и пойти всей семьей. А еще было так тяжело, потому что последней невестой, прошедшей к алтарю (в королевской семье до этого - авт.), была я».
Сара добавила, что переживала по этому поводу целых ... 3 часа.
И, кстати, «джунгли», в которых скрылась в тот момент Ферги, как писали журналисты, оказались пятизвездочным отелем, в котором «детокс-отдых стоил около 300 фунтов стерлингов за ночь.
Почему личная неприязнь стала политикой
За Сарой давно закрепился образ человека, создающего проблемы для института, который традиционно крайне чувствителен к вопросам репутации. А в прошлом году биограф Эндрю Лоуни сообщил, что по данным, основанным на его интервью с приближенными ко двору источниками, Сара Фергюсон десятилетиями угрожала королевской семье «разоблачениями». Именно этим Лоуни объясняет, почему принц Филипп двадцать лет с ней не разговаривал, почему королева в конце жизни называла ее «безжалостной герцогиней Обмана» и почему никто не выселял Эндрю и Сару из Роял-Лодж: «Ее держали рядом, потому что боялись, что она выложит всё начистоту» .
Уильям, наблюдавший за этим с детства, вынес приговор: Саре Фергюсон нельзя доверять. В отличие от многих предыдущих наследников престола, принц Уильям сознательно строит образ монархии как компактной и управляемой структуры. Эта стратегия предполагает минимизацию фигур, чьё поведение способно производить неожиданные репутационные кризисы. В таком подходе Сара Фергюсон оказывается сложной фигурой: формально она не является действующим членом королевской семьи, но ее связь с Виндзорами через дочерей сохраняется. Хотя уже не только Эндрю с Сарой изгнаны из семьи, но и дочери их держутся на честном слове. Пардон за каламбур.
Сара Фергюсон когда-то написала о Диане:
«Она была одной из самых острых на язык женщин, которых я знала. Никто не умел рассмешить меня так, как она. Жаль, что в конце мы не разговаривали целый год, хотя я так и не узнала причины, - разве что если Диана что-то вбивала себе в голову, оно застревало там надолго» .
Она не знала причины. Бесстыдство Сары Фергюсон безгранично. И она была уверена, что ее Фортуна - тоже.
Бывшая герцогиня Йоркская торговала доступом к короне, потому что не умела жить по средствам. Она дружила с пед.офи.лом, потому что не умела различать «щедрость» и «преступление». Она лгала публично, а потом лгала приватно, пытаясь угодить, и в результате потеряла доверие всех.
Источник Лоуни формулирует это с убийственной простотой:
«Эпштейн был не особенно к ней привязан. Она была для него скорее полезной идиоткой. Она открыла ему путь к расположению Эндрю и, по умолчанию, к расположению королевской семьи» .
И принц Уильям, наблюдавший историю жизни Йоркских с детства, вынес приговор задолго до того, как стал королем. Он просто ждал момента, когда сможет его привести в исполнение. Поэтому Саре надеяться не на что.
После скандала с файлами Эпштейна она сбежала за границу и теперь, по сообщениям ее друзей, ищет новую пиар-команду, чтобы поправить репутацию. Поскольку хочет вернуться в Великобританию и надеется продолжить жить в районе Виндзора. И в этом они с Эндрю, как два сапога - пара. Бывший принц категорически отрицает свою вину в скандале с Эпштейном, а Сара не приемлет даже мысли, что ее жизнь перестанет быть шикарной, шумной и веселой, в блеске огней софитов, с выступлениями на красных дорожках и бесконечной халявой.
Подписка, лайк и комментарий очень помогут в продвижении канала!
Подписывайтесь также на ТГ-канал Монарх Ия https://t.me/+iZR38VO5e9U3OGVi