— Лилит, ты сдурела? Не в твоём положении на рожон лезть!
— Чего кипятишься? Я просто предложила ему денег отсыпать, чтобы отвязался быстрее.
— Офицеру при исполнении. Радуйся, что тебя сразу в участок не увезли.
— Ещё скажи, что он своё жалование отдаст, чтобы мне голосов накинуть.
— А вот и отдаст! В твоей коллекции девяносто третьего голоса только и не хватает.
Микки всегда был тем ещё праведником. И как вообще такой, как он попал в мир криминала? Никогда мне этого не понять. Такой весь из себя вежливый позёр, который к своим тридцати и двух десятков голосов не набрал. Святоша.
И всё же он работает со мной – розоволосой оторвой двадцати семи лет, у которой за плечами два года на зоне и девяносто два голоса на одном печально известном сайте. Выдохнув терпкий сигаретный дым в приоткрытое окно, я сильнее вдавила педаль газа в пол. Розовый спорткар устремился вперёд, нарушая очередное ограничение скорости. Краем глаза вижу, как Микки вжался в спинку кожаного сидения. Этот чудик боится за свою жизнь, в отличие от меня.
Я давно смирилась с неизбежностью скорой смерти. Так что поживу на полную сколько смогу. Мир давно прогнил, и я вместе с ним. Признаться, я считала, что таких, как Микки, вовсе не существует. Хотя и он поддался соблазну хорошей жизни и не устоял перед моим женским обаянием. Как вспомню, с каким ужасом он смотрел на меня, когда я забралась на него сверху… Покраснел до кончиков ушей, словно девственником был.
***
Полумрак комнаты нарушал только тусклый свет от пары мониторов. Микки сидел перед ними на стуле с прямой осанкой, будто ему палку к спине прибили. Так бы и треснула по ней, но вставать с дивана очень лень. Подогнув ноги под себя, я облизала свой любимый малиновый чупа-чупс. Обожаю их. Мой личный наркотик.
Они и Микки. Знаете, за что я люблю этого скромного, неприметного задрота? Он чёртов гений! Взломал систему с голосами и скинул с меня почти два десятка противных галочек. Больше не вышло – что-то слишком заумное он мне объяснял, не помню. Но сердце моё украл тут же.
Мир наш устроен так, что система позволяет выразить своё мнение, и назвать человека той ещё овцой. Стоит это немало, но желающих всегда хватает. Только представьте, насколько я была бы богата, если все мои голоса в наличку перевести! Жаль, что крутятся денежки где-то там, у больших и толстых дядек с кожаными кейсами.
— Не прожигай меня взглядом, Лили.
— Я на тебя даже не смотрела! Больно ты мне нужен…
— Верю, — Микки развернулся ко мне и самодовольно улыбнулся. Чертяга! В такие моменты и не скажешь, что он стесняется даже по телефону позвонить. — Но дырка в моей спине говорит об обратном.
— Может, чего по делу есть? — пробурчала я, надув щёки и сунув в рот малиновый чупа-чупс.
— Конечно, есть!
«Позёр», — пронеслось в голове, и я всё же подошла ближе, опершись на спину своего мужчины. Когда дело касалось работы, то Микки был профессионалом и не без оснований задирал нос.
Не было на этом свете кого-то известного мне, кто смог бы взломать систему с баллами и играючи ими управлять. Современные киллеры – это вам не старперы какие-то. Пара нажатых кнопок и система тут же испепелит сознание человека. Моментальный эффект, от которого не скрыться – цифровая сеть пронизывала каждый сантиметр города. Так что жертвы уже не могли доказать свою непричастность к произошедшему.
А вот списать баллы было гораздо сложнее. За этим пристально следил специальный комитет. И даже это Микки удалось, представляете?
Но я что-то отвлеклась. У нас же тут работёнка намечается.
***
Осень была в самом разгаре. Пасмурное небо, пронизывающий ветер и нескончаемая хандра. Мир словно утратил свои краски. Только с редких деревьев время от времени срывались оранжевые листья, вырисовывая в воздухе замысловатые узоры. Яркое пятно в серой действительности. Только эти листья и я – в своём алом платье в пол. Не мой фасончик, но работа обязывает.
