Акт I - Восхождение
«Стрельцов — это величайший футболист. Вспоминаю, когда он играл — столько зрителей ходило на игры, чтобы увидеть в деле этого замечательного парня. И если бы его жизнь сложилась иначе, в нашей стране вырос бы футболист уровня Пеле, а может, даже и выше».
Николай Озеров, заслуженный мастер спорта СССР, спортивный комментатор
В 1953 году шестнадцатилетний парень, выросший без отца и с матерью, недавно перенесшей инфаркт, жил в крайней бедности. Со стильным для того времени светлым коком Стрельцов через команду завода «Фрезер» в 16 лет попадает к легендарному тренеру московского «Торпедо» Виктору Маслову, «деду». Уже в 1954 году он дебютирует в чемпионате СССР на позиции центрфорварда и забивает четыре гола. К 1955 году на его счету 22 игры и 15 мячей. В том же году он впервые выходит на поле за сборную СССР в матче со Швецией и уже в первом тайме делает хет-трик, покоряя всю страну. О нем говорят в каждом уголке огромной империи, и все ждут от молодого таланта больших свершений. В чемпионате 1956 года Стрельцов забивает 12 мячей и отправляется на вторую в истории СССР Олимпиаду в Мельбурне.
На Олимпиаде в далёкой Австралии наша сборная с трудом, но всё же выиграла турнир. По правилам тех лет медали получали только те, кто играл в финале. В решающем матче турнира главный тренер Гавриил Дмитриевич Качалин сделал ставку на спартаковских игроков, и это сработало. Но Никита Симонян, понимая, какую роль сыграл Стрельцов на протяжении всего турнира, решил отдать 23-летнему футболисту свою медаль со словами: «Вот, ты заслужил». Однако молодой игрок скромно ответил: «Вы уже взрослые, а я ещё молод — медаль нужнее вам. У меня всё впереди». По иронии судьбы этот турнир стал последним крупным событием в карьере Стрельцова. Журнал France Football номинировал его на «Золотой мяч», где он занял 13-е место.
После Олимпиады Стрельцов стал настоящей иконой советского спорта — ярким, молодым, красивым и успешным. Футбол превращался в настоящую религию, и у этой религии появился свой Мессия. Вся страна была у его ног, а ему было всего 23 года. В сезоне 1957 года «Торпедо» впервые взяло серебро, а сам Эдуард забил 12 мячей в 15 матчах.
На 24 ноября 1957 года был назначен решающий матч за выход на чемпионат мира 1958 года против сборной Польши. Молодая торпедовская связка Иванов—Стрельцов уже была главной ударной силой сборной. Но юные футболисты, задержавшись за горячительными напитками, опоздали на вокзал. Все в панике: как играть решающий матч без них? Скорый международный поезд ждать никого не будет. В итоге функционеры сборной дозваниваются до «верха», чтобы ради молодых «героев» совершили невозможное — остановили поезд в неположенном месте, куда на такси на всех парах уже мчались «Стрелец» и «Кузьма». Это был нонсенс, но на кону стоял выход на чемпионат мира, на который вся страна возлагала большие надежды. Стрельцов, понимая всю серьёзность проступка и то, что в случае неудачи ему этого не простят, буквально вытаскивает сборную на чемпионат: поляки повержены в тяжёлой игре со счётом 2:0. В том же 1957 году он вновь номинирован на «Золотой мяч» и занимает уже 7-е место, выше всех из игроков Восточной Европы. Однако полностью выйти сухим из воды у Стрельцова не получилось.
Акт II — Преступление и наказание
«Он был сильнее всех на футбольном поле и слабее всех за его пределами». Валентин Иванов, фрагмент из книги «Центральный круг» (1974 год).
Стрельцов продолжал вести разгульный образ жизни: пьянки, дебоши, вытрезвители — для иконы советского спорта такое поведение, мягко говоря, было неуместным. Он получает строгий выговор от «верхов» ЗИЛа, в систему которого входило «Торпедо», и попадает в поле зрения вышестоящих чиновников уже в Кремле.
В первом браке у Стрельцова рождается дочь Мила. Этот союз оказался неудачным, прежде всего для первой жены Эдуарда — Аллы Деменко. Вместе с матерью, Софьей Фроловной, молодой футболист заставляет беременную супругу переживать сильные эмоциональные встряски, результатом чего становится их расставание. Алла рожает дочь уже одна. Впоследствии Стрельцов уделяет дочери мало внимания, вспоминая о ней крайне редко, что также характеризует одну из черт его личности.
Из-за всего этого уже в ноябре 1957 года в «Комсомольской правде» выходит знаменитый фельетон Семёна Нариньяни «Звёздная болезнь» (именно после этой публикации выражение прочно вошло в лексикон советского спорта), где в ироничной манере высмеивается молодой центрфорвард.
