Трагедия, разыгравшаяся в феврале прошлого года в Красноярском крае, до сих пор не дает покоя жителям региона. Молодая, успешная Екатерина, решившая вырваться из «домашнего ада» и развестись с мужем, стала его жертвой. Сегодня убийца, приговоренный к 19 годам колонии, пытается оспорить решение суда, считая его «чрезмерно суровым».
Жизнь за чужой счет
31-летняя Екатерина была «лучиком солнышка», который согревал всех вокруг. Работа в крупной нефтяной компании, карьерный рост, спорт, воспитание маленькой дочки — казалось, ее энергии хватит на десятерых. Но все было не так безоблачно как могло показаться со стороны, ее муж Кирилл был человеком совсем другого склада.
— Он словно питался ее энергией, фактически жил за ее счет, — вспоминает сестра погибшей Елена в интервью «КП»-Красноярск. — Только благодаря Кате он что-то в жизни видел.
Финансовое благополучие семьи держалось на плечах Екатерины и ее родителей. Теща оплачивала ипотеку, первый взнос за квартиру, лечение внучки и даже семейные отпуска. Когда Катя, устав от постоянного давления, 5 января прошлого года объявила о разводе, Кирилл не просто расстроился — он пригрозил: «Убью тебя и себя!» На вопрос о судьбе пятилетней дочери последовал ледяной ответ: «Дочку воспитают!»
Короткое счастье и кровавый финал
Катя стремилась к мирному расставанию. Она была уверена: разрыв необходим, чтобы снова начать жить нормальной жизнью. Вскоре у нее появился Вячеслав — 45-летний вдовец. Он окружил женщину заботой и теплом.
Им казалось, что впереди у них вся жизнь, но отпущено им всего совсем немного. 9 февраля 2025 года, когда до официального развода оставалось чуть больше недели, Кирилл подкараулил пару у подъезда. Расправа была жестокой и стремительной. Убийство произошло под камерами видеонаблюдения и, что самое страшное, практически на глазах у матери Екатерины. Спасти ни Катю, ни Вячеслава подоспевшие медики не смогли.
«Несправедливый» приговор
Суд по делу «ачинского Отелло» состоялся в декабре. Кирилла приговорили к 19 годам и 2 месяцам колонии строгого режима. В своем последнем слове он плакал, клялся в раскаянии и… просил назначить ему «наименьшее» наказание.
В конце декабря он подал апелляцию. В тексте жалобы Кирилл заявляет, что приговор якобы «чрезмерно суров», а исковые требования потерпевших (по 2-3 миллиона рублей в пользу осиротевших детей и родителей) — «завышены». При этом, как отмечают близкие погибшей, за год он не выплатил ни копейки алиментов собственной дочери, накопив долг в 200 тысяч рублей, мотивируя это тем, что за решеткой «не предоставляют работу».
Семья Кирилла на суде также заняла сторону сына, пытаясь очернить память Екатерины, называя ее «разгульной». Но факты говорят об обратном: женщина работала на износ, постоянно повышала квалификацию и строила планы на будущее, которые перечеркнули несколько ударов ножа.
«Просто куда-то вышла...»
Сегодня 6-летняя Лера (имя изменено) живет с бабушкой Надеждой Викторовной. Девочка — маленькая копия мамы: она танцует, лепит и даже делает успехи в футболе. А еще малышка часто спрашивает у бабушки: «А правда, что папа убил маму?»
Родственники погибшей стараются сохранить в памяти ребенка образ светлой и любящей матери. А Лера продолжает заботиться о ней так, как умеет.
— Лера с бабушкой стряпают оладушки. Она тут же кладет их на тарелочку и ставит к портрету мамы: «Мама хочет оладушков!», — цитирует слова Надежды Викторовны источник «КП»-Красноярск.
Сейчас главная цель семьи — дождаться решения апелляционного суда и окончательно лишить Крилла родительских прав. Чтобы человек, разрушивший жизнь собственного ребенка, больше никогда не имел возможности на нее влиять.