Крысы-саперы – одни из самых необычных и при этом эффективных участников процесса разминирования. Благодаря обонянию и малому весу этих грызунов зачастую используют в зонах вооруженных конфликтов в разных странах мира. В последние годы они работают и на освобожденных от оккупации территориях Карабаха.
Media.Az побеседовала с единственным азербайджанским специалистом, который около двух лет состоял в команде по разминированию наших земель, – Эльмаром Велиевым. Ветеринар с более чем 15-летним стажем, он окончил Сельскохозяйственную академию в Гяндже (ныне Азербайджанский государственный аграрный университет). После работал в ветеринарной аптеке, в сферах свиноводства и птицеводства. Однако со временем осознал, что его истинное призвание связано с домашними животными, и теперь лечит собак, кошек и других питомцев.
– Вы один из немногих специалистов в Азербайджане, кто работает с крысами-саперами. Расскажите, с чего всё началось?
– Однажды ко мне привезли крысу-сапера, у которой наблюдалось переохлаждение – гипотермия. Мне удалось стабилизировать ее состояние и полностью восстановить животное. После этого со мной связались руководители международной некоммерческой организации APOPO, занимающейся разведением крыс-саперов и служебных собак и работающей в зонах конфликтов по всему миру.
Я получил от них предложение ежемесячно приезжать в Карабах для проведения осмотров грызунов. Моя основная функция заключалась в ветеринарном сопровождении: лечение, вакцинация против бешенства, контроль массы тела, терапия инфекционных заболеваний, а при необходимости – ампутация. В отдельных случаях я также осуществлял контроль состояния служебных собак.
– Сколько человек было на тот момент в команде по разминированию?
– Тогда нас было 17 человек – 14 из Камбоджи и двое – из Танзании. Я был единственным азербайджанцем в команде. Как правило, находился в Карабахе в рабочий сезон (весна-лето) примерно раз в месяц по 1-2 дня, в остальное время – раз в два месяца.
– Из каких стран были доставлены в Азербайджан крысы-саперы? И сколько их было?
– В нашу страну были привезены 12 крыс-саперов из Камбоджи. Основной опыт разминирования связан именно с этой страной, поскольку именно там были многочисленные военные конфликты и отсутствуют карты минных полей. Помимо этого, грызуны «работали» и в других странах: Аргентине, Турции, в европейских государствах. Сейчас, насколько мне известно, их используют для обнаружения взрывоопасных элементов в Украине.
Что касается физических данных четырехлапых саперов, то их длина составляла 40-45 см, а вес – примерно 1-1,5 килограмма. Средняя продолжительность жизни крыс – 5-8 лет, а в неволе – до 10. Привезенные в нашу страну грызуны были молодыми, в возрасте двух-трех лет.
– В каких условиях они здесь содержались?
– В Карабахе для крыс была оборудована специальная база: одну из комнат дома полностью засыпали песком, там же установили макеты мин для регулярной тренировки навыков обнаружения. Непосредственно в клетке грызунов было сено и опилки, а также специальный круглый кувшин с отверстиями, куда они забирались спать.
Кроме того, в комнате было установлено большое колесо, размером с автомобильную шину, в котором крысы бегали, чтобы поддерживать физическую форму. Так как у них относительно низкая температура тела и самостоятельно согреваться им сложно, обычно во время сна они собираются по 10-15 особей и греются друг о друга. Однако рабочие крысы спали отдельно, по причине того, что они могли перегрызть друг друга.
Помещение было полностью затемненным, поскольку эти грызуны плохо реагируют на яркий свет. Так как они не переносят холод, особое внимание уделялось температуре и влажности в комнате.
Кстати, питание у крыс-саперов специализированное – привозное из Танзании и Камбоджи, с обязательным включением овощей и фруктов. В частности, в их «рационе» должны быть авокадо, арбузы, помидоры, орехи, миндаль, зерновые корма. К примеру, за раз крыса способна съесть крупный банан.
– А как происходила акклиматизация этих грызунов в горной местности Карабаха?
– В целом крысы хорошо акклиматизируются при теплом климате. Оптимальная температура помещения, в котором они содержатся, должна составлять 25-27 градусов. В горных же регионах им было нетрудно проходить акклиматизацию, поскольку ландшафт там в определенной степени напоминает камбоджийский, несмотря на различие климатических зон.
– Подвержены ли они каким-либо болезням и как с ними справлялись?
– Мне приходилось лечить инфекции, а также пневмонии у грызунов. При этом часто у них бывали аллергические реакции на траву, пыль. Однако это лечится антигистаминными препаратами и местными мазями. Одну крысу мы потеряли еще до моего прихода, причину установить не удалось: ей внезапно стало плохо, и подходящего специалиста тогда не нашли.