«…Пусть талант, пусть забил. Но зачем было Всесоюзному комитету спешить с присвоением почетного звания (заслуженного мастера спорта)? У нас и в других областях, кроме спорта, есть талантливые люди — в музыке, живописи, пении, науке. Но ни Шостаковичу, ни Хачатуряну, ни Туполеву, ни Улановой, ни Рихтеру, ни Долухановой не присваивали званий в девятнадцать лет…»
Как же всё это перекликается с нашим временем, не правда ли?
Но сейчас ноябрь 1957 года, и до главной катастрофы остаётся чуть больше полугода.
В тот роковой день, 25 мая, после сборов в Тарасовке игроков отпустили, чтобы они примерили костюмы в ателье, а затем у футболистов было свободное время. До вылета на чемпионат мира в Швецию оставалось всего 4 дня. Одни из главных «гуляк» сборной — Эдуард Стрельцов, а также спартаковцы Борис Татушин и Михаил Огоньков — отправились на дачу в компании девушек, чтобы весело провести время и нарушить режим. Одна из девушек пригласила присоединиться к их вечеринке свою подругу — Марианну Лебедеву. Алкоголь лился рекой, веселье затянулось, атмосфера становилась всё более расслабленной. Дальнейшие события между Эдуардом и Марианной суд квалифицировал как изнасилование. У девушки были синяки под глазами и сломан нос, у Эдуарда — прокушен палец (как позже предполагали, в попытке заткнуть ей рот) и исцарапано лицо.
Марьяна ушла с дачи рано утром, когда все ещё спали. Вернувшись домой в таком состоянии, она попала под допрос родителей, которые, естественно, были потрясены и повели дочь в милицию. Компания «гуляк» в помятом виде позже вернулась в Тарасовку, куда вскоре приехал кортеж следователей и арестовал всех троих.
На допросах показания участников были противоречивыми, не забываем про море алкоголя, но экспертиза всё же установила причастность Эдуарда Стрельцова к изнасилованию. Сколько бы ни старались поклонники талантливого футболиста реабилитировать его имя, факты остаются фактами: следы побоев были зафиксированы, факт насилия признан. Именно поэтому и правоохранительные органы современной России ничего не могут изменить в отношении этого дела. Некоторые утверждают, что процесс был закрытым — но таковы были законы СССР, все дела об изнасиловании рассматривались в закрытом режиме. Что касается вопроса «почему осудили только Стрельцова?», то, возможно, здесь стоит говорить о везении: если бы было доказано преступление, совершённое группой лиц, фанаты вряд ли когда-либо увидели бы Эдуарда Анатольевича на поле вновь. Однако и так приговор был весьма суровым — 12 лет строгого режима. Даже по меркам жёстких советских законов это выглядело слишком жестоко.
Существуют различные слухи о причинах столь жёсткого наказания: активно обсуждалось якобы участие в этом деле первой леди ЦК Екатерины Фурцевой, лично обиженной на Стрельцова, но прямых доказательств этому нет. Дело дошло до самого Хрущёва, а его указ был однозначен — «сурово наказать». Так заключённый номер 1311 (цифра 13 вновь появляется в судьбе Стрельцова) вместо поездки на чемпионат мира отправился валить лес в лагеря конца 50-х… Проведя там не 12, а 5 лет, по решению комиссии о досрочном освобождении он вышел на свободу 4 февраля 1963 года.
А что же сборная СССР?
Потеряв трёх игроков перед стартом турнира, и главное — одного из своих ведущих лидеров, выступление сборной СССР назвать успешным сложно. Проиграв хозяевам — шведам — в четвертьфинале со счётом 0:2, команда завершила турнир. Кто-то может сказать, что выход в 1/4 финала чемпионата мира — хороший результат, но важно помнить: мы говорим о времени, когда советский футбол действительно был способен претендовать на гораздо большее. И, возможно, замахнулся бы, если бы не эта злополучная вечеринка и последующий арест нашего «Пеле». В результате впервые в истории вершину покорил настоящий, 16-летний, бесспорный король футбола— бразильский Пеле.
Кажется, после второго акта этого блокбастера у читателя формируется впечатление о главном герое как о сугубо отрицательной личности. Но на самом деле всё гораздо сложнее. Эдуард Стрельцов — человек, не укладывающийся в привычные рамки. Его биография напоминает судьбы отмеченных «перстом Божьим»: такие люди с рождения полны противоречий и соединяют в себе, казалось бы, несовместимое. Это молодой парень с открытым сердцем, влюблённый в футбол, который в непростое для одарённых людей время оказался под невероятным давлением всеобщей славы, обожания со стороны всей страны, внимания тысяч девушек и других соблазнов. У многих в ранней молодости и в нашей жизни были моменты, когда судьба могла бы повернуться иначе, и кого-то могла бы ждать похожая участь. Но мы с вами не гении, и живём уже в другой стране — хотя тема «преступления и наказания» по-прежнему актуальна.
