Дорогие читатели!
С тяжёлым сердцем сообщаю, что на СВО погиб Евгений Алексеевич Афонин, позывной «Клён», интервью с которым я опубликовал в сентябре 2024 года; в интервью его позывной был изменён на «Ветер». Евгений погиб 16 марта в Харьковской области, подорвавшись на мине.
Я Евгения знал недолго и общался с ним всего 2 раза, но, когда берёшь у человека длинное, подробное интервью это очень сближает; собеседник раскрывается, возникает крепкая межличностная связь.
Мысли, высказанные Евгением пробудили сильнейшие чувства не только у мня, но и у других людей, прочитавших его интервью. Приведу пример отзыва читательницы, после прочтения нашего общения с Евгением:
«Такая честная, простая и искренняя история обыкновенного русского парня… Но в этой как бы обыкновенности и обыденности и есть весь настоящий русский человек...»
И действительно, Евгений - настоящий Герой современной России, который тихо и без пафоса «спросил благословения жены и добровольно явился в военкомат» в тяжёлый для страны момент.
Процитирую другого читателя, также ознакомившегося с интервью Евгения:
«Вот, что значит правильное воспитание человека и вот его результаты. И посмотрите, как красиво сказано: "Учитель через литературу передавал нам жизненный опыт поколений." Браво!»
Ниже, привожу сообщения с фронта, который Евгений присылал своим близким. Его супруга разрешила мне их опубликовать.
***
Небольшая зарисовка. Вчера сообщили что недалеко от нас машина налетела на мину. По радио разговору я узнал своего товарища с позывным Шаман, вместе учились на курсах офицеров.
Миной все не ограничилось, видя ситуацию противник в тот квадрат отработал из миномётов, в надежде зацепить рассыпавшихся бойцов по кустам и отправил fpv дроны, дабы добить технику. Бойцы не пострадали.
Я подумал и принял решение. Собрать всех на моей точке, медика из этой кучи довести до точки, где он должен был находиться, а другого медика, который должен был уехать на ротацию, затянуть так же на свою точку, чтобы потом скопом вывезти их на своей машине в тыл, которую я ожидал на следующий день.
Начал воплощать задуманное, предварительно закинув удочку начальнику штаба. Что бы не гонять две разные машины, решил обойтись одной моей плановой. Естественно, я всегда делаю предложения, от которых очень трудно отказаться и поэтому моя идея была всячески поддержана.
Группа, ехавшая на этой машине, была из разных батальонов плюс еще они захватили раненого связиста. Как всегда, ситуация осложнялась тем, что радиосвязь отсутствовала; где спряталась группа в моем разрушенном городе я знал только приблизительно; все еще отягощалось прекрасной лётной погодой.
В общем все как мы любим, поэтому своим подчинённым я радостно поведал, что мы идем в очередную пятую точку. Мои подчинённые с радостью поддержали мою инициативу и выбрав подходящее окно двинулись собирать рассыпавшийся горох.
***
Пока я искал товарищей, я набрал на подвал, в котором сидели мои товарищи из бывшего моего батальона и бывшей моей роты. Мы не виделись почти год.
Радостно обнявшись, мы решили немного пообщаться, мой товарищ немного либеральных взглядов, спросил, можно сказать потребовал от меня отчета, что я думаю, жалею ли я о своём решении стать офицером, и как я вижу ситуацию в целом.
Я сказал, что не жалею, так как вижу плоды своих трудов и успел сделать много хорошего. Я конечно и как гранатометчик не жалел, но офицером можно сделать больше, чем просто гранатометчиком :)).
Ещё немного поговорив, мы побежали дальше искать рассыпавшиеся горошины. Бежать было недалеко и скоро из одного дворика меня окрикнули. Забежав туда, я увидел гораздо большую толпу чем рассчитывал.
Обнявшись с Шаманом, мы начали думать, как нам дойти до точки. Мороз и солнце, день чудесный, и красной канистры с бензином вид прелестный; всë промелькнуло перед нами, все зажужжало тут....
