Воронежский концертный зал вечером 8 февраля преобразился. Он не стал парижским кабаре 30-х или шанхайским салоном 40-х – он стал вневременным пространством памяти, куда является сам Александр Вертинский. Точнее, его дух, мастерски вызванный к жизни в спектакле-концерте «Александр Вертинский. Жёлтое танго» 6+. На уникальном вечере, помимо искушённой театральной публики, присутствовали и два счастливых победителя розыгрыша, а за происходящим пристально наблюдал корреспондент «Воронежских новостей».
Этот проект – не просто сборник романсов. Это тонко сшитый из песен, воспоминаний и музыки театральный портрет эпохи и человека, созданный содружеством «Золотой Лев» и Московским Театром им. М. А. Булгакова. Идея проста и гениальна: показать не монумент, а живую, дышащую, страдающую и ироничную душу «русского Пьеро».
С первых же минут становится ясно: мы не на концерте. Мы – свидетели исповеди. Сергей Федотов в роли Вертинского не поёт песни — он проживает их как краткие, яркие вспышки судьбы. Как верно замечено в программе: каждые десять минут – новый Вертинский. Вот он – юный, почти богемный хулиган, поющий «Мари» с подкупающей наивностью. А вот уже – изломанный эмигрант, у которого за плечами «кабаки Парижа» и «синий и далёкий океан». Федотов не копирует легендарный шёпот-голос (это и вправду невозможно), он идёт глубже – копирует состояние души. Его грассирующее «р», изящный жест с сигаретой, усталая улыбка – это не грим, а внутреннее наполнение. Неслучайно Анастасия Вертинская, эталонный хранитель наследия отца, дала высшую оценку: «Абсолютное и удивительно достоверное перевоплощение».
Когда спектакль держится на игре одного актера в течение 2,5 часов, почти не имеет декораций, а сюжет строится на воспоминаниях и песнях человека из очень далекого прошлого, удержать внимание зрителя можно лишь чудом или тщательно продуманной постановкой, блестящей игрой и тонким знанием предмета. Этот спектакль – тот самый случай. Искусство актёра запустило в головах зрителей тот самый внутренний диалог, который, по признаниям, длился и после финальных аплодисментов.
– Полная иллюзия погружения в события. От спектакля остается впечатление, как от прочтения классической французской литературы: сначала ты читаешь эти подробные описания быта, парижских улиц, а когда оказываешься на одной из них, кажется, что ты здесь уже была и все знакомо. Спектакль хочется обсуждать, думать о нем, и не только в день просмотра, но и на следующее утро, – делится впечатлениями выпускница романо-германского факультета ВГУ Светлана
Но спектакль – это не только слово и жест. Это музыкальная материя, которая обволакивает зрителя, делая его соучастником. Фортепиано Ирины Скосыревой как второй голос, полный то томления, то саркастических ноток. А скрипка Дмитрия Акинфина (оркестр В. Спивакова) – та самая «русская тоска», струна, соединяющая сценического Вертинского с его потерянной родиной. Вместе они создают «необычайно трогательную» атмосферу, где смешанные чувства – восторг, грусть, ностальгия – становятся единым целым.
– Спектакль был потрясающий! Впервые посетила подобный жанр – музыкальный моноспектакль. Узнала много нового о легендарном певце и поэте. Спасибо за предоставленную возможность, – поделилась впечатлениями победительница розыгрыша билетов.
Кульминацией вечера, его смысловым и эмоциональным пиком, конечно, становится «Жёлтое танго». В этот момент спектакль достигает совершенства. Федотов, стоя почти неподвижно, проживает весь путь артиста: желтый свет фонаря – это и свет софитов, и тусклый огонёк эмигрантского существования. «Только любовь моя – нет!» – звучит не как романтический возглас, а как горькая констатация: единственное, что нельзя окрасить в цвет тоски, – это память сердца.
Именно эта тема – разлуки с родиной – отозвалась в зале с неожиданной силой.
– Среди моих сверстников можно услышать разговоры о том, что нужно в России получить образование, а работать уехать куда-нибудь заграницу. Я никогда не задумывалась о том, что такое эмиграция. Спектакль заставил меня посмотреть на такой вариант другими глазами, – размышляет школьница Даша.
«Жёлтое танго» в Воронеже стало больше, чем театральным событием. Это был акт культурной памяти и мощный эмоциональный резонанс. Спектакль-концерт доказал простую и важную истину: лучший дар великому артисту – не застывшее поклонение, а живое, вдумчивое, талантливое прочтение его наследия, способное задеть за живое и юного школьника, и филолога. Уходя из зала, вы уносите с собой не просто мелодии, а ощущение причастности к большой и трагической судьбе, которая, благодаря таким вечерам, обретает вечную жизнь на сцене и в сердцах зрителей.