Знаете, когда я впервые начал разбираться в этой теме, то понял, что это не просто сухой отчёт о калибрах. Это целая эпоха. Это история о том, как огромная страна училась говорить с нарушителем на улице не языком войны, а языком силы, которую можно дозировать. История проб, ошибок и бесконечного поиска баланса между тем, чтобы остановить, и тем, чтобы не убить. И началось всё, как это часто бывает, с чего-то очень большого и очень грозного.
Представьте себе семидесятые годы прошлого века. СССР – сверхдержава, милиция вооружена в основном пистолетами да автоматами. А что делать, если нужно остановить буяна в толпе, не задев случайных людей? Гранаты со слезоточивым газом – это хорошо, но не всегда. Нужно было что-то новое. И тогда взоры оружейников обратились к миру гражданского оружия – к охотничьим ружьям.
И вот здесь – первый поворотный момент. Весь мир в то время уже вовсю использовал дробовики двенадцатого калибра (это примерно восемнадцать с половиной миллиметров). Но советские инженеры, видимо, решили, что раз уж делать, так делать с размахом. Сперва попробовали чудовищный четвертый калибр (двадцать шесть миллиметров!), а потом остановились на «компромиссных» двадцати трёх. Так в начале восьмидесятых на свет появился КС-двадцать три – «Карабин Специальный». Это было не ружьё, а почти что артиллерия! Он создавался на базе авиационной пушки, и стрелял он, соответственно, очень, очень мощно.
И тут мы подходим к ключевому выводу, который силовики сделали лишь спустя годы реального применения. Опыт показал, что у этого советского монстра была избыточная, просто чудовищная мощь на коротких дистанциях. Представьте: нужно остановить пьяного водителя или нейтрализовать человека с ножом в подъезде. И вы стреляете из чего-то, что может на дистанции в двадцать метров пробить двигатель автомобиля. Да, это эффективно. Но это смертельно. И самое главное – для него практически невозможно было создать нелетальные патроны (с резиновой пулей), которые были бы безопасны ближе, чем в тридцати-сорока метрах. То есть в самой что ни на есть полицейской дистанции – в пяти-десяти метрах – это оружие можно было использовать только для убийства. Это как пытаться усмирять хулигана в подъезде кувалдой.
Пока СССР шёл своим путём, мир менялся. Наступили девяностые. Страна в кризисе, но именно тогда происходит удивительная вещь: в оружейную отрасль хлынули западные идеи. Конструкторы наконец-то смогли изучить мировой опыт. И оказалось, что весь мир давно и успешно использует для полицейских задач именно двенадцатый калибр. Почему?
Давайте сделаем небольшую историческую и экономическую справку. Двенадцатый калибр – это мировой стандарт для охотников. Что это значит? Это значит масштабируемость и огромный выбор боеприпасов. Дешевле производить стволы и патроны, которые уже миллионами выпускаются для гражданского рынка. Появляется невероятная гибкость: для одной и той же «трубы» можно иметь целый арсенал: от смертельной картечи до резиновой пули, от светошумового патрона до специальной, которая взламывает двери. Западный подход – это подход экономической целесообразности и тактической универсальности.
И вот в девяносто третьем году тульское Конструкторское бюро приборостроения, известное сложными системами, представляет своё видение полицейского дробовика – РМБ-девяносто три. Оружие было крайне необычным. У него был надствольный магазин, а перезаряжался он движением цевья… вперёд-назад. Не так, как у всех. Эта схема позже прославит ту же контору в гранатомёте ГМ-девяносто четыре. Почему так сделали? Всё из-за специфики нелетальных патронов – они менее мощные, и такая система была для них надёжнее.
Но, как часто бывает с передовыми идеями, широкого распространения РМБ-девяносто три не получил. Он так и остался интересным экспонатом на выставках. А тем временем на рынке вовсю хозяйничали другие. И главным из них был, конечно, Ижевск.
В конце девяностых – начале двухтысячных МВД России проводит целую серию научных работ. Силовики тщательно анализируют свой опыт. Вывод однозначен: могучий КС-двадцать три для многих задач не подходит. Нужно новое оружие под двенадцатый калибр. И начинается большая «битва оружейных кланов».
