Достал из закромов несколько историй от медиков. Тема заезженная, но интересная. Те, кто работает в реанимации часто говорят — атеистов и скептиков тут не остается уже через пару лет дежурств.
Дальше со слов очевидцев.
История первая: Гости в изоляторе
Я врач с приличным стажем работы и скажу вам на полном серьёзе: те, кто много лет проработал в реанимации, в «тот свет» не просто верят — они в его существовании нисколечки не сомневаются.
Я и сам пять лет отработал в реанимационном отделении одной городской больницы. Насмотрелся на всякое, но вот именно этот случай, навсегда остался в памяти.
Поступила к нам женщина в тяжелейшем состоянии. Жуткое ДТП, машина «всмятку». Хирурги над ней несколько суток колдовали, буквально по кусочкам собрали. Сделали просто невозможное, но она впала в кому. Положили её в отдельный бокс, там в двери ещё такое смотровое окошко было, чтобы тот, кто на посту, мог приглядывать, не заходя внутрь.
И вот иду я ночью по коридору мимо этого бокса. Глянул мельком в окошко и замер. В палате, прямо у койки, стоят двое: взрослый мужчина и пацанёнок лет девяти. И что сразу в глаза бросилось — они были в обычной «гражданке», никаких халатов, не бахил.
Я тут же на пост к дежурному метнулся: «Вы кого это в бокс к тяжелой пустили среди ночи?. Тот на меня как на идиота смотрит: «Никого не пускали, посещения строго запрещены, реанимация же». Залетаю обратно в палату — пусто. Никого! Исчезли и пары минут не прошло. А ведь из палаты только один выход — мимо меня в коридор.
Сдал смену, а на следующий день медсестра, которая меня подменяла, вся бледная рассказывает: она тоже видела эту парочку. Стояли и не отрывая взгляд смотрели на пациентку.
Позже выяснилось. В аварии она в машине находилась не одна. Её муж и сын погибли на месте. Когда женщина пошла на поправку и пришла в сознание, она как-то показала мне своё семейное фото. На нем были они — тот самый мужчина и мальчик. Я их как увидел, у меня в животе всё спазмом скрутило. И самое жуткое, ей ещё тогда не сказали, что её родных уже нет.
История вторая: Смех в пустом коридоре
Моя мама до самой пенсии в реанимации работала. Рассказывала разные жуткие истории.
Как-то раз дежурила она ночью. Сидит у себя в ординаторской, заполняет журнал. Спокойная ночь, в коридорах приглушённый свет. И вдруг она отчетливо слышит: детский смех. Несколько ребячьих голосов, звонкие такие, будто мелюзга в догонялки играет, носится по отделению.
Мама тут бросилась угомонит нарушителей спокойствия. А там никого. Пустой коридор, лампы мигают тусклым светом. Вернулась к себе. Через полчаса — опять то же самое. Топот детских ножек и хихиканье прямо за дверью. В ту ночь это повторилось ещё дважды.
А еще у них там была палата, которую под комнату отдыха для персонала переделали. Те, кто работал давно, туда старались лишний раз не соваться. Мама говорила, бывает заходишь — а на койке дед сидит. Обычный такой дедок, в майке-алкоголичке. Сидит молча, смотрит в одну точку, на тебя ноль внимания. Моргнешь — а его и нет. Опытные врачи к этому привыкли, даже не обращали внимания уже, а вот молодежь частенько увольнялась после первой же смены.
История третья: Сущность на тумбочке
Дело было в середине девяностых, самый разгар безнадёги. Я тогда медбратом подрабатывал, ЭКГ снимал. Было мне лет двадцать, о мистике вообще в то время не думал.
Захожу в палату к «лежачему» деду, надо кардиограмму сделать. Вижу — дед совсем плохой, буквально на глазах Богу душу отдает. Вызвал дежурного, реаниматолога, начали откачивать. Я на подхвате суечусь.
И тут вдруг чувствую — откуда-то сверху будто ледяным сквозняком потянуло. Воздух в комнате стал плотным, вязким, и появилось четкое ощущение, что за нами наблюдают. Прямо сверху кто-то на нас со злобой смотрит. У меня руки сами собой опустились, и в голове четкая мысль, будто не моя: «Всё, остановись! Бесполезно».
В ту же секунду врач остановил реанимацию. Зафиксировали смерть.
Я пошел в сестринскую, перекурил, пару часов подремал. Просыпаюсь, иду обратно в ту палату забрать аппарат. И чуть не рухнул. Ноги ватные стали, к полу присохли.
На тумбочке у кровати, где покойный дед лежал, сидит чёрт. Натуральный, как с лубка. Ростом с полметра, шерсть свалявшаяся, рога, копыта. И рыло свиное, влажное от пота. Сидит и на меня пялится красными глазёнками. Расстояние до него — метра полтора. Я хочу закричать, а горло спазмом перехватило, только сип идёт. Зажмурился изо всех сил, сквозь зубы прошипел: «Сгинь, нечисть!.
Открываю глаза — никого. Пустая тумбочка.
Вот такие вот истории. Хотите верьте, хотите нет.