По вечерам мы с Лёхой берёмся за подработки: тянем проводку, приводим в порядок щиты, настраиваем то, что нужно людям “на вчера”. Иногда выходим и в выходные — у каждого свои причины, но работа у нас общая, поэтому и ездим вместе. На основной службе Лёха крутится по школам и детским садам: обслуживает охранно-пожарную сигнализацию и видеонаблюдение. Я рассказываю ему о своём, он — о своём, и под разговор время проходит быстрее, будто смена становится легче. А одна история у него вообще запомнилась надолго.
Дальше — с его слов.
Отработал он день, уже почти собрался домой, и тут — звонок. На линии директор одной из школ, просит срочно подъехать. Директор этот Лёхе знаком давно: человек прямой, собранный, старой закалки. Такой по пустякам тревожить не будет.
Лёха прикинул, что да как, и ответил:
— Хорошо, если действительно нужно, заеду.
Приехал, поднялся к директору, только начал спрашивать, что случилось, как тот коротко бросил:
— Сейчас сам увидишь.
Директор подвёл его к компьютеру и попросил открыть запись с камер. Нашли нужную дату, запустили.
На экране — обычный школьный день: коридор, перемена, дети шумят, бегают, суета привычная. Лёха уже хотел пролистать дальше, но директор остановил:
— Вот здесь. Сбавь скорость перемотки.
Лёха замедлил. И картина стала яснее.
Среди ребят — пятиклассники или шестиклассники, примерно так — идёт парень постарше, заметно крупнее, выше почти на голову. И вдруг, без причины, походя, отвешивает одному из младших подзатыльник. Просто так, будто ему это дозволено.
К обиженному тут же подскакивает второй мальчишка, что-то говорит старшему — может, заступается, может, требует прекратить. Ответ прилетает мгновенно: ещё один подзатыльник, да такой, что ребёнок не удержался и упал.
Первый мальчишка не растерялся, схватил товарища за руку, помог подняться. И уже вдвоём они бросились на обидчика: сбили с ног, прижали, уселись сверху и начали бить.
Директор посмотрел на Лёху, кивнул, будто поставил точку, и спокойно сказал:
— Ну вот, теперь всё ясно. А то мать прибежала, скандал устроила: “Сына избили!”. А сын, выходит, сам нарвался. Молодцы пацаны. На таких и страну не страшно оставить. Завтра вызову отца этого “пострадавшего”, покажу запись и поговорю как следует.
Лёха уехал. Но история не отпускала. Прошло пару дней, любопытство взяло верх, и он набрал директора: хотелось понять, чем закончился разговор.
— Ну как? — спрашивает. — Показали отцу?
— Показал, — отвечает директор. — Пришёл отец вместе с сыном. Я включил запись, всё без комментариев. Отец посмотрел… и не выдержал.
Директор сделал паузу, как будто снова увидел тот момент перед глазами.
— Сразу там же дал сыну хорошую затрещину. Не зверски, но так, чтобы дошло. Сказал, чтобы младших не трогал и к матери с жалобами не бегал, когда сам виноват. Нормальный мужик оказался.
Лёха признался, что после этого ему мальчишку стало чуть жалко: за одну глупость — наказание вышло двойным. Но директор только усмехнулся и подвёл итог:
— Ничего. Зато запомнит. И, может, поумнеет наконец.