Я перечитал на эту тему немало статей на Дзене. Большинство людей пишут о заточении, выпадении из нормальной жизни, депрессии или как сидеть без вылазно дома, потому что зимой ходить по улице опасно. У меня это время прошло как-то интереснее, и есть о чем вспомнить. Человек может приспосабливаться ко всему, если хорошо захочет, и даже находить этот процесс интересным.
Итак, Новый год для нас всех начался из ряда вон плохо, потому что все заболели какой-то кишечной инфекцией, то один, то другой. Когда хорошо подготовленное мероприятие летит к чертям из-за какой-то нелепой случайности, это реально бесит. Тем более, я на это потратил деньги, ездил за вином в Тверь, напокупал подарков, и тут в один день все сорвалось. Я вернулся в Москву ни с чем, скромно отметив Новый год в Иваново с родителями. Все отмечание постепенно перенесли на Рождество. Но еще больший облом ждал меня самого. 3 января я увидел объявление клуба Караван о покатушке на лыжах Радищево - 50 км. С клубом Караван я не ездил давно - весь прошлый год, потому что зимы как таковой не было.
Все началось радостно, ничего не предвещало того, что это мой первый и последний выезд в сезоне. Я ехал впереди группы, и мы добрались до места привала. В этот момент люди начали накрывать новогодний стол, а я как всегда участвовал в заготовке дров для большого караванского костра. И это были мои последние нормальные шаги. Надо было взять лежавшее в снегу толстое бревно, но его накрывали более тонкие ветки, и их нужно было сначала разгрести. Я начал их раздергивать, так как они вмерзли в снег и придавливали друг друга.
За одну из веток я дернул, но она подалась слишком легко, а приложенное усилие заваливало меня влево. Я сделал шаг в сторону, но левая нога уперлась в другую ветку, а тело все равно падало на бок. Тут я услышал страшный треск и почувствовал резкую боль в ноге. Упав, я закричал от боли, а когда посмотрел на ногу, пришел в настоящий ужас. Нога уже была кривой, а стопа оказалась вывернута в сторону, не было и речи о том, чтобы попытаться ей пошевелить, хотя резкая боль прошла сразу. Я позвал своего напарника на помощь, кричал, что я сломал ногу.
Помощь пришла быстро, и караванцы отнесли меня к костру. Я был голоден, и первое, что я сделал, это съел свои запасы еды. Мне предстоит эвакуация в больницу, а там кормить не будут. До Волоколамского шоссе, до места финиша от привала был всего один километр. Люди связали из веток носилки и понесли меня в восьмером к остановке напротив платформы 50-й км. Туда и вызвали скорую помощь по телефону 112. Был вариант затащить меня в электричку и отвезти меня сначала в Москву, но очень уж страшно выглядела нога. Я захотел медицинскую помощь немедленно. Вот помощь и приехала немедленно - за считанные минуты.
Меня отвезли в истринскую областную больницу, сделали рентген, после чего вправили вывих, и нога сразу стала прямой, а стопа встала на место. Перелом же никто не отменял, я сломал все что можно да еще и со смещением. Одним гипсом дело не ограничится, надо делать операцию. Я подписал согласие на госпитализацию, и меня поселили в трехместную палату. Сломнаными оказались обе лодыжки - внутренняя и внешняя, а также откололся задний кусок большеберцовой кости, заходящий в голеностопный сустав. Да еще и межберцовый синдесмоз оказался разорванным - это связки между малой и большой берцовыми костями. Я переломал в голеностопе все что можно и потерял способность нормально ходить надолго.
Итак, что это было за лечение? Сначала надо было согнать отек, потому что распухшую ногу резать нельзя. Ради этого мне просверлили насквозь пятку, загнати в нее ось и натянули с помощью груза на 6 кг. Это называется скелетным вытяжением. Нет ничего хуже, чем лежать на вытяжке. Ты все время прикован к кровати, не можешь лечь ни на какой бок, а единственное развлечение в больнице - это втыкаться в телефон. Кстати, в телефон я мог втыкаться только после того, как товарищи из клуба Караван привезли мне зарядное устройство. Приходилось просить соседей, чтобы воткнули зарядник в ближайшую розетку, так как сам я ни до чего дотянуться не мог. Я забыл о том, что такое блага цивилизации. Я не мог ни принять душ, ни помыть руки, и даже после лыжной поездки не мог смыть с себя пот неделю. А спать на спине было крайне трудно, мозг никак не хотел отключаться в таком положении.
Перед операцией просят не есть более чем полдня. Однако расписание у них такое, что тебе утром пообещают, но по факту ничего не сделают. Это потому, что есть срочные больные - которые оперируются по плану, но могут и подождать. А есть экстренные пациенты, которых надо оперировать немедленно, иначе помрет или чего-нибудь лишится. Из-за наплыва экстренных больных мне каждый день обещали, но по факту сделали оперецию только на третий день после реальной готовности к операции. Всего я пролежал на вытяжке 6 дней. Медсестра в шутку назвала такой подход интервальным голоданием. Один диабетик у них в ожидании операции упал в голодный обморок. Потому что весь день просят не есть, но в резуультате ничего не сделают, и на следующий день тоже просят ничего не есть.
