Поиски заняли месяц. У Анны была только дата — 12 марта 1992 года — и смутное ощущение, что озеро должно быть где-то в Ленинградской области. Почему там? Просто мама однажды обмолвилась, что в юности ездила в турпоход на какое-то озеро и влюбилась в него навсегда. Анна перерыла старые альбомы. Нашла одну-единственную размытую фотографию: мама, совсем молодая, с короткой стрижкой, сидит на деревянном пирсе и смеётся. На обороте корявым маминым почерком: «Озеро Светлое. Август-91. Я тогда ещё верила, что всё будет хорошо». Она села в электричку, потом в автобус, потом шла пешком три километра по разбитой дороге. Озеро встретило её тишиной и запахом прелой листвы. Оно действительно было светлым — вода отливала перламутром, даже в пасмурный день. Домов у озера оказалось всего пять. Три заброшенных, два жилых. Анна обошла все. Ничего. Никто не продавал, никто не помнил никакой семьи с ребёнком. Она уже собралась уезжать, когда заметила тропинку. Узкую, почти незаметную, уходящую вглубь леса