ПРОЗРЕНИЕ БЕЗ ВЫХОДА
И тут люди наконец-то от грехопадения прозрели. Не в смысле «увидели свет», а в смысле — остановились, моргнули и понять не сумели. Как так вышло, что они, имея все данные, все расчёты, все предупреждения в виде мелких и крупных БИГБИВПАФов, не допустили Ад? Наверное, просто остановились. На полпути к осознанию. Зависли, как компьютер, которому подсунули задачу, на которую у него нет оперативной памяти. Они упёрлись взглядом в зеркало собственного абсурда и онемели. Произошло осознание бреда без инструкции к исправлению.
ЛЮЦИЙ РЕВОЛЮЦИЙ газету читал. Вернее, смотрел на новостную ленту, где вперемешку были рецепты салатов из солёных огурцов и сводки о закупках новых гиперзвуковых ракет.
— Смотри, — сказал он, не отрываясь от экрана. — Они всё поняли. Им даже стыдно. На три секунды. А потом они видят, что сосед купил на акции новый квадробер. И стыд превращается в зависть. А зависть — в необходимость защищаться. И вот уже оправдание готово: «Мы не для войны, мы для сдерживания! Сдерживания соседа с его квадробером!»
АТОМ от увиденного размышлял. Размышлял о том, что из-за банки огурцов, килограмма гречки или права первым запустить спутник к астероиду из чистого лития, они готовы взорвать мир. Чтобы первым поптататься. Словно в детской игре, где проигравшего съедают, но никто не помнит, кто придумал правила.
— Что-то в опциях Ада и Рая отключено, — произнёс он вслух. — Базовая настройка «Страх Вечных Мук» и «Надежда на Вечную Благость»… не работает. Они превзошли это. Их Ад — это отсутствие роста ВВП. Их Рай — превышение прогнозного квартала. Они молятся на графики и приносят жертвы бирже.
Люций кивнул, перелистывая виртуальную страницу со статьёй «Новая этика: как оправдать гонку вооружений в эпоху тотальной прозрачности».
— Они превзошли Ад по кровожадности, — констатировал он. — Ад — он простой. Грех — наказание. Прямая причинно-следственная связь. А они выстроили такую систему оправданий, такую многоуровневую пирамиду из «но» и «потому что», что кровопролитие выглядит не грехом, а необходимым элементом экономического и технологического развития. ВПК — чтобы защищаться от Ада. От того Ада, который им не может угрожать, ибо Ад — один. Двух Адов не бывает. Как и Земля — голубая планета в Млечном Пути — одна. Как и Рай — один. Как и Бог — один. Всё просто и единично. А они размножили сложность, чтобы спрятаться в ней от простых вопросов.
АТОМ: И выхода у них нет.
ЛЮЦИЙ: Выхода нет. Но как осознать то, что и так видно? Как признать, что ты десятилетиями, веками нёсся на полном скоростном квадробере в стену, крича, что это и есть «дорога в будущее»? Признать — значит обнулиться. А они не могут обнулиться. У них кредиты, ипотеки, социальные рейтинги, долги перед будущими поколениями, которым они уже продали воздух и воду.
КВАДРОБЕР (вставил свою реплику, как встроенная система диагностики в их беседу): Прогноз: осознание будет подавлено. Механизм подавления — масштабная диверсия внимания. Объект диверсии — космос.
АТОМ: Верно. Никто не даст им «образумиться», пока они не колонизируют не только Луну, но и Марс, и пояс астероидов. Потому что «образумление» — это остановка машины. А машина не может остановиться, ей нужна новая, более грандиозная цель. Чтобы текущее лицемерие казалось мелким и несущественным на фоне «великой космической судьбы человечества».
ЛЮЦИЙ: Им будут обещать это шоумены. Изобретатели светлых идей. Они будут говорить о будущем, где нет войн, потому что все войны остались на «отсталой» Земле. О будущем, где они, конечно, не повторят ошибок, ибо теперь они — мудрые звёздные странники. А настоящее… настоящее при этом будет выглядеть по уровню лицемерия и самообмана похлеще любого Ада. Потому что Ад не притворяется раем. А они — притворяются. Снимают об этом вдохновляющие ролики. На коленях, в грязи и долгах, они будут мечтательно смотреть на Марс и говорить о чистоте помыслов.
Они замолчали. Диагноз был ясен. Пациент увидел свою болезнь, но решил, что лучший способ лечения — построить себе новый, более роскошный госпиталь на другой планете. И продолжить болеть там, но уже с панорамным видом на кольца Сатурна.
АТОМ: И что мы напишем Архитектору в этот раз?
ЛЮЦИЙ: Напишем: «Эксперимент продолжается. Подопытные осознали наличие клетки. Их следующее действие — не открыть дверь. Их следующее действие — начать рисовать на стенах клетки бесконечно сложные и красивые фрески, изображающие бескрайние просторы вселенной. Уровень абсурда достиг плато. Наблюдение рекомендуется продолжить. Интерес представляет момент, когда закончатся стены».
АТОМ: БИГБИВПАФ.
ЛЮЦИЙ: БИГБИВПАФ.
И они продолжили созерцать. Теперь — за самым увлекательным этапом: как разумные существа, понявшие ловушку, начинают с гордостью и пафосом украшать её внутренности, называя это «Великим Исходом». Было и страшно, и смешно. Но в основном — бесконечно, космически грустно.