У Карла Юнга есть замечательная фраза, которая, на мой взгляд, подходит к истории Эдуарда Анатольевича:
«Существую ли я, если не отбрасываю тень? Чтобы быть целостным, я должен обладать тёмной стороной».
Стрельцов обладал этой тёмной стороной, как, впрочем, и каждый из нас. Часто чем ярче свет в человеке, тем больше у него и тьмы.
Эпиграф Валентина Иванова ко второму акту блокбастера «Эдуард Стрельцов» сотрёт сама жизнь в третьем, заключительном акте, о котором мы поговорим дальше.
Акт третий — через тернии снова к звёздам.
“Я свои ошибки искупил потом, потом большим трудом» Эдуард Стрельцов
В современном профессиональном спорте считается, что пропуск хотя бы одного сезона может стать серьёзным ударом по карьере, а два года вне игры — практически приговор- «Стрельца» не было долгих 5 лет.
4 февраля 1963 годна, напомню, Эдуард Стрельцов выходит из колонии, и у него начинается новая жизнь. За пять лет, проведённых в разных исправительных учреждениях, он стал чемпионом в первенстве среди исправительных учреждений, однако разве это предел его мечтаний? В 99% случаев можно было бы сказать: да. Но наш рассказ — это блокбастер про уникального человека, возможно, единственного такого в истории. Не знаю, найдётся ли ещё кто-то, кто сможет затмить этот судьбоносный путь.
Пока Стрельцов был лишён свободы, родное «Торпедо» в 1960 году стало чемпионом страны, его партнёр Валентин Иванов вместе со cборной выиграл первый чемпионат Европы, а страна отправила в космос Юрия Гагарина.
В 1963 году, обновленный тяжёлыми испытаниями, Стрельцов женится во второй раз — этот брак окажется счастливым, и уже в следующем году у супругов родится сын Игорь. Эдуард устраивается работать в тот же автозавод имени Лихачёва, теперь обычным рабочим. Обычным, хотя применимо ли вообще к этому человеку слово «обычный». Он получает разрешение играть за мужскую команду ЗИЛ. На его первый матч пришло столько зрителей, сколько заводской футбол не видел ни до, ни после. Болельщики влезали на ограды — лишь бы снова увидеть кумира, который наконец снова почувствовал вкус игры.
Естественно, по всему Союзу поползли слухи: «Стрелец» на свободе, а значит, возможно, мы снова увидим его в футболке с буквой «Т».
В 1964 году Стрельцов едет в Горький (ныне Нижний Новгород) на матч против команды ГАЗа в рамках первенства завода ЗИЛ. Стадион был полон — все хотели увидеть легенду. Однако сверху пришёл строжайший запрет — не выпускать Стрельцова на поле. Зрители, поняв, что легенду им не покажут, начали поджигать газеты и угрожали сжечь к чертовой матери весь стадион, если Стрельцов не выйдет играть. Организаторам не осталось ничего другого, кроме как выпустить его на замену — столкновение с настоящим народным гневом они решили не провоцировать. Разнос от высочайшего начальства они всё равно получили, но, вероятно, это было меньшим из зол.
Тем временем в стране перемены: Никиту Хрущёва отправили в отставку писать мемуары, а у руля СССР встал Леонид Брежнев. Когда ему задали вопрос о судьбе Стрельцова, он сказал просто: «Если токарь отбыл заключение и снова работает токарем, то чем футболист хуже?» И действительно, чем? Почему Эдуарду столько времени не давали вернуться к большому футболу — так и осталось неясным. Но судьба Стрельцова не могла развиваться по шаблону.
Возвращение легенды на большой футбольный стадион состоялось в сезоне 1965 года. Когда стало понятно, что Стрельцову разрешили играть, бывший заключённый начал готовить себя к возвращению. 5 лет советских лагерей и вредных для здоровья работ остались позади, и вот появился шанс — но как всё сложится, не знал никто кроме самого Эдуарда. Большой человек с огромной волей к жизни.
Возвращение прошло не просто триумфально — это сложно описать простыми словами. В 1965 году Стрельцов провёл 22 матча, забил всё те же 12 голов, а «Торпедо» во второй раз в истории стало чемпионом СССР. Стрельцов занял второе место в голосовании лучшего игрока чемпионата, уступив лишь своему одноклубнику Валерию Воронину.
Как всё это уместить в голове? Как такое вообще возможно?
Первый сезон Стрельцова после возвращения совпал с последним сезоном в карьере его заветного партнёра Валентина Иванова. «Кузьма» недолго пробыл вне команды — уже в конце 1967 года он стал старшим тренером родного «Торпедо» в возрасте всего 33 лет.