Основная часть моей работы – развлекать разных мерзких дядек. Все они бизнесмены при деньгах, так что в элитных ресторанах я бываю часто. Проблема нашего с Микки дельца заключается в том, что просто взять и накрутить голосов за ликвидацию кого-либо нельзя. Чтобы обойти систему, нужно скопировать личный идентификатор человека. Вот этим я и занимаюсь. Сижу рядом и тяну время, пока специальное устройство копирует номер из двадцати пяти символов.
Официально всё гораздо проще, но за одного человека нельзя проголосовать дважды. Ещё и месячное жалование офисного планктона отвалить придётся. Поэтому я и бегаю на свиданки с будущими жертвами, удовлетворяя их прихоти, пока Микки не сообщит, что успешно зашёл на сайт.
Очередной скучный мужлан. Противный. Не идёт ни в какое сравнение с моим Микки. Но что поделать: работа есть работа. Облизываю губы и касаюсь под столом его ноги. Соблазняются, обычно, все. Удобно быть женщиной в мире похотливых мужчин. Достаю из сумочки любимый леденец на палочке, разворачиваю, глядя точно в глаза. Дядя, ты же уже представил себе разных извращений?
***
Вечер выдался долгим. У Микки никак не получалось влезть в систему. Я даже нервничать начала. Дядя в галстуке уже недвусмысленно намекал на продолжение. «Закончил», — раздаётся в наушнике, и губы сами собой растягиваются в улыбке. Мой мальчик! Когда вернусь, отблагодарю его как следует.
— Маркус, благодарю за чудесный вечер, но мне пора бежать, — кокетливо строю глазки, намереваясь ретироваться как можно быстрее.
— Я рассчитываю на продолжение, — тон мужчины отказа не предполагал.
— Обязательно загляну к вам в другой раз.
— Я не принимаю отказов, юная леди.
В сумочке завибрировал телефон. Что-то у меня плохое предчувствие. На экране значится уведомление о поступлении голоса. Общее число голосов – девяноста три. Этот гад постарался? Смотрю на него и по глазам вижу, что он. Запугать решил? Голосующим не видно, сколько баллов уже набрал человек, так что меня сейчас решили просто припугнуть. Не с моими баллами, дядя! Я бесстрашная.
«Вам начислен 1 голос. Общее число голосов 94».
Что за чертовщина? Смотрю в экран телефона и не верю своим глазам. Это он делает? Нашёл сообщников с бабками? Микки, у нас проблема… Паника? Да, это она. И азарт вперемешку с адреналином. Насколько же далеко зайдёт этот старый хрыщ? Криво улыбаюсь.
— Какой необычный метод подкупить девушку.
— Ко мне или к тебе, Лилит?
— Губу закатай, дядя. За два голоса я не стану с тобой спать.
— А ты у нас, оказывается, меркантильная барышня.
«Вам начислен 1 голос. Общее число голосов 95».
— Лучше бы деньгами отдал, Маркус.
— И упустить шанс лицезреть столь прекрасное личико в панике? Ни за что.
Жаль, здесь нет зеркала. Я бы посмотрела, что там за эмоции у меня на лице. Внутри всё горит огнём от предвкушения. Ну же, Микки, останови его. Ты же видишь, что он творит. Мои голоса ты вперёд своих узнаёшь.
«Вам начислен 1 голос. Общее число голосов 96».
— Да что ж ты творишь, гнида, — злюсь. Я сейчас очень сильно злюсь!
— Я, что ли, виноват, что я нравлюсь всем, а вы – никому? — этот гондон начинает смеяться. Издевается. Да у него не все дома. Ему не в постель меня затащить надо, а поразвлечься. «97». Падла. Вскакиваю и бегу прочь из ресторана. Чёртово платье, мешает.
— Микки, сделай что-нибудь!
— Пытаюсь я! Пытаюсь! — даже он паникует? На него это не похоже. Всегда такой спокойный, сейчас же он был на взводе.
— Микки, успокойся и соберись. Я в тебя верю.
