Появление этого образа
Исторически образ «правильного» женского тела был далёк от современного культивационного идеала худобы. Античные статуи богинь, в том числе Афродиты, показывают мягкие животы, полные бёдра, плотные тела: символы плодородия, силы и сексуальности, а не истощения. Худоба как норма красоты в массовом масштабе закрепилась лишь в XX веке вместе с развитием индустрии моды, масс-медиа и диетической культуры: маленькое тело легче «упаковать», контролировать, ограничить в еде, пространстве, одежде. Параллельно формировался образ тихой женщины – удобной для семьи и государства: она не задаёт лишних вопросов, не спорит с мужем, не претендует на власть. В патриархальной системе, где мужчина считается главой, громкая, яркая, уверенная женщина воспринимается как угроза, её труднее подчинить. Поэтому от женщин ожидали не только физической миниатюрности, но и эмоциональной, чем меньше эмоций, амбиций, претензий, меньше «я» в разговорах и решениях – тем лучше для патриархата.
Скромность как оружие против женщин
Особое место в этом контроле занимает скромность, её навязывают с детства через фразы, знакомые почти каждой: «терпи, ты же девочка», «не высовывайся», «будь попроще», «хорошие девочки так себя не ведут». Скромность подаётся как моральное превосходство, но по сути она учит подавлению: чувств, злости, сексуальности, амбиций, женщину приучают быть удобной: не требовать, не отказывать, не занимать пространство. В противовес этому образу особенно ярко смотрится фигура богини Кали. Она громкая, разрушительная, дикая, с языком, высунутым в ярости, с телом, которое не пытается понравиться. Её женская энергия это не мягкость, а сила, не тишина, а крик, не скромность, а абсолютное присутствие. Именно поэтому такие образы вытеснялись: они напоминали, что женственность может быть разной, опасной и неконтролируемой.
Как это менять?
Современные женщины напрямую бросают вызов этим установкам, они говорит: женщине не нужно быть маленькой, чтобы быть принятой, и тихой, чтобы быть достойной. Феминистки возвращают женщине право на голос, на тело, на гнев и на сексуальность без порицания. Это видно в культуре: в книгах, где героини больше не служат фоном, в кино образ женщин, все чаще занимает пространство, и они не извиняются за это, в сериалах и фильмах, где женская сила не «милая». Мы видим больше разных тел, больше разных характеров, больше историй, где женщина – субъект, а не объект, но эти плоды не означают, что контроль исчез, они показывают трещины в системе. Быть громкой, быть заметной, быть «слишком» – больше не отклонение от нормы, а форма сопротивления, и чем больше женщин перестают уменьшаться, тем сложнее патриархату делать вид, что тишина – это естественно. Идея проста и радикальна одновременно: женщина имеет право быть любой – большой, заметной, громкой, смелой, несовершенной, и не оправдываться за это перед системой, которая когда-то решила, что ее естественное состояние – «маленькая, тихая, скромная».
• SOVA • задонатить •