От операции по остеосинтезу до выписки из больницы прошла неделя плюс выходные. Меня продержали дольше всех моих соседей. Послеоперационные боли прошли примерно через день-два. Я имею ненулевой опыть пользования подмышечными костылями, но полноценно ими воспользоваться смог не скоро из-за самого неприятного осложнения - нарушения венозного оттока. Как опускаю сломанную ногу вниз - так ее разрывалет от прилива крови. Я не мог ни долго сидеть, ни долго стоять, и длительность этого осложнения в среднем две недели. У меня это до конца прошло только через месяц, хотя терпимым оно стало по прошествии 10 дней, когда меня только выписали. Еще это заметно облегчилось после снятия швов.
В больнице я позаботился о том, чтобы освежить навыки костылехождения. Проходил в день до 2 км, увеличивая постепенно, чтобы не довести до боли в мышцах. Этого достаточно для выполнения повседневных дел, включая прогулки по своему району после работы. При этом вызывал удивление как персонала, так и пациентов - как можно так быстро идти на костылях и не грохнуться? Пациенты тоже удивлялись, как это я не боюсь балансировать на одной ноге и принимать душ, стоя на мокром полу. Но навыки вспомнились быстро. Я отличаюсь от большинства людей тем, что не боюсь грохнуться. Вернее боюсь, но только когда есть реальная, а не мнимая возможность грохнуться. И таки грохнулся раза 3 за все это время, но ничего к существующей травме не добавил, видимо потому что умею группироваться. Не было еще ни одной зимы, когда бы я ни разу не грохнулся, но первый раз что-то себе сломал только в 48 лет, и к этому привело трагическое стечение обстоятельств. Чтобы получить трехлодыжечный перелом, нужно, чтобы стопа куда-нибудь попала. Лестницы и эскалаторы я воспринимаю не как препятствия, а как предметы спортивного интереса. Смотрел видео с одной девушкой, сломавшей ногу, как она боится вступить на эскалатор. Не понимаю, что в этом сложного? Это же всего пара движений. Если что не так, есть возможность схватиться за поручень. Главная преграда - это страх. То же самое могу сказать про сугробы, горбыли, наледи и прочие зимние преграды для инвалида на костылях. А я теперь инвалид месяца на 3 и на самом деле на дольше. Теперь обо всем по порядку и о более приятном.
Люди много выкладывают видео о том, как наши города не приспособлены для людей с ограниченными возможностями, на самом деле они не приспособлены только для инвалидов-колясочников. Если ты ходишь хотя бы на одной ноге и жалуешься, что все плохо и никуда не хочется - ты просто не хочешь ничему учиться или всего боишься. Но туристы тоже идут в категорийные походы из интереса к этим самым категориям сложности по местности, изначально не приспособленной для легкой прогулки. А что если это нужно для возвращения к нормальнгой жизни - с прогулками, походами в музей или кино в выходной день?
Первый вопрос - как совместимы зима и костыли? Вокруг все скользко, снежно и страшно. Можно же грохнуться. Конечно использовать костыли зимой на улице в таком виде, как они продаются, нельзя. Нужны зимние наконечники с шипами, которые можно убирать при входе в помещение. Есть много разных видов, но мне нравятся вот такие.
Они хороши именно для Москвы, потому что у нас любят чистить до асфальта или до тротуарной плитки, при этом остается тончайший слой льда, на котором резина заскользит. А кое-где имеется снег или наледи. Длинные шипы у нас вообще не тема. Это тема для провинции, где до асфальта никогда не чистят. Короткие и тонкие шипы конечно от ходьбы о тротуарной плитке тупятся, но это не критично. Одни затупились - заказал новые на Wildberies. Когда шипы не нужны, надо надевать резиновую крышку. У нее сцепление с полом гораздо лучше, чем у простых наконечников, в том числе и с мокрыми поверхностями. На льду и снежном накате шипы держат лучше чем любая обувь, фактически мертвой хваткой. С такими наконечниками можно зимой сколько угодно гулять по снегу и гололеду и ездить на общественном транспорте. Но есть у них небольшой недостаток - крышки туго снимаются на морозе, потому что резина твердеет. Надо носить с собой отвертку на этот случай. И еще надо балансировать на одном костыле, когда это делаешь.
Вторая важная вещь - это мягкие подушки. Об стандартные резиновые подмышечные упоры можно натереть подмышки, если ходить на километры. Для дома так конечно и сойдет, но не для более активной жизни. Тут следует упомянуть о том, что упор на подмышки в принципе быть не должен, иначе можно их натереть и повредить нервы. Упор должен быть на руки. Но я культуризмом всерьез не заниался, и руки мне надо качать и качать в процессе. А чтобы не было тяжко идти 5 километров, я подмышечные упоры поднимал так, чтобы разгрузить руки. При этом заметно увеличивалась скорость движения. Но мне потребовалось что-то мягкое. На самом деле я то удлинял, то укорачивал костыли для занятия разными видами деятельности. А мягкие подушки спасли мне подмышки от натирания.
Какой у меня был гипс? В больнице мне наложили лангету по задней части ноги, которую можно снимать для перевязки и обработки послеоперационных швов.
