Найти в Дзене

«Тупая курица»: россияне в ярости из-за выходки Тодоренко, едва не убившей человека

Еще совсем недавно Регина Тодоренко охотно делилась в соцсетях профессиональными секретами — как стать успешной ведущей, как прийти к признанию и получить главную телевизионную награду. Сегодня ее страницы — эпицентр скандалов, а сама телеведущая на собственном примере демонстрирует, как безупречная репутация может рассыпаться из-за пары самоуверенных откровений. На этот раз Тодоренко решила поделиться «забавной» историей о том, как едва не убила друга семьи. В довесок она подкрепила случившееся собственной теорией об аллергии — мол, это не болезнь, а всего лишь психосоматика. Личная жизнь и убеждения телеведущей вновь стали предметом бурного обсуждения. Поводом послужили два эпизода, которые слишком наглядно демонстрируют ее отношение к здоровью — чужому и собственному. В одном из шоу Тодоренко с присущей ей легкостью вспомнила курьезный случай. Друг, пришедший в гости, заранее предупредил о тяжелой аллергии на мед. «Я заварила чай, поставила ему, но не сказала, что там мед», — со сме
Оглавление

Еще совсем недавно Регина Тодоренко охотно делилась в соцсетях профессиональными секретами — как стать успешной ведущей, как прийти к признанию и получить главную телевизионную награду.

Сегодня ее страницы — эпицентр скандалов, а сама телеведущая на собственном примере демонстрирует, как безупречная репутация может рассыпаться из-за пары самоуверенных откровений.

На этот раз Тодоренко решила поделиться «забавной» историей о том, как едва не убила друга семьи.

В довесок она подкрепила случившееся собственной теорией об аллергии — мол, это не болезнь, а всего лишь психосоматика.

«Не сказала, что там мед»

Личная жизнь и убеждения телеведущей вновь стали предметом бурного обсуждения. Поводом послужили два эпизода, которые слишком наглядно демонстрируют ее отношение к здоровью — чужому и собственному.

В одном из шоу Тодоренко с присущей ей легкостью вспомнила курьезный случай. Друг, пришедший в гости, заранее предупредил о тяжелой аллергии на мед.

«Я заварила чай, поставила ему, но не сказала, что там мед», — со смешком призналась она в программе «Пожалуйста, не рассказывай».

В системе координат самой Регины этот поступок был не опасной выходкой, а почти что научным экспериментом.

Телеведущая выразила мнение, что все болезни — это психосоматика, а значит, страхи и диагнозы можно просто… проверить на прочность.

-2

Эксперимент закончился предсказуемо: у гостя случился отек Квинке. Сама Тодоренко спокойно уехала на съемки и лишь позже увидела последствия.

«Он потом прислал мне фотографию. У него отек Квинке», — игриво отметила она, будто речь шла о неудачной шутке, а не о прямой угрозе жизни.
— «Ты что, положила в чай мед?» — процитировала она своего друга, после чего рассмеялась.

Она, конечно, призналась, что чувствовала себя жутко после случившегося. Но этот смех и стал спусковым крючком. Зрители напомнили: подобные «проверки» легко заканчиваются анафилактическим шоком и даже смертью.

«Тупая курица»;
«Кто-нибудь мне объяснит, что тут смешного?! Когда у меня развилась перекрестная реакция на разные пищевые аллергены, я познала всю боль этой жизни. Отек Квинке — это мой страшный сон»;
«Бедные дети (Тодоренко. — Прим. ред.), представляю, если у кого-то из них, не дай бог, проявится аллергия, а она будет "психосоматику" лечить», — писали в комментариях.

Ирония в том, что похожая ситуация в жизни ведущей уже была. Но тогда от философии о психосоматике не осталось и следа.

Когда аллергия — не теория, а реальность

На Бали трехлетний сын Тодоренко Мирослав внезапно проснулся в машине с сильнейшей аллергической реакцией.

«Просыпается Мир, он трет свои сладкие голубые глазки так сильно, что меня это начинает настораживать. Снова трет и говорит, что у него болит живот. Я прошу убрать ручки, обхватываю его голову и вижу, как за секунды он отекает: нос, глаза, лоб — все распирает изнутри! Самое сложное — не поймать панику. Мой малыш, такой хрупкий, мучается, а я ничем не могу ему помочь. Мы почти долетели до съемочной площадки», — рассказывала телеведущая.

На съемочной площадке дежурный врач диагностировал аллергию на укус насекомого. Вряд ли трехлетний ребенок мог «психосоматически» внушить себе столь стремительный и опасный отек.

-3

И вот здесь возникает резкий контраст.

В первом случае — чужая аллергия. Ее можно проверить, обесценить, высмеять, превратить в веселую историю для шоу.

Во втором — аллергия собственного ребенка. Это уже не психосоматика, а реальная угроза.

Чужую аллергию Тодоренко тестировала для подтверждения своей теории. Аллергию сына — переживала как катастрофу. Единственное различие между этими ситуациями — степень личной близости.

Именно это и вызвало волну негодования. Не лицемерно ли доводить человека анафилактического шока ради подтверждения своих убеждений, а затем говорить о том, насколько опасна аллергия, когда под угрозой оказывается собственный ребенок?

Впрочем, и здесь телеведущая не избежала критики. Пользователей возмутило, что после оказания помощи она оставила сына с медперсоналом и продолжила съемки.

«Кинула ребенка медсестре и пошла сниматься, тоже ненормально. А если случилось бы что-то плохое» — писали подписчики.
На упреки о неподготовленности к поездке с детьми Тодоренко ответила резко: «Лучший выбор взрослого человека — промолчать».

Интересно, вспомнила ли она об этом, рассказывая историю про чай с медом.

Не первый раз

История с аллергией — не первый случай, когда уверенность Тодоренко в собственной правоте оборачивается публичным крахом.

Почти шесть лет назад телеведущую уже «отменяли» — после ее высказываний о домашнем насилии в интервью Лауре Джугелии.

«Нужно быть психологически больным человеком, чтобы взять камеру и говорить: “Боже, мой муж меня бьет», — заявила она тогда.

А фраза «Что ты сделала, чтобы он тебя не бил?» стала точкой невозврата. Общество восприняло ее слова как прямое обвинение жертв.

Реакция была мгновенной: Glamour лишил Тодоренко титула «Женщина года», рекламодатели приостановили контракты, соцсети взорвались критикой.

Извинения последовали, но доверие было подорвано.

Эти истории объединяют одно: готовность рассуждать свысока о чужой боли — до тех пор, пока она не становится личной. Тогда теория внезапно уступает место страху, а самоуверенность — растерянности.