С одной стороны – Ижевский машиностроительный завод с его знаменитой «Сайгой-12», которая, по сути, гражданский автомат Калашикова под дробовой патрон. С другой – Ижевский механический завод с классическими помповыми ружьями. Интересно, что специалисты тогда так и не решили, что лучше: самозарядная система для скорострельности в руках спецназа или надёжная помповая перезарядка для патрульных. В итоге решили делать и то, и другое.
Испытания «Сайги-12С» дали потрясающие результаты. Цитирую отчёты: «высокое останавливающее действие на дистанциях до двадцати пяти метров, превосходящее автоматные патроны». Задумайтесь: обычный полицейский дробовик останавливает эффективнее, чем автомат на короткой дистанции! Почему? Потому что пуля калибра семь целых шестьдесят две миллиметра – это маленький и быстрый снаряд. А заряд картечи двенадцатого калибра – это ударная волна из свинца, это колоссальное останавливающее действие. Плюс – возможность стрелять резиновой картечью, разрушать преграды, не давать рикошетов в помещении. Это был идеальный полицейский инструмент.
И вот в две тысячи шестом году на вооружение официально принимаются два новых специальных карабина: 18,5КС-К (на базе «Сайги») и 18,5КС-П (помповый). Цифра «восемнадцать целых пять» – это и есть метрическое обозначение двенадцатого калибра. Советская гигантомания ушла в прошлое. На смену «кувалде» пришёл «скальпель».
Но история на этом не заканчивается. Оружие – это только половина системы. Вторая, и не менее важная половина – это патроны. И здесь начались свои трудности. Разработка специальных патронов отставала. Говорят, первые партии карабинов поставлялись в части без штатных боеприпасов, и командованию приходилось искать старые охотничьи патроны двадцатилетней давности. Представляете? Новейшее оружие – и стрелять из него практически нечем.
Сегодня ситуация изменилась кардинально. И тут я хочу сказать главную мысль. Российская промышленность совершила удивительный рывок в области специальных боеприпасов. У нас сейчас есть не просто резиновые пули. Есть целая наука.
Вот лишь краткий список того, что может выпустить из своего ствола современный российский полицейский дробовик:
- Резиновая пуля для принудительной остановки.
- Бронебойная пуля – да, иногда нужно пробить что-то твёрдое.
- Патрон «Сирень-К» – с раздражающей, слезоточивой гранатой. Прямой наследник старых образцов, но более точный.
- Патрон с маркирующей пулей – выстреливает краской, чтобы потом опознать зачинщика в толпе.
- Патрон для разрушения преград – который в щепки разносит дверные замки. Тихая альтернатива взрывчатке.
- И даже такие экзотические вещи, как патроны для борьбы с беспилотниками! Это показывает широту мышления наших оружейников.
Основными поставщиками сегодня являются ижевские, подольские, краснозаводские предприятия. Это целая индустрия! И что самое важное – она работает и на государство, и на частный рынок, что стимулирует развитие.
Так что же в итоге? История полицейского дробовика в России – это история эволюции. От грубой силы к гибкому, многофункциональному инструменту. Это путь от уникального, но непрактичного монстра к массовому, надёжному и невероятно вариативному комплексу. Это история о том, как наша страна, пройдя через хаос девяностых, смогла не только перенять мировой опыт, но и развить его, создать свою собственную, глубоко продуманную систему.
Сейчас на базе полицейского карабина создан и армейский вариант. Но его корни – вот в этой самой полицейской истории. И когда я смотрю на это оружие, я вижу не просто «ружжо». Я вижу продукт долгой, сложной работы тысяч людей, которые искали ответ на простой, но страшный вопрос: как поддерживать порядок, минимизируя необратимые последствия? Как сделать силу не слепой, а зрячей?
Ответ, как оказалось, лежит не в увеличении калибра, а в увеличении выбора.
Вот такая получилась большая история. Я старался сделать её не только информативной, но и живой. А теперь – вопрос к вам. Как вы думаете, достаточно ли этого «цивилизованного подхода»? Не превращается ли оружие с нелетальными боеприпасами в инструмент для избыточного применения силы? Или, наоборот, это спасло множество жизней? Жду ваши мысли, споры и дополнения в комментариях! И, конечно, если вам интересны такие глубокие разборы – подписывайтесь, ставьте лайки
Ваша активность – это сигнал мне делать больше такого контента.