— ...А самые опасные из еретиков — те, которые называют себя истребителями нечисти, ведьмаками! — Джейрт Аддисон, дознаватель Святой Инквизиции, с ненавистью и брезгливостью сплюнул в камин. Пламя недовольно зашипело.
— Почему? — рискнул спросить его юный помощник, Инграм Харлин.
Добавлять: «Мы же тоже нечисть уничтожаем. Получается — ведьмаки нам помогают...» он не стал, дабы не получить выволочку.
— Потому что нам помогает сам Господь! — Джейрт воздел палец к лохмотьям паутины, свисающим с потолка. — А ведьмакам... тьфу!.. сам дьявол!!
«И какой же смысл дьяволу помогать тем, кто расправляется с демонами, упырями и прочей — им же, дьяволом, и порождëнной гадостью?..»
Инграм снова мудро промолчал. Наставник всё равно не ответит — только раскричится, отвесит несколько оплеух и велит читать «Отче наш» всю ночь.
— Посему, — дознаватель на несколько мгновений стиснул в пальцах серебряный крест, висящий на груди. — Оных ведьмаков надлежит выявлять — и наказывать с особой строгостью. Понятно?!
— Да, наставник.
***
Много лет спустя
Старший дознаватель Инграм Харлин потëр висок и недовольно посмотрел на пустую кружку возле стопки документов.
Вообще-то, документами оные записульки могли называться лишь с большой натяжкой. По факту это были доносы, написанные корявым почерком и с ошибками — и это ещё полбеды. Настоящая беда — его, Инграма, обязанность на всё это реагировать. А там — в большинстве случаев — такой бре-ед!..
Старший дознаватель уже собрался окликнуть помощника, чтобы тот сварил ему ещё кофе (кажется, это уже пятая кружка за сегодня будет... или седьмая?..) — как в дверь без стука просунулась взлохмаченная голова стражника.
— Ваша милость! Там.. Эт... Поймали!
— Кого именно? — ледяным голосом осведомился Инграм.
— А... Дак... Этого... Который могилу раскопал!
Старший дознаватель мысленно ругнулся на тупость и косноязычие «слуги закона», которого не иначе, как вчера из канавы вытащили, срочно отмыли-переодели-вооружили — и сюда вот отправили. Затем подумал — и ругнулся ещё раз.
Пару недель тому назад кто-то разрыл могилу незадолго до того почившего купца Алджернона Бакстера, человека весьма уважаемого и богатого почти до неприличия. И ладно бы — это один раз случилось! Но за упомянутые две недели последнее купцово пристанище разворашивали буквально через день. Точнее — через ночь.
Филберт, сын и наследник усопшего, поднял нехилый шум: что это, мол, за безобразие и святотатство творится?! Градоначальник пообещал разобраться... И ловко свалил всё разбирательство на тех, кому, вообще-то положено еретиков отлавливать да нежить с нечистью уничтожать.
Собственно, в аргументах и звучало: нормальный человек могилу раскапывать не будет — а, стало быть, сие богонеугодное деяние сотворил либо некромант, либо упырь... А поскольку и те, и другие находятся в ведении Святой Инквизиции...
Шагая по коридору к допросной, Инграм выругался в третий раз.
Все те, кто поступал по этому делу в застенки, были явно не виноваты в означенном преступлении. А начальство давило и требовало результата. Старшего дознавателя уже не раз и не два посещала нехорошая мыслишка: выбить нужные показания и...
...и если неведомая тварь (сам Инграм больше склонялся к варианту нечисти или нежити) сотворит после этого признания свою очередную пакость — кое-кто нехило огребëт за подлог. И чтением молитв не отделается.
***
В подземелье было довольно прохладно. Даже жаровня с углями не спасала. Очередной подозреваемый — светловолосый мужчина примерно одного с Инграмом возраста — стоял у стены, прикованный к ней короткими цепями. Рядом суетился младший дознаватель Лосон, не слишком умный — зато чересчур фанатичный.
— А, это вы, — обернулся Лосон на скрип двери. — Я уже начал допрос. Но, мне кажется, лучше его продолжить...
Он красноречиво указал взглядом на жаровню и раскалëнные щипцы и крючки в углях.
Светловолосый негромко, но искренне рассмеялся.
Старший дознаватель подошёл к нему почти вплотную и посмотрел спокойно и вопросительно, желая узнать причину веселья.