В 1966 году, благодаря ходатайству парторга ЗИЛ Аркадия Ивановича Вольского, Стрельцов получает разрешение на выезд за границу, чтобы сыграть за «Торпедо» в Кубке чемпионов (ныне Лига чемпионов). Причём соперником оказывается не кто-нибудь, а сам миланский «Интер», одна из сильнейших команд того времени. «Торпедо» проиграло «нерадзурри», но судьбу противостояния решил лишь единственный рикошет в первом матче в Италии.
Впереди чемпионат мира 1966 года в Англии, но тренер Качалин вновь не решается взять на турнир 29-летнего Стрельцова. Возможно, это было ошибкой, однако именно в тот год сборная СССР добивается своего наивысшего успеха на чемпионатах мира — четвёртого места, которое до сих пор остаётся лучшим в истории страны.
Но если бы на этом история Стрельцова закончилась, это был бы не он. В том же 1966 году он возвращается в сборную. В чемпионате СССР, правда, у «Торпедо» дела идут неважно — только 12-е место. И всё же Стрельцов забивает свои привычные 12 голов за сезон и становится лучшим игроком чемпионата СССР.
Что?
Он человек вообще?
Это невероятно.
В 1967 году Стрельцов забивает 6 голов за сборную и ещё 6 в чемпионате СССР за «Торпедо». Это худший результат по голам в его карьере, но несмотря на это, он второй раз подряд признаётся лучшим игроком чемпионата огромной страны.
В 1968 году Стрельцов продолжает выступать и забивать за сборную, в том числе в отборочном цикле чемпионата Европы. На сам турнир его снова не берут, а сборная в полуфинале уступает Италии только после рандомного жребия, и такое тогда тоже было возможно.
Последний матч за сборную Стрельцов провёл в Будапеште в отборочном турнире на тот чемпионат Европы против сильнейшей в то время сборной Венгрии, где СССР уступил 0:2. На ответную игру его уже не вызвали, а советская сборная уверенно победила 3:0 и прошла в финальную часть турнира. Всего за национальную команду Стрельцов провёл 38 матчей и забил 25 голов.
1969 год был для Стрельцова уже не таким ярким — ему не удалось отличиться результативными действиями. В конце сезона, выступая за дубль «Торпедо», он получил тяжёлую травму ахиллова сухожилия и в 1970 году завершил карьеру — без оваций и прощального матча. Перед сборами подготовки к новому сезону он спросил у тренера «Торпедо» Валентина Иванова («Кузьмы»): «Мне приезжать на сбор?» Бывший партнёр, а теперь наставник, лаконично ответил: «Как хочешь»… Думаю, вы уже догадываетесь, как личность гения восприняла такой ответ. За свою родную и единственную команду Торпедо Эдуард Стрельцов провел 222 матча, забив 99 голов.
После окончания игровой карьеры жизнь великого Стрельца осталась связана с футболом. Он тренировал мальчишек в школе «Торпедо», даже пытался помочь «Кузьме» в основной команде в качестве второго тренера. Однако того прежнего доверия между бывшими друзьями уже не было — этот союз оказался коротким и неудачным. Затем были игры за ветеранские команды, учеба и окончание Высшей школы тренеров, но его блокбастер подходил к завершению.
P.S. Рассказывая о личности Эдуарда Стрельцова, нельзя не упомянуть последний штрих. В апреле 1985 года он поехал на товарищеский матч в 30 километрах от Чернобыля, чтобы поддержать пострадавших людей. «Как я не поеду? Им тяжело, нужно поддержать…», — сказал он. И поехал, окончательно подорвав этим своё здоровье.
21 июля 1990 года диктор на трибуне стадиона «Торпедо» объявил, что сегодня день рождения легенды клуба. К тому моменту по Москве уже распространился слух, что Стрельцова не стало, и все зрители встали, чтобы почтить его память. Но этот слух оказался ложным: Эдуард Анатольевич скончался на следующий день от рака лёгких.
Погружаясь в личность этого человека, с каждой страницей и каждым новым фактом, я всё больше проникался восхищением его судьбой. Такие люди не могут не впечатлять — их образ резко контрастирует с привычной обыденностью. Внутренняя свобода, неспособность «ходить строем», любовь к игре и жажда жизни — всё это про него. Конечно, алкоголь так и остался его спутником. От этого никуда не деться, и остаётся только гадать, насколько больше он мог бы достичь, если бы не этот «зелёный змей». К сожалению, эта проблема коснулась и других ярких футболистов той эпохи — Валерия Воронина, Игоря Численко и тд… Но это уже совсем другая история.
В следующем #лонгриде я расскажу вам о великом Всеволоде Михайловиче Боброве — единственном спортсмене в мире, участвовавшем и в зимней, и в летней Олимпиаде. Вместе мы попробуем разобраться, чего в его душе было больше: льда (для хоккея) или пламени (для футбола).