Вызов поступил в обеденное время. Поводом послужило «мужчине плохо на вокзале». В голове пробежала мысль - ну снова какой-то алкаш. Мы подъехали на площадь и притормозили около лестницы, ведущей к перронам. Собралась испуганная толпа народа и настырно просила о помощи. Я и медсестра вышли и последовали по указанному пути. Обеспокоенные люди кружили вокруг и наводили панику. «Он сейчас умрет», «шел, шел и упал», «ему очень плохо», «сделайте что-нибудь, пожалуйста». Предположения о типичном бездомном алкаше начали уходить на второй план , а их место заняли серьезность и готовность к худшему. На ступеньках лежал мужчина лет 50-60 с соломенной шляпой на голове. Милосердные прохожие пытались его поднять, но безрезультатно. Так получилось, что плохо мужчине стало в час пик, и свидетелями зрелища оказалось довольно большое количество народа. Мы оценивали ситуацию и старались выведать хоть какую-нибудь информацию из пациента, пока вокруг скандировал шум , советы и возмущения на роковую медлительность. Решение было принято довести пострадавшего в машину скорой помощи и там продолжить работу. На вопросы пациент отвечал заторможенной спутанной речью, слабые ноги подкашивались, лицо имело бледноватый оттенок. Размышления предполагали вероятность инсульта или инфаркта. Окружающие люди подоставали телефоны и принялись ждать оплошности или нарушения закона медиков. Нам удалось пробраться до машины, где мы укрылись вместе с пациентом. На вопросы мужчина отвечал неразборчивой мямлящей словесной кашей, был полностью дезориентирован и неподвижен. В кармане мужчины мы нашли полу пустую чекушку водки, но на обычное алкогольное опьянение его диагноз не тянул. В общей суете мы хватались за тонометр и кардиограф, параллельно пытаясь узнать хоть какую-нибудь полезную информацию у пациента. Дыхание его замедлялось, а сознание снижалось, погружаясь из оглушения в сопор. Неопределенность разгоняло волнение, настойчивые камеры снимали через окно машины, требуя скорее спасти бедного больного. Из упавшей сумки на пол вывалилась пачка презервативов и закрытая упаковка Прегабалина. Странная находка натолкнула на мысль о аддикционных привычках пациента. Мы принялись осматривать его тело. На руках зияли блеклые тюремные портаки, а кожа нижней область голеней обсыпана в следах иньекций.
-А давай попробуем налоксон, что-то он странно дышит…
Предложение было рискованным, ведь времени в случае коронарной патологии оставалось в обрез. Отчетливых вен не было. Я затянул жгут и сжал крепко руку, а опытная медсестра в тоненькую вену маленькой иголкой ввела двойную дозу опиумного антидота. После введения лекарства мужчина на глазах преобразился и оживился. Кожные покровы приобрели розовый оттенок, частота дыхания нормализовалась, сознания вернуло ясность. Мы выдохнули с осуждением глядя на мужчину, тот же , осознав что происходит, схватился за голову и начал с обидой возмущаться:
-Ну зачем?! Зачем вы это сделали?!
Мы оторопели.
-Вообще-то мы спасли тебя.
-Да кто вас просил! Нахера вы это сделали!
-Ты героин принимал ? Кололся ?
-Да кололся, кололся! Вас то это как должно волновать?! Я на свидание шел, а вы…
Он с катастрофической досадой за сорванный кайф подобрал свой джентельменский набор в сумку, распахнул дверь и выбежал на улицу. Заинтригованный народ отскочил в недоумении по сторонам. Мужчина не обращал на сердобольных спасителей никакого внимания , а нам озлобленно крикнул:
-Пошли вы к черту , сраные медики! (цензурная форма) Вы только вредите людям!
Затем он поправил высокомерно соломенную шляпу и ускоренно направился на автобусную остановку, тыкая самозабвенно в экран телефона.
Мы без каких-либо обид выдохнули, что все обошлось и с усмешкой посмотрели на наивную толпу зевак:
-Не все хотят быть спасенными…
…
Ставь 👍 и подписывайся на мой канал с умопомрачительными реальными историями из врачебной практики.
Если ты литературный фанат и хочешь больше, то всегда можешь найти мою художественную прозу на сайтах: Литрес-
Проза-
Спасибо, что ты со мной🙏