— Нужное признание вы из меня, скорее всего, вытянете, — с улыбкой пояснил светловолосый, так же спокойно глядя Инграму в глаза. — Но что будет, если вы объявите о поимке виновника — и даже его накажете — а могила снова окажется разрыта? М?
Это заявление настолько перекликалось с его собственными мыслями, что старший дознаватель на миг ощутил лëгкую приязнь к самоуверенному незнакомцу... Пока незнакомцу.
Подойдя к столу, Инграм склонился над протоколом. Эге! Вилмер Даффи! Мутный тип, на которого уже четыре доноса лежит. Увы, настолько бредовых, что реагировать на них — себя полным болваном выставить.
Ну а вот теперь и побеседовать можно. И выяснить... что-нибудь...
Лосон отошëл к жаровне и загремел там железяками.
Старший дознаватель недовольно поморщился. Информацию, полученную таким способом, он достоверной не считал, предпочитая действовать тоньше. И пускай дольше, зато — вернее.
— Начнëм, пожалуй... — торжественно брякнул чем-то младший дознаватель.
— Начнëм с того, что вы обязаны подчиняться моим приказам, — холодно оборвал его Инграм. — И первый из них: положите... клещи на место!
Лосон возмущëнно открыл рот — и, тут же его захлопнув, крайне неохотно послушался.
— А теперь ты, Вилмер, — старший дознаватель намеренно обратился к Даффи по имени и почти дружелюбно — если бы не ничуть не изменившийся тон. — Рассказывай, что ты делал на кладбище... почти ночью?
— Цветочки принëс, — развëл тот руками, цепи звякнули. — На могилку любимой прабабушки.
— Врëшь!! — Лосон аж подскочил на месте. — Как твою прабабушку зовут, а?!
— Джэнни, — невозмутимо ответил Вилмер. — Джэнни Шаннен.
— Врëшь!! — снова вякнул младший дознаватель, но уже не так уверенно.
Сам Инграм был почти уверен, что упомянутая Джэнни под одним из камней лежит. И что в прабабушки этому Вилмеру она вполне годится. А вот является ли ею на самом деле?.. Вопрос долгий и сложный, требующий множества запросов, в том числе и, возможно, в другие города.
«Хитрый ты ублюдок! — почти с восхищением подумал старший дознаватель. — Легенда у тебя — идеальная! Ну почти. Докопаться можно — при желании...»
Желание — было. Возможность — тоже. Только времени сейчас не было.
Вилмер слегка улыбнулся — глазами. Он знал, что никто его слова сей же миг не опровергнет.
«А, может, и правда?» — Инграм кинул быстрый взгляд на жаровню.
А снова посмотрев на допрашиваемого понял, что тот за ним наблюдает. И уж точно догадался, о чëм старший дознаватель подумал.
И не испугался.
«Не боишься пыток? Хм... Чего же ты боишься? И кто ты вообще такой?!»
Вот с последнего вопроса и стоило начать.
— Охотник, — пожал Вилмер плечами.
«Похоже на правду. По крайней мере ты сам себя так называешь. Но...»
Не походил этот самоуверенный тип на добытчика мяса и шкур.
В дверь, опять без стука, просунулся стражник — тот же самый, Инграм его узнал по небольшому шраму на подбородке.
— Там... Это... Младшего дознавателя просят...
— Кто ещё?! — раздражëнно вскинулся Лосон.
— Его Преосвященство...
Младший дознаватель вымелся из допросной, словно бы его не на ковëр к начальству вызвали, а в Рай без очереди пригласили. Ну и ладно. Без него спокойнее.
Инграм прошëлся туда-сюда, от стены до двери, чувствуя на себя неотрывный, изучающий взгляд...
«Кто же ты?».
Старший дознаватель остановился и, развернувшись, уставился на Вилмера почти в упор. Тот не пошевелился. Только взгляд стал вызывающим.
«Не боится. И, похоже, не чувствует холода. Точнее — контролирует себя... Очень хорошо контролирует. Почти как... я...».
Отменной выучкой могли похвастаться не все инквизиторы. Далеко не все. Бóльшая часть оставалась простыми людьми — с людскими же слабостями. Особого успеха это большинство тоже, впрочем, не добивалось — как, вот, Лосон, который просидит всю жизнь младшим дознавателем. Зато те, кто умеет запрятать поглубже свои истинные чувства и ощущения...
Не-ет! Не может этот тип быть инквизитором! Чутьë, которому Инграм доверял, практически в голос вопило, что странный охотник Вилмер...
«Ведьмак! Точно! Как же я сразу не понял?!»