Всего было 6 человек и нас двое; дистанция с километр по открытке, лётная погода, куча мешков, и… канистра с бензином, которую водитель взор ванной машины пытался спрятать за ногу.
Какая у тебя хорошая канистра... В бензине мы нуждались, так как запасы его были у нас на исходе. В этот момент моих раздумий рация ожила и мне передали что fpv летит в нашем направлении с увеличительной линзочкой в камере.
Люди заныкались по сарайчикам в надежде что нас не заметят. Оценив риски, я понимал, что опасность не очень большая; мы в небольшом дворе, со строениями, кругом деревья. Сама фпв была ни о чем, хуже, что она могла протащить стволку или миномёт.
Это опять же более отягощало мою голову… Мы попытались изобразить из себя часть окружающего ландшафта, но нас заметили и стали нарезать круги над нами, ища лучший угол атаки. В это время Шаман отобрал у кого-то автомат и начал по ней палить.
С наружи оставалось только три человека, я, Шаман, и Медик. Медик тоже начал палить по ней. Бах… Радостный вопль Шаман! Далее я скомандовал залезть всем в подвал в ожидании других fpv и прилетов.
***
Отдышавшись, сидя в подвале, выяснилось, что у одного из бойцов новая версия АК-12. Это как раз тот автомат, из которого Шаман сбил fpv. Там совсем другой прицел, предохранитель и переводчик огня, а также дульный, несъемный тормоз.
В процессе стрельбы Шаман все это не заметил. Более того, боец, чей это был автомат, был нерадив, и что бы перевернуть затвор, Шаману пришлось со всей дури стукнуть прикладом о ствол дерева.
Тут я вынужден дать некоторые пояснения. Шаман он сам то ли бурят, то ли тувинец, но точно не чукча, потому что он постоянно над ними шутит. Изначально у меня сложились с ним не очень хорошие отношения; он по сути своей задира, а я таких не люблю.
Как-то назвал меня деревом. В ответ я ему сказал, что если он, чукча, скажет так ещё раз, то мы подеремся. Я знал, что якута обозвать чукчей это страшное оскорбление. Мой посыл достиг цели.
С огромным наслаждением мы принялись мутузить друг друга, но нас разняли.
«Б*дь, товарищи будущие офицеры, вы что о*ели?» орал кто то… Так мы и расстались, он уехал учится на артиллериста, а я в пехотное направление. Позже, вернувшись в полк, больше он меня деревом не называл, что меня вполне устраивало.
***
Так вот вся моя зарисовка к тому, что в нашей традиции принято считать, что все эти то ли чукчи, то ли буряты, то ли тувинцы, то ли прочие Шаманы сразу после рождения, сначала стрелять учатся, а потом уже ходить.
Не знаю, насколько все это справедливо, поинтересуюсь позже, но факт остаётся фактом, что умеющему стрелять тип оружия не совсем важен. Ты либо умеешь, либо не, что собственно Шаман и продемонстрировал. Все эти завывания, что винтовка специальным образом подгоняется под стрелка, что она помнит тепло его щеки…
Я всегда проявлял скепсис к таким заявлениям, так как сам занимался пулевой стрельбой и имел разряды. Вот и сейчас, удивленный Шаман вертел новый АК и удивлялся, что не заметил новых фишечек.
Я тоже повертел новый автомат, и мне он не понравился. В частности, там был изменён прицел, и было не совсем понятно, как вести точную и меткую стрельбу.
А тем временем, по нам и к нам ничего не прилетало. Все это меня вводило в недоумение. Хитрый хохол что то замышляет… Запрашиваю небо. Мне отвечают, что все чисто. Значит нужно валить. Товарищи! Валим!
Разбил группу на две кучи, направляющий побежал мой боец с канистрой. Я возглавил вторую группу. Взвалив мешок с барахлом на свой горб, я в очередной раз проклял все. Первая группа уже достигла цели, а моя выдвинулась только после этого.
