Сыну девять, дочке четыре. У сына есть свои карманные деньги — пусть небольшие, зато честно его. К тому же после дня рождения у него оставалась часть подаренных. Месяц назад он довёл накопления до круглой суммы — пять тысяч — и серьёзно попросил:
— Свози меня в торговый центр.
Мы собрались и поехали. Гуляем по магазинам, рассматриваем витрины. И вдруг он, по-взрослому спокойно, уточняет:
— Я могу купить всё, что захочу?
Я отвечаю честно, без условий и подвохов:
— Можешь. Только в пределах твоих пяти тысяч.
И он начинает выбирать. Не спеша, без суеты, будто заранее знает, что ему действительно нужно. В корзину отправляются четыре мороженых, лакомства для кота и кролика, большая разделочная доска для меня (старая треснула, и буквально на днях я говорил, что пора брать новую), картина по номерам для мамы, крупная кукла для сестры… И наконец — большой набор Lego для себя.
Я уже вижу, что сумма выходит за рамки, но ничего не говорю. Думаю: если не хватит — добавлю по факту, не буду ломать ему настроение. Подходим к кассе, продавец озвучивает итог:
— Шесть тысяч восемьсот.
И вот момент, когда многие дети начинают торговаться с родителями взглядом, просить, обижаться, настаивать. Я внимательно наблюдаю: сейчас попросит доплатить? Сейчас расстроится? Сейчас будут слёзы?
Но он даже не меняется в лице. Быстро, без драм и пауз, вытаскивает из покупок свой набор Lego и уточняет:
— А если так?
Продавец пересчитывает:
— Четыре тысячи восемьсот.
Ни одной слезинки. Ни намёка на обиду. Он оплачивает покупки и сразу же идёт к нашим девчонкам — дарить то, что выбрал для них. Я молча отхожу, покупаю тот самый набор Lego отдельно, прячу в чёрный пакет и возвращаюсь к ним.
По дороге всё-таки спрашиваю, потому что не могу не спросить:
— Ты ведь мог взять куклу попроще и подешевле. Мог не покупать нам с мамой подарки. Тогда бы набор остался у тебя.
Он смотрит на меня так, будто в этом нет вообще никакой сложности, и отвечает уверенно:
— Я ещё накоплю. А сестрёнка маленькая… Она так долго смотрела на эту куклу!
И я снова ловлю себя на мысли, что у него это не случайность и не разовый порыв. Стоит ему что-то покупать — он почти всегда думает не только о себе. Либо берёт для всей семьи, либо обязательно для себя и для сестры. Как будто внутри у него уже есть правило: радость делится, а не отнимается.
И в такие моменты понимаешь: похоже, мы и правда растим нормального мужчину. Не напоказ и не словами — поступками.