– Давайте подробнее остановимся на особенностях крыс-саперов…
– Это крайне интеллектуально развитые животные. Как известно, крысы обладают и другими уникальными способностями: они способны выявлять туберкулез у человека по анализу мокроты, а также участвовать в поисково-спасательных операциях после землетрясений, передвигаясь по завалам с закрепленными на спине мини-камерами. Процесс их работы по обнаружению мин основан на обонянии: по запаху грызуны определяют наличие взрывчатого вещества и получают лакомство. Так формируется ассоциативное мышление – крыса запоминает, что если она обнаружила запах и остановилась в этом месте, то получит награду.
Причем эти животные хорошо различают своих хозяев. При появлении постороннего они становятся настороженными, встают на задние лапы, выгибают спину и издают предупреждающие звуки, означающие, что к ним лучше не подходить. Кстати, если чужой человек прикоснется к хвосту, крыса воспринимает это особенно остро. После контакта она начинает интенсивно вылизывать и выгрызать его, как бы очищая от чужого запаха. Как рассказывал мне коллега из Камбоджи, в их практике нередко хвост ампутируют заранее. Этот процесс крысы переносят довольно легко: сразу после операции они активно принимают пищу и не проявляют интереса к ране.
– Как долго продолжается процесс обучения крыс и во сколько он обходится?
– Обучение длится от нескольких месяцев до одного года, в зависимости от индивидуальных способностей животного. Подготовка одной крысы обходится примерно в 7 000 евро. За каждым грызуном наблюдают четыре человека, и, если животное погибает, они теряют работу и отправляются домой.
– Каковы основные преимущества и недостатки использования грызунов при разминировании?
– Преимущество использования крыс заключается в следующем: их небольшие размеры позволяют перемещаться по минным полям без опасных последствий. Раньше мины были преимущественно металлическими и обнаруживались с помощью металлоискателей. Сегодня же корпус большинства этих смертоносных свидетельств боевых действий сделан из пластика. Однако крыс учат вынюхивать не металл, а химические соединения внутри взрывчатки – тротил.
За один рабочий день крыса обследует в среднем около 400 квадратных метров территории. Обнаружив мину, она встает на задние лапы, после чего саперы приступают к обезвреживанию. В среднем грызуны работают 6-7 часов за день, с 5-6 утра до 12 дня.
Как я уже говорил, единственный недостаток крыс это то, что они не переносят холод. Их можно назвать «сезонными работниками», которые активно используются в основном весной и осенью.
– Кстати, верно ли мнение, что крысы эффективнее служебных собак?
– В целом сначала минные зоны обследуют собаки, а затем крысы, потому что обученных грызунов значительно меньше. Однако использование только крыс существенно замедлило бы процесс разминирования. Кстати, приезжие специалисты не доверяют собакам и опасаются выходить после них на минные поля. Однако, по их словам, после крыс они могут без страха отпустить на территорию даже своих детей.
С мнением о том, что грызуны эффективнее служебных собак, я согласен: после их работы участок считается практически полностью безопасным. На сегодняшний день ученые не создали более эффективного способа очистки минных полей, поэтому крысы-саперы выполняют важнейшую миссию для человечества.
– Много ли мин на территории Карабаха ими было обнаружено?
– Примерно за два года крысы обнаружили на территории Карабаха около 10-15 мин, и это немало. Как я отметил, они «работают» на ограниченных по площади участках, поэтому не могут полностью очистить большие территории. Ими были разминированы земли в таких регионах, как Физули, Кяльбаджар и Зангилан. В настоящее время грызуны работают в Джебраиле и там же остались на зимовку.
– Вы упомянули, что в Азербайджан привозят крыс-саперов. Как оцениваете перспективы выращивания таких животных внутри страны?
– Мне кажется, у нас есть для этого все условия. Кроме того, я слышал, что к работе с крысами-саперами планируют привлечь наших соотечественников. Однако не знаю, насколько эта информация достоверна и в какой степени уже реализуется.
– Не могу не спросить: какая судьба ждет грызунов-«ветеранов»?
– После завершения службы их, как правило, отпускают в естественную среду обитания.
– Продолжаете ли вы сегодня сотрудничество с АРОРО?
– Я там уже не работаю. Причиной прекращения сотрудничества, продолжавшегося около двух лет, стала смена руководства организации. Мы не смогли найти общий язык, и со временем меня просто перестали приглашать. Однако для меня это стало интересным и необычным профессиональным опытом.
Мелек Новрузова