Такая штука слишком хлипкая, а в голеностопе все было настолько болезненно, что каждый толчок причинял боль, я даже ногу на носок не мог поставить в автобусе. Куда мне с такой идти. Можно конечно ортез купить за 20 тысяч, но после снятия швов я сделал проще - налепил из гипсового бинта вторую половинку. Ее также можно приматывать, если иду на улицу, но она делает гипс крепким, его можно обо что угодно стукнуть и поставить на любую точку, и нога ничего не почувствует. А дома можно снимать, ногу можно мыть и делать с ней все что нужно.
Теперь о жизни с гипсом и костылями, как я активно проводил время. Во-первых, больничный мне был нужен только на время нахождения в стационаре. После выписки я сразу же попросил его закрыть. Стучать по клавиатуре мне ничего не мешало, как и не требовалось мое присутствие в офисе. Я могу работать в офисе или удаленно по своему усмотрению. Первую неделю я гулял после работы и догулялся до 5 км за раз.
Как только я почувствовал силы ездить куда-то каждый день, так записался на физиолечение в клинике Артромедцентр. Я годом раньше лечил у них коленные суставы, был доволен результатом и теперь доверил им лечение перелома.
MBST терапия - это физиопроцедура, которая использует ядерный магнитный резонанс в лечебных целях. Атомы водорода поглощают энергию электромагнитных колебаний, вступая в резонанс, затем отдают ее окружающим тканям. Мне таким образом вылечили тендинит и начинавшийся артроз коленных суставов. Принцип действия в разгоне метаболизма, поэтому быстрее все заживает. По прошествии года я про все неприятные ощущения в коленях забыл. Теперь же мне проделали такую процедуру для костной ткани и сказали, что могу садиться на велосипед в мае, а не в июле. Вдобавок к тому мне сделали несколько процедур ионопараметрической магнитотерапии на ионы кальция. Это для улучшения проникновения кальция в кости. Но это я смогу оценить только в период реабилитации, начиная с марта, как только начну ходить двумя ногами. Сейчас же я почувствовал эффект от других процедур. Это магнит-индуктивная терапия (омнитрон), фотодинамическая терапия и массаж пневмопрессом. Мне таким образом полностью сняли болевой синдром и сказали, что дома гипс можешь снимать и начинать разрабатывать сустав без осевой нагрузки, то есть три, двигай, но не вставай весом тела. Работай только с весом самой ноги.
Ради всего этого лечения я ездил каждый день на другой конец Москвы и проводил там 2,5 часа. Чтобы отнимать меньше времени у работы, я с утра ехал в офис, а вечером на лечение. Я ездил на МЦД и метро и проходил пешком каждый день до 3 км. Домой приходил только ночевать. Чтобы отработать еще час, я возил в рюкзаке рабочий ноутбук и включал его во время MBST терапии. Ее я проходил в сидячем положении и мог поработать. Врачи удивлялись, как это я со сломанной ногой хожу на работу и езжу к ним на метро, не тяжко ли это? Нет, мне не тяжко. Я рад возвращению к условно активной жизни - тому, что снова езжу по городу, вижу коллег и ем в разных общественных местах. В последний день вечером осталось немного времени, и я погулял по центру Москвы, полному новогодних декораций. Как же долго я эту красоту не видел! С декабря месяца.
Тем не менее, в мышцах рук накопилась усталость, они болели по утрам, а силы было не столько, как в отдохнувшем состоянии. Но у меня все было расписано еще на 4 дня, и только со среды следующей недели я решил три дня посидеть дома и отдохнуть.
В один из первых выходных, когда был не такой страшный холод, я погулял после леченичя по Бульварному кольцу, сходил в музей Востока. Обилие крутых лестниц в здании у меня вызвало только спортивный интерес. Кстати, лестницы я прохожу сходу, ни за что не держась, и перешагиваю через ступеньку. Так получается с нормальной скоростью, как люди идут в метро. Я был в этом музее несколько лет назад, сейчас экспозиция обновилась, а в зале, посвященном Китаю, мне многое напомнило о недавнем велопутешествии.
А во вторые выходные уже после лечения я пошел в галерею Шилова. Я не любитель портретной живописи, мне больше нравятся пейзажи, но здесь настоящие шедевры.
На другой день я утром съездил на рентген, а после обеда пригласил подругу Свету на выставку Первозданная Россия. Я на эту выставку хожу каждый год, в этот раз она проходила в Манеже. Поужинали мы в Охотном ряду и дальше пошли гулять через Красную Площадь по Никольской. Она была немного удивлена, что идти на костылях можно также быстро как на ногах. Она была с коляской и двумя детьми. Еще и костыли с мелкими шипами не скользят по обледенелой брусчатке от слова совсем. Я как джентельмен открывал ей двери, но не мог помогать ей катить коляску по пандусам подземных переходов, пришлось просить об этом прохожих. Всего мы прошли около 3 км, не считая хождения по огромному залу Манежа. Всего за день я прошел по улице то ли 4, то ли 5 км. Кстати, Свету этой зимой было сложно вытащить на прогулку из-за постоянных снегопадов, потому что таскать двойную детскую коляску на нечищенным тротуарам оказалось куда проблематичнее, чем мне идти на костылях.