***
Все мы добрались без проблем. Мой штаб расположился в подвале бывшей советской школы. Мы бойцов накормили, напоили, и уложили спать. Перед сном я зашел к ним немного посидеть. Всех этих бойцов я ранее встречал и пересекался с ними.
Это были минометчики, плюс раненый связист, и медики. Они сидели кружочком, и травили байки. Я сидел с ними, и просто слушал их; они были в хорошем настроении, ужинали, принесли и мне полную миску макарон, которую я с удовольствием умял. И мне было хорошо.
Я смотрел на это группу довольных товарищей и в душе у меня развивалось тепло. Вот так вот просто, услышав переговоры по рации, приняв решение, мне получилось реализовать мой замысел. Ну разве смог бы так сделать простой гранатометчик?
Нет, ради таких моих маленьких радостей я и получал эти погоны. Конечно, сейчас я это осознал, когда пишу эти строки. Когда я там бегал, я думал совсем о другом.
***
Вечером сидя с бойцами, слушая их байки, я наблюдал за Шаманом. Это был уже совсем другой человек. Это неестественно звучит, но война пошла ему на пользу. Утром мои сапёры проверили дорогу; пост доложил о проезде машины, и мы как чертики из табакерки, накинулись на буханку, выкидывая из неë припасы.
Сначала небольшая группа отправилась на разгрузку, а в это самое время, группа Шамана сидела в укрытии. Машина приехала набитая битком. Работала только боковая дверь, через которую мы пытались все выкинуть.
Вдруг в 30 метрах что-то ухнуло. Краем глаза замечаю чёрный столб дыма. Это танк. Я его успел уже полюбить. Когда он работает по навесной траектории, он не так опасен. Большая часть осколков уходит в землю и вверх.
В голове прокручивается набор вариантов; кричу всем в укрытие, а буханка до конца не разгруженная начинает разворот для отъезда. В этот момент замечаю, как группа Шамана подскакивает, и грузится в буханку.
Буханка, повизгивая всеми своими ремешками, даёт деру. Остальные - в укрытии. Докладывают о приближении fpv. Подлётное 30 секунд. Один заходит со стороны уехавшей буханки, а другой с другого края населённика.
Пытались взять в клещи. Я брожу по первому этажу школы в одиночестве, просчитываю варианты; всё это происходит молниеносно. Я радуюсь, я ликую! Буханочка наша проскочила. Fpv тем временем начинают рыскать из стороны в сторону, они не видят ничего, они опоздали.
Докладывают с постов, что заряд fpv на исходе. Слышу «бах» и еще через какое-то время «бах»! Закрути потуже кран, что б не вытек океан! Тысячный раз я читаю этот девиз на детском рисунке, висящем над разрушенным умывальником.
Танк выстрелил всего лишь один раз, после взрыва fpv дронов. Все опять погрузилось в тишину. Было всего 8 часов утра, но день уже закончился; можно было спускаться вниз, завтракать и ждать утренних стандартных обстрелов.
***
Все подвержено лимитам и циклам. Надвигался следующий цикл дискотеки с пиротехникой. В эти моменты мы предаёмся своим личным делам и заботам.
Бойцы закутываются в спальники и дрыхнут, ну а я пишу зарисовки в тележке и думаю, как нам испортить жизнь нашему братскому народу, просматриваю сводки от групп и размышляю.
Через некоторое время Шаман выходит на связь и сообщает, что они добрались, и у него один боец ранен от того танкового прилета. Сильно? Да не, лох, всего лишь на сотку! Это шутка такая; ранение лёгкое, по новым правилам это выплата 100 тысяч рублей. Маленький осколок в стопу.
Проходит два дня. Погода стоит замечательная. Хохлы лупят как не в себя; я всячески это приветствую, так как для всех обитателей развалин эти обстрелы не принесут вреда, зато огромное количество боеприпасов уходят в пустоту.
Смотрю на молодых бойцов, которым немного не по себе. Это просто с непривычки. Стараюсь их подбодрить и говорю, что хохлов спасет от нас только химарс. И так подняв руку в верх начинаю скандировать: Химарс! Химарс! Химарс!