«98».
Ледяной ветер на улице кусает разгорячённую от адреналина кожу. Сердце бьётся с бешеной скоростью. Чёрт! Не должно всё быть так. Ничего, сейчас всё закончится, и Микки спишет мне пару десятков голосов. Да, точно, так и будет. Впервые в жизни я ощутила на себе дыхание смерти. Обволакивающее, липкое чувство. «99». Я не смотрю в экран, но его вибрация разносится по всему телу. Остался всего один голос до кромешной темноты.
— Есть! Лилит, слышишь? Я уронил сайт. Он не сможет начислить ещё.
— Ты охрененно справился, Микки! — останавливаюсь, чтобы перевести дух.
Краем уха слышу рёв мотора, и мир сразу темнеет. Резкая боль пронзила всё тело. Я лежу на земле и подо мной растекается что-то тёплое. Не могу понять, что это. Совершенно нет сил пошевелиться.
— Лили! Лили, слышишь меня?
Из машины выходит Маркус. Это он меня переехал. Совсем психопат. Бывают такие люди, которым никаких денег не жалко, чтобы поиздеваться над человеком. Настоящие маньяки современности. Мысли в голове едва перетекают одна в другую. Тело горит огнём. Где-то в ухе слышится голос Микки. Волнуется, мальчик мой. Прости, кажется, я не приду сегодня домой.
— Бывают на свете люди, которые ходят и просят – прямо-таки требуют, – чтобы их убили, — такой злой голос. Никогда не слышала Микки таким.
Это точно мой Микки говорит? Сбоку появляется вспышка и Маркус падает на землю. Система испепелила его. Что же ты делаешь, дурак. Теперь же за него не заплатят.
— Эй, Микки.
— Лил, помолчи, я уже вызвал скорую.
— Микки, отдай за меня свой голос.
— Что ты несёшь? Я…
— Помоги мне, Мик. Мне больно…
— Ни за что! Мы с тобой ещё не выпили за это дельце.
— Микки, — едва слышно шепчу, сдерживая слёзы, — я не хочу умирать от чужой руки…
Тело немеет от холода. В воздухе кружат осенние листья. Они такие яркие на фоне тёмного неба. Как жаль, что в этом году мы не увидим первый снег вместе. Мне бы очень хотелось, чтобы всё было иначе.
— Спасибо, что всегда был рядом, Микки. И прости, — голос дрожит, а по щекам текут обжигающе горячие слёзы, — что я не останусь с тобой.
— Я люблю тебя, Лили, — голос в наушнике тоже дрогнул. Я не вижу его, но почти наверняка уверена, что он тоже плачет.
— И я те…
Яркая вспышка на мгновение окутала меня, а после наступила темнота.
***
С неба медленно падал первый снег. Микки сидел на бордюре напротив ресторана, куда в последний раз ходила Лилит. В голове его стояла картина, которую он видел на мониторе по съёмке с городских камер. Его прекрасная розоволосая Лили в красном вечернем платье лежала в такой же алой луже крови. Он исполнил её последнюю волю и стал сотым голосом в её жизни.
В ту ночь он рыдал и сбил об стены руки в кровь.
Сердце до сих пор болезненно сжималось при мысли об этом. Если бы не её просьба, он бы не смог. Нет. Он должен был сделать всё, чтобы спасти её, а он… Мерзкое чувство собственной беспомощности не отпускало. Микки достал из кармана телефон в чехле с изображением чупа-чупса. На экране значилось уведомление о получении девяносто девятого голоса.
— Я захотел почувствовать, каково это – жить на грани, Лил, — в пустоту произнёс он.
Микки долго решался, но вчера начислил себе голоса. Оставалось последнее, что он мог сделать для своей единственной Лилит.
— Я приду к тебе, Лил.
Жить в опустевшем мире было выше его сил. Микки подобрал с земли камень и бросил его в окно ресторана. Стекло разлетелось на мелкие кусочки. Из заведения выскочил управляющий и с грозным криком открыл сайт, чтобы отдать свой голос.
Яркая вспышка на мгновение осветила улицу.