На следующие выходные, 14 февраля, я поехал в гипс-тур в Тверь. Ну это не совсем туристическая поездка, я хотел купить вино на 8 марта. Но заодно я решил посетить музей быта. В Твери я все видел кроме него. Я приехал туда на электричке Ласточка, которая экспресс, и также обратно. В целом в Москве была оттепель, но ночью прошел ледяной дождь, и на Комсомольской площади кое-где был гололед. Я большую часть пути прошел на резине, но в одном месте пришлось выпустить шипы. Видел, как там человек поскользнулся.
Вот начало моего гипс-ура.
А в Твери вовсе не асфальт и не гололед, а тонны мокрого снега.
Пройдя бочком от остановки и проваливаясь костылями в снег, я запрыгнул в автобус. А там от остановки по троруату я кое-где тоже шел бочком, ибо протопнанная тропа на нечищенном тротуаре слишком узка для костылей.
В кассе мне как инвалиду дали бесплатный билет:)
Музей Тверского Быта располагается в бывшем доме купцов Арефьевых. Согласно легенде они принимали у себя царя Петра Первого. В первом зале экспозиция посвящена самим купцам Аефьевым, далее следует зал китайского искусства и множество залов, посвященных ремеслам. Тверская область богата на плетение кружев, в частности с золотыми нитями. Показывали мастерскую иконописца, интерьер деревенской избы и хозяйственное помещение.
Мне совершенно бесплатно проводили экскурсии по каждому залу, время я провел интересно.
Далее я перешел в городскую усадьбу. Переходя дорогу, я увидел, как люди откапывали лопатами завязнувшую в снегу машину. Осмотр городской усадьбы я начал со двора.
Потом я поднялся ко входу по деревянной лестнице и даже на ней поскользнулся, уткнувшись носком загипсованной ноги в ступеньку. Но гипс был крепкий. Почему это произошло? Потому что я не снял резиновые крышки с наконечников. Хоть на улице и не скользко, на них налип мокрый снег, и на полу они будут скользить, пока не оттают. Некоторые наконечники с выдвижными шипами этим тоже грешат. Вот эти штуки оказались совершенно беспонтовыми.
Эти скобы легко поворачиваются, но налипший снег с них надо счищать отверткой прежде, чем ступить на кафельный пол магазина. Иначе они быстро отправят тебя в падение.
На верхнем этаже я любовался интерьерами жилища зажиточных горожан.
Потом меня пригласили на нижний этаж. Туда вела очень крутая лесница. Я вервые почувствовал потребность взяться рукой за поручень, а один костыль отдал сотруднице, чтобы она его мне спустила. Впрочем, обратно я поднялся нормально, ни за что не держась. Внизу меня ждала богатейшая коллекция самоваров. Я даже сам с ними снялся для фотодоказательства своих приключений.
А один самовар был даже подключен к дымоходу, так он располагался в доме, чтобы не заставлять людей дышать дымом.
После музея я захотел посмотреть на Волгу и пройтись по набережной. В целом вид на город, заваленный снегом, не создает того удовольствия, что летом. Дома конечно красивые, но все белым бело, и речка - не речка. Начинаю показ с вида на Тверской проспект.
Спускаться к набережной оказалось экстремальным аттракционом. Лестница не только крутая, но и ступеньки, слегка покрытые снегом были неровными. Тут некоторые лестницы долго не ремонтируют. Одна из ступенек вообще имела наклон вниз. А грохнуться с такой высоты - башку разобьешь. Я преодолел ее, присев на колено, потом спускался очень осторожно, пока не оказался внизу. С набережной видна такая же снежная даль, мосты и дома. Только у памятника Афанасию Никитину сидело несколько десятков уток.
Нравится мне все-таки зимняя природа. Спокойное очарование. Зимний гипс-тур в разгаре, зима из-за перелома до конца не потеряна. Ну и чтобы сделать поездку за вином еще более похожей на путешествие, я пообедал в рестране Парус на набережной. Взял тушенку, только тут она не из консервной банки, а из свежего мяса приготовлена. Впрочем, также много соли.
После обеда я поднялся на Старый Волжский мост. Там лестница оказалась нормальная, хоть и крутая, прошел с ходу. А дальше все такое же снежное месиво, а сквер Дружбы Народов походу не чистили ни разу. Там были сплошные сугробы и ни одной дорожки. А вот и магазин "Вино НеВино" на улице Горького.
Сюда я приехал ради ягодного вина Весьегонского винзавода. Его я пробовал во время велопутешествия в самом Весьегонске, теперь покупаю в Твери. Я взял пять бутылок - две из голубики, две - купажи из смеси ягод, одну из клюквы. Четыре из них я повезу в Нерехту на 8 марта, одну выпью в Москве с Мариной. Марина кстати - настоящий друг, единственный человек, который все это время всегда был рядом. Она любитель восточной медицины, много раз делала мне массаж и акупунктуру.
Я погрузил все это в рюкзак и понес на автобусную остановку напротив входа. Проваливаясь костылями в снежную кашу, я залез в переполненный до отказа автобус. Там мне как инвалиду уступили место, но протиснуться к нему было проблемой, люди были как сельди в бочке. Впрочем, меня эо особо не парило, было только интересно испытать то, к чему человек может приспособиться. У вокзала половина вышла, там было не так сложно выйти. Дальше все просто. Вокзал Твери, таскание груза по лестницам и электричка Ласточка. Неся рюкзак через Комсомольскую площадь, я заметно устал. Сколько же весят эти 5 бутылок? Дома поставил на весы - 9 килограмм. Ничего себе, вот это я вес осилил!