***
Бойцы улыбаются. В такие моменты ничего не деланья на меня накатывает жуткая депрессия. Глушу её витаминами, и пишу на доске маркерами, варианты решений сложных ситуаций. Информации мало, добыть неоткуда, а мне нельзя ошибаться.
Спасает только то, что могу загрузить себя общественно полезной работой, но сейчас ничего невозможно сделать. Завтра схожу на окраину, там сидят дикие медики, отнесу им подарок к 23 февраля, поговорю с ними. Всем станет легче.
Медики мне обрадовались. Они поспорили между собой, что никто не придет их проведать. Но это же мой город! Как я могу бросить их, учитывая, что один из них тащил меня раненого до буханки. Да и должен же я был знать где они обитают.
Медики были последние, теперь я побывал практически везде. Теперь я все представляю. Где и кто и какой у кого бизнес :))). Один из медиков читает книгу, теория игр. Уважительно мычу, увидев обложку; а другой, с позывным Малой, наперебой рассказывает мне о последних событиях своей жизни.
Осматриваю их подвал, он весьма тёплый и уютный. Рядом со мной урчит весьма крупный упитанный котик. Хохлы определенно что-то знали, когда строили свои подвалы.... Порою встречаются такие монументальные сооружения, как бомбоубежища.
Баба Яга разрушила много домов, но подвалы ей не доступны. Вот и тут. Мне задают вопрос, куда им бежать в случае ахтунга. Говорю, что мы сами к вам придем.
Вы все еще кипятите?...... Мы неплохо провели время, собираемся обратно, дома у меня маркером написаны варианты, теперь мне будет легче....
***
Все, принял роту. Завтра возглавлю обучение. Выяснилось, что многие разведчики меня знают. Пересекались на задачах, все рады что я у них командир теперь; осталось не оплошать и сделать что-нибудь полезное.
Парни огонь. Как мне сказали, никого не нашлось что бы возглавить разведчиков. Кадровик сказал, что остались одни долбодятлы. Радостно что из всех долбодятлов я самый-самый.
***
Очень непривычно; я сейчас вышел за ноль в тыл. Три месяца сидел на передке. Как в сентябре зашел, так и не вылазил. Дали сутки помыться да постираться. Тут так необычно, можно спокойно ходить и гулять…
Тут у меня на новом месте кот живёт. Он сразу принял меня в свою компанию.
***
Я сейчас за нулем, в бывшем штабе полка. Сейчас здесь практически никого нет, я единственный офицер, который развернул тут своё КНП. Мои группы сейчас поблизости на задачах, а я координирую и осуществляю общее управление.
Иногда чтобы не закиснуть бегаю на разминирования, хотя меня за это верхнее руководство иногда ругает, но по факту тоже стараюсь помогать, так как у меня есть опыт. Меня берегут и за меня переживают.
Солдаты меня ценят и уважают. Еду готовят, благо припасов после штаба здесь, ещё наверное, на год.
***
Потихонечку разрозненные небольшие группы спаиваю в единое целое. Стараюсь, чтобы солдаты помогали друг другу. Здесь я чувствую себя в своей тарелке, ибо окружающая территория моя бывшая земля, где я всех знаю и меня все знают.
Так получилось, что за это время в различных подразделениях находится большое количество моих хороших товарищей. Мне очень приятно, когда слыша мой голос в эфире, они максимально стараются помочь или снабдить необходимой мне оперативной информацией; моя бывшая линия обороны функционирует и работает.
***
Я могу иногда позволить себе погулять. Иногда я ловлю себя на мысли, что я счастлив, идя по улицам разрушенного города, я смотрю как рядом пыхтит мой страхующий с дробовиком; мы протаптываем тропы. Хожу своими ногами, чтобы лучше понимать обстановку.
***
Бойцы мои дрыхнут как котята в свободное от задачь время. Им тут уютно :))).