Старший дознаватель на миг сощурился.
Кривая, одной стороной рта, короткая ухмылка Вилмера стала ответом: «Догадался? Молодец! И?..»
Инграм отошëл к столу. Осторожно присел на хлипкий табурет — надо приказать, чтоб заменили, а то не хватало перед очередным подозреваемым грохнуться. Взял наполовину исписанный лист пергамента и притворился, что читает.
Вилмер продолжал стоять неподвижно. Хотя ему должно было уже до дрожи холодно быть в одной нижней рубахе и подштанниках.
Старший дознаватель подавил зевок. Хотелось кофе. И спать. Но приходилось сидеть в холодном подземелье и допрашивать...
«Угу... Допрос — это когда подозреваемый соловьëм заливается и ты едва успеваешь вопросы ему подкидывать. А это вот — натуральная игра в кто кого перемолчит!..»
Инграм вздохнул.
— Кого ты искал на кладбище? — спросил он наконец. — И давай без этой твоей прабабушки!..
Вилмер помедлил.
— Того, кто раскапывает эту клятую могилу, — всё же ответил он — почти спокойно, но с лëгкой настороженностью в голосе. — И это точно не упырь.
— Думаешь — ещё какая-то нежить? — усомнился и насторожился старший дознаватель.
— Что нежить — уверен. Ну, или нечисть... Что не упырь — тоже уверен. Кто тогда? Понятия не имею.
— Ясно.
Снова повисло молчание. Угли в жаровне тихо потрескивали, угасая и рассыпаясь золой один за другим. Свеча оплыла почти наполовину.
«Надо было давно уже самому там покараулить. С самого начала же чуял, что это не человек...».
Инграм прикусил нижнюю губу. Затем обмакнул перо в чернила и начал быстро, пока не передумал, строчить.
***
— Отцепляй! И вещи его принеси!
Оковы звякнули. Вилмер инстинктивно растëр запястья и переступил с ноги на ногу.
— Иди сюда. Прочитай и подпиши. Внимательно читай!
Ведьмак приблизился немного деревянной походкой — ага, всё-таки пробрало тебя здешним холодом! Но рука, взявшая лист, не дрожала.
Прочитав написанное, Вилмер уставился на инквизитора с изумлением и недоверием.
— Запомнил? — поинтересовался Инграм. — Тогда подписывай и... пшëл вон отсюда!
Ведьмак ещё немного посверлил старшего дознавателя взглядом — но перо взял. И изобразил немного размашистую закорючку.
Инграм кивнул и ровным почерком вывел на другом листе: «Тщательно рассмотрено. Состава преступления не обнаружено».
Теперь это дело отправится в архив. А Вилмер, если он не дурак — а он точно не дурак! — переберëтся куда подальше и будет сидеть тише воды, ниже травы.
— Держи, — инквизитор протянул ведьмаку пропуск.
— Благодарю.
— И не шарься хоть пару ночей по... прабабушкам.
Вилмер усмехнулся.
— Ладно. Обещаю.
***
Инграм зевнул во весь рот и с вожделением посмотрел на кровать.
«Всё... К демонам...» — зевнул он.
И тут кто-то постучал в дверь.
Инквизитор шëпотом выругался и поплëлся открывать, гадая, кого это в такой поздний час демоны принесли?
— Вилмер?! Ты что тут забыл?
— Помощь твоя нужна, — ведьмак ухмыльнулся. — Перевяжи руку а, а то у меня у самого не получается. Там царапина всего...
Инграм глянул на окровавленный от плеча до кисти рукав — и изумлëнно уставился на Вилмера.
— Это, по-твоему, «всего лишь царапина»?!
— Ну-у... Слушай, перевяжи уже — и я пойду.
— А почему бы тебе не обратиться к целителям? И как ты вообще узнал, где я живу?!
— Целители меня обратно тебе сдадут. Или коллегам твоим.
— Я тоже могу.
— Можешь. Но тогда тебе придётся объяснять начальству, почему ты меня отпустил тогда, на прошлой неделе...
— У-у, вымогатель! Давай сюда свою руку!
Внимание! Все текстовые материалы канала «Helgi Skjöld и его истории» являются объектом авторского права. Копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем ЗАПРЕЩЕНО. Коммерческое использование запрещено.
Не забывайте поставить лайк! Ну, и подписаться неплохо бы.
Желающие поддержать вдохновение автора могут закинуть, сколько не жалко, вот сюда:
2202 2056 4123 0385 (Сбер)