Ближе к концу лечения, на 21 и 22 февраля я решил съездить в небольшое путешествие в Суздаль. После этого я с гипсом расстанусь, но с костылями еще нет. Этот город хорош тем, что там все близко находится в нескольких сотнях метров и хорошо подходит для гипс-тура. Кроме того, в эти дни там праздновали масленицу, что делало поездку еще более интересной. Об этом я написал отдельную статью. Это было самое незабываемое приключение.
Что же в общем заслуживает общего описания из моих приключений Например действия руками, как делал дела по дому, готовил еду, убирался. Если знаешь как ставить костыли и опираться, становится не обязательно держаться за них руками, это работа подмышек. Зажал - переместил - поставил и чтобы было устойчиво. А руками можно что-то носить. В конце концов мог нести с небольшой скоростью кружку с кофе или чаем или другую открытую емкость с жидкостью. Или также, но двумя руками нести поднос с едой до стола в столовой или фудкорте торгового центра. Но при этом напиток я нес отдельно. Под конец я все-таки сумел донести до стола поднос с тарелкой полной супа том-ям и не пролить ни капли. В фудкортах обычно продавец не может покинуть свое место, и там я как правило успевал доносить поднос до стола. На работе же постоянно находились желающие мне помочь - либо повара, либо кассиры, либо посетители. До кассы я успел донести сам только один раз. А вот от стола до стеллажа поднос с грязной посудой я доносил не раз. При этом обедающие на меня пялились, что это за цирковой эквилибрист? Главное - я нес хоть и медленно, но методично и с целеустремленным взглядом, что мне это интересно. На последнем шаге кто-то предложил таки помочь, но оставался всего один шаг, - спасибо, уже не надо. Фото и видеодоказательств сего действия я к сожалению представить не могу. Хотите - верьте, не хотите - не верьте.
Как себя чувствовало тело, и что менялось? Во-первых, при работе верхней части тела с мощностью, с которой должна работать нога, идет большое тепловыделение, отчего я сильно потел даже при походе в магазин. Первое время после любого выхода на улицу я сразу шел в душ, потому что был весь в поту, хотя ничего особенного не сделал и не устал. На улицу надо одеваться полегче как для занятия спортом. Внутри же помещений ходить в верхней одежде - это как в бане. Внутри метро я складвал всю теплую одежду в рюкзак, оставляя на себе только куртку. Но на третьей неделе мышцы стали работать эффективнее, и пот перестал течь ручьем, а через два и три месяца потоотделение исчезло полностью. Уже после недели на руках начали расти мышцы, и появился рельеф. Сильнее всего развивались трицепсы и дельтавидные мышцы. Однако, когда я без перерыва проводил время в разъездах по городу 2 недели, в мышцах накопилась усталость, и мне потребовалось отдохнуть 3 дня, чтобы быть полным сил гулять по городу в выходные. Перед гипс-туром в Суздаль я тоже выделил пару дней отдыха, работая из дома. Отдых - важная часть любой тренировки. Мышечные волокна должны немного повреждаться и восстанавливаться. Тогда мышцы растут. После гипс-туров также надо было хоть день отдыхать. Но факт в том, что в первые дни я гулял по парку вокруг пруда отдыхая через сотни метров, руки не позволяли мне идти километр и больше непрерывно. А через месяц я уже шел по тому же маршруту легкой и бодрой походкой как и раньше. Останавливался пару раз, чтобы просто посозерцать на озеро подо льдом и снегом, церковь и освещаемые луной облака. И чем дальше, тем больше и больше хотелось гулять, только постоянный снег иногда этому мешал. От хождения на максимальной длине костылей стала выпрямляться осанка. Однако, есть и отрицательные моменты. От больших нагрузок стали болеть кисти рук, главным образом суставы пальцев. Правую стопу стало часто сводить. Появились плотные мозоли на ладонях. К концу второго месяца иногда давала о себе знать леченая дисковая грыжа, хотя в нормальном состоянии я про нее почти забыл. Потом врачи реабилитационного центра сказали, что многие мышцы у меня в гипертонусе, это для тела в целом не есть хорошо.
Как меня воспринимали окружающие? Многие просто с трудом воспринимали, как с такой травмой можно ходить на работу в офис каждый день? И как можно идти от метро по этим снежным горбылям и не грохнуться? Этой зимой же то и дело снег валит, причем по-страшному валит. "А нельзя ли на удаленку?" "Вижу, что вам очень хочется работать". Я говорил, что у меня спортивный интерес ходить по сугробам. Мне просто надо после работы ехать в сторону противоположную дому, поэтому с работы удобнее. Еще самое фееричное замечание мужика в метрополитене. Я переходил между станцией Чкаловская, Курская радиальная и курским вокзалом. Ну там приличное расстояние, чтобы на меня насмотреться. "Мужчина, а что я за вами угнаться не могу? Как такое возможно?" Я ему отвечаю: "У костылей шаг шире, чем у ног. Ими можно перебирать реже, но идти быстрее". На самом деле за молодыми и здоровыми, спешашими на работу, я угнаться не мог, чудес не бывает. Это же был уже почти дедушка. Если человек спортом всю жизнь не занимается, то после 50 лет уже начинает сдавать. У меня была средняя скорость потока людей в метро - не слишком быстро и не слишком медленно.
Со мной как инвалидом все обращались очень учтиво и постоянно находились желающие открыть передо мной дверь, хотя в этом нет ничего сложного. Толкаешь дверь и сразу подпираешь ее костылем, затем проходишь. Доходило до того, что я перед проходом снимал или наоборот надевал крышки, закрывающие шипы, а человек минуту держал открытой дверь. Но встречались и тугие двери, которые не очень-то и подопрешь, через них я протискивался с силой.
В транспорте мне как инвалиду место обычно уступали сразу. Иногда я заходил в переполненный вагон и долго стоял в тамбуре у двери, но специально никого об этом не просил.
И совсем интересный случай был, когда я выходил со станции метро Дубровка, чтобы прийти на физиолечение. Один человек открыл передо мной двери, потом спросил не помочь ли преодолеть четыре ступеньки, нет спасибо не надо. Я их проскочил легко. Потом я уже выхожу в подземный переход и встаю в сторонке, чтобы надеть шапку и застегнуть куртку, а он мне протягивает 5000 рублей и говорит, здоровья вам. У меня самого была большая проблема с ногой, я знаю, что это такое. Это вызвало во мне смешанные чувства. С одной стороны приятно, что ни с того, ни с сего свалилась денежка. Но было некомфортно от того, что меня жалеют и подают как нуждающемуся. С финансами у меня как раз все было в порядке. Тогда я написал своей подруге Свете, и она предложила мне отдать эти деньги на благотворвительность - пожертвовать их приюту для животных.
Ближе к концу зимы, после гипс-тура в Суздать, наступил момент расставания с гипсом, на рентгене выявили консолиданию перелома, но до вывинчивания позиционного винта оставалось чуть больше недели. До этого момента на ногу вставать еще нельзя. На нее и ботинок лез с трудом, она была сильно распухшая. Все это время ее надо было разрабатывать без нагрузки и сгонять отек. В последние выходные я пошел гулять уже в ботинке, успел встретиься и с Мариной, А со Светой еще нет. Таскать коляску с детьми по сугробам оказалось гораздо труднее чем ходить на костылях. Если бы не такая ненормальная по количеству осадков зима, мы бы с ней чаще виделись.
В воскресенье я прогулялся по одному из своих любимых маршрутов за Курским вокзалом. Зашел сначала на винзавод, посмотрел что там нового. Каких-то выставок не было, но работал музей старинных технических устройств. Это телефоны, микрскопы, часы и многое другое. У каждого подробное описание. Мне эта экспозиция понравилась, познавательная. Пообедав в кафе, я пошел дальше к Площади Трех Вокзалов. По пути я зашел в галерею художественной академии Сергея Андрияки. Там постоянно бывает что-то новое. И опять замечание "вы наверно где-то рядом живете" - нет я приехал из микрорайона Солнцево. И опять удивление. Многим людям кажется дичью, что на костылях без опоры на одну ногу можно гулять. Затем зашел в Бауманский сад. Мне там нравятся трдельники с мороженым или сливкми, но на этот раз таких не было. Этот ларек переместили, и сейчас там не такой богатый выбор. Пройдя весь Бауманский сад насквозь, я дошел до станции Площадь Трех Вокзалов. Всего за день прошел 5 км и заметно устал. В двуногом виде я не устаю даже полсе 20 км, и пора к нему возвращаться, а для этого надо ложиться на операцию по удалению межберцового позиционного винта. После этого будет разрешена осеваяая нагрузка и расхаживание.
В понедельник я получил звонок от страховой компании, и госпитализация была назначена на следующую неделю, там все-таки очередь, так что мне предстоял еще один гипс-тур в Нерехту. А в конце рабочей недели мне надоело работать из дома, и я поездил два дня на работу. Тем более, женщин поздравляли с праздником.
В четверг после работы меня потянуло на набережную Тараса Шевченко, я люблю по ней гулять до самого Киевского вокзала. Посмотрел на Москва-Сити и спустился вниз по длинному деревянному пандусу. Тут возникло желание прокатиться до Киевского вокзала на электрическом корабле, которые ходят по Москве реке как общественный транспорт. Прогулка по вечерней реке после работы была лучшим развлечением. Позади остался вид на Москва-Сити, медленно проплывала река, отражая огни от зданий, а с нее открывались виды на старинные здания. Я костылировал по всему салону, чтобы все что надо запечатлеть - от окна к окну. Панорамные окна были даже сверху.
Выходя на конечной остановке, я пошел по обледеневшему железному настилу, и левый костыль у меня заскользил. Я не ожидал, что он будет обледеневшим. Но был вечер, и уже подмораживало. Тормозить падение ломаной ногой было больно. Кости хоть и срослись, но мягкие ткани были к этому не готовы. Я не мог задрать носок наверх, и приземление на переднюю часть стопы вызывало боль. После двух толчков я ухватился за перило и остановил падение. Мне предстоит долгая и мучительная реабилитация прежде, чем я стану таким, как прежде. Говорят - чтобы расстаться с костылями после разрешения полной нагрузки нужно две недели. А сколько надо, чтобы пройти 20 км и не устать? А сколько надо, чтобы проехать на велосипеде 180 км и чуствовать себя нормально? Прежде я был таким, и не представляю, сколько нужно времени, чтобы это все вернуть. К тому же, у меня сильный и непроходящий отек, который мешает заниматься разработкой без нагрузки к вчеру. Что будет, если он так и не пройдет? Правда ли, что при восстановлении тонуса мышц он рассосется?
На всякий случай я надевал себе гипс, собираясь в долгую прогулку или серьезную поездку, просто для защиты от удара, а таких осталось две.
В субботу 7 марта, мне удалось вытащить на прогулку Свету. Мы гуляли по Арбату и взвесились на весах, показывающих вес человека в мандаринах. Когда на весы встала Света, они показали цифру 750 мандаринов.
После Арбата мы дошли до Киевского вокзала, и я поздравил ее с наступающим праздником в павильоне, где кроме еды наливают еще и вино по бокалам. Но на само 8 марта у меня намечался последний гипс-тур в Нерехту, где живут мои подруги с детства. Именно для них я вез ягодное вино из Твери. В Нерехте у меня конечно намечалась прогулка со Светой - с другой Светой, которая живет в Ярославле. Но в последний момент стали писать предупреждения, что у нас на дорогах страх и ужас, не хватало, чтобы я вторую ногу себе сломадл. На это я стал возражать, что вы обесцениваете мой опыт, и это никакое не бахвальство. На самом деле я в Нерехте не нашел никаких непроходимых буераков, все там проходится довольно легко. Гораздо сложнее было в Суздале. Но с точки зрения обычного человека в такую погоду на костылях дай бог до такси дойти и не грохнуться.
Я приехал в Нерехту на утренней электричке Ласточка, и чтобы спуститься на низкую платформу, пришлось присесть и спрыгнуть. Спускаться по крутой лестнице передом и не потерять равновесие я посчитал не возможным. На платформах кругом сплошной лед и наст, но шипованые наконечники свое дело делали. Сначала я меня встретила Женя, и я отдал ей 8-килограммовый рюкзак с четырьми бутылками вина и моими вещами. Сама она отвезла мой рюкзак к себе домой и поехала за Светой с ее сыном Тимуром, а я как и хотел, пошел гулять пешком в центр грода, чтобы с ними там встретиться. На пути не было никаких препятствий, которые бы меня задержали, и пришел я в заявленное время, даже пришлось 5 минут ждать. Вот что представляют собой дороги. Ничего особенного, только лед кругом. На проезжей части иногда с колеями.
Местом встречи был пешеходный мостик с уточками, где мы устроили фотосессию.
Потом я пригласил всех в нашу любимую кофейню. Она единственная во всей Нерехте.
Днем я еще прогулялся по окраине. Погода конечно хорошая, но уйти далеко по такой дороге я не смог, так как тут все мягко и проваливается.
Вечером было праздничное застолье в кафе Торнадо, где я даже сплясал гипс-танец с одной костылёй в руке. Ночевать я пошел к Вале, которая сама работает медсестрой в травме и в этих вопросах разбирается. Она женщина с харатером. Специально меня водила по ледяным тропам через сугробы, а я, чтобы сохранить лицо, все это выполнял, доказывая, что могу то, о чем заявлял. Дома я снял гипс на ночь и показал ей ногу. Отек ей показался страшным, хотя врачи ничего мне по этому поводу не говорили, типа пройдет, как только мышца начнет работать и будет качать кровь по вене. Накладывать гипс самому не лучшая идея и тем более его затягивать. Причем я его специально не затягивал. Утром отек минимальный, и не туго. А вечером отек становится максимальным, и я почувствововал, что стало туго. Отек сам не пройдет, если им не заниматься.
На этом мои приключения подошли к концу. Через 2 дня надо ложиться на операцию и постепенно переходить к двуногому виду. Неплохо бы сделать исследование вен в больнице, чтобы определить причину отека. Может у меня тромбоз. Однако, вены на проверку оказались в полном порядке.
На операцию я приехал в сильно больном виде. Таких свирепых вирусов я не встречал давно. Я не мог работать вообще. Была слабость во всем теле, ломота в мышцах, электрические разряды по всему телу, болела голова, слезились глаза. Мозги вообще отказывались работать над рабочими задачами. Ввиду того, что вирус не давал мне работать, я все-таки взял больничный. Несмотря на это, операцию мне сделали, и в ту же ночь отек сошел полностью, даже подкожные вены можно было разглядеть. Вывинченный позиционный винт мне оставили на память. На следующее утро врач пришел, посмотрел ногу и сказал, что сегодня выписывают, начинайте приступать с уменьшенной нагрузкой, через неделю с костылями можете расставаться.
Так Быстро? В первый день мне не верилось, что это будет так быстро, но на следующий день эта перспектива мне показалась уже более реальной. Я на реабилитацию купил дорогую ортопедическую обувь фирмы Berkmann и добавил к нему ортез Orlett. Первое время я приступал на больную ногу только дома, а на улице меня такая скорость ходьбы не устраивала, и я шел на одной ноге. Но очень быстро включились в работу все мышцы, а разработка амплитуды движений сидя оказалась не такой уже трудной, и длина шага стала достаточной для улицы. Я пошел гулять в субботу по небольшим паркам у станции Ботанический сад, а в воскресенье совершил большую прогулку - по ВДНХ. Ощущения - не из приятных, потому что по прошествии часа все болело. И в последующие дни речь была не о том, чтобы увеличить нагрузку, а о том, чтобы все перестало болеть. Ткани протестовали против того, что я с ними делал - а это была даже не полноценная ходьба, а приступание со слабой нагрузкой. Переход к нормальному состоянию будет долгим и тернистым. Я уже забыл, каким я был до травмы и называл это прошлой жизнью. Что значит с легкостью проходить любые расстояния в пределах 30 км. Что такое ходить в походы, кататься на лыжах, ездить на велосипеде.
Но вот к обещанной неделе после вывинчивания винта я смог с одной костылёй сходить в магазин и сделать уборку. И при этом не было перенапряга. Более того, я прошел по лестнице двумя ногами, держась только за перила. Однако, на третий раз уже все болело, и я снял нагрузку вторым костылем. Я отложил это до начала следующей недели. В выходные всегда много гуляния пешком, и нагрузка должна быть слабой. Поэтому окончательный отказ от одного костыля раньше понедельника не планировал.
Однако, следующая прогулка с двумя костылями в пятгницу после работы длилась два часа и прошла на пересеченной местности с тающим снегом и в лесу. Это Мещерский парк. Душа требовала долгих прогулок. Организм спортмена не терпит гиподинамии. Если уж гулять, то на много часов и не менее десятка километров.
После двух часов прогулки в хорошем темпе я почувствовал, что суставная капсула уже не такая жесткая, и раздергалось больше связок. На неровной и мягкой поверхности стопа совершает множество микродвижений недоступных на асфальте. Но попытка дать полную нагрузку после этого все равно вела к боли в пятке.
В субботу я гулял от души как в двуногом виде. Когда к двум костылям добавилась частичная сила левой ноги, я без напряга прошел по Москве 12 километро.в При этом шел я очень быстро, обгоняя большую часть пешеходов. Гулял по самым любимым местам. Вышел на станции метро Ломоносовский проспект, дошел мимо МГУ до смотровой площадки Воробьевых гор, потом спустился по серпантину к реке и далее прошел по набережной до парка Горького. В парке Горького вечная стройка, но набережную открыли для прохода по всей длине. Там я пообедал в новом недавно открывшемся кафе индонезийской кухни. Блюда экзотические с необычным соусом и очень дорогие. Двух часов для выходного дня конечно мало, и я пошел дальше по набережной. Прошел тесный участок до Большого Каменного моста и после него зашел в новый павильон Треьяковской галереи. Там меня заинтересовала выставка картин крайнего севера. На нее я потратил полчаса. Появилась легкая усталость, но ничего не болело. После я прошел через Красную площадь до кафе Джаганат на Кузнецком мосту и после ужина поехал на метро до клиники профессора Орджоникидзе заниматься имплантацией зубов. Ноги заметно устали, но ничего не болело.
В воскресенье я никуда далеко не ходил, ограничился домом и ближайшими магазинами, но по улице шел с одним костылем, а дома почувствовал, что могу обходиться без всяких подпорок. Но опять меня хватило ненадолго - к вечеру все заболело, и я снял нагрузку с левой ноги. В понедельник я съездил на снятие шва после вывинчивания винта. На вопрос, когда же все перестанет болеть, и я буду нормально ходить, врач ответил, что надо дать еще недельку. Если боли не пройдут, надо идти к ортопеду в их клинике. Пусть сделает рентген и посмотрит что не так.
Так закончилось мое лечение, и началась реабилитация Однако, реабилитация пошла не по плану, и все это перестало казаться просто приключением. Я реально впал в депрессию от того, что было неизвестно, когда и чем это закончится. Не надо пытаться это сделать самому после столь сложного пкерелома. Это только после месяца с гипсом люди сами расхаживаюся. А мне была нужна профессиональная реабилитация. Следующим ударом стало КТ, показавшее несрастание внутренний лодыжки и вопрос о том, чтобы все переделывать с инвалидностью на все лето.
Все это я доверил Университету имени Сеченова, на лечение я потратил еще полмиллиона своих денег. Тем не менее, от повтороной операции отказались и решили, что на ноги меня ставить можно. Срастание было, но шло медленно из-за большой площади отлома на большеберцовой кости. За три недели проводили физиопроцедуры и массаж для увеличения кровообращения. С помощью беговой дорожки с разгрузкой я тренировал ходьбу с постепенным увеличением нагрузки. Начинал с 30% и добавлял каждый день. Так я прорабатывал все болевые блоки, и под конец мог ходить с полной нагрузкой без боли. А самое любимое упражнение - это конечно занятия на велотренажере. После выписки мне не просто разрешили, а рекомендовали продолжать заниматься на настоящем велосипеде, что я и с удовольствием сделал.
Сел на велосипед я ранее обещанного ранее срока - в конце апреля и сразу начал ездить так, как будто ничего и не было. После лечения ходьба была еще плохой и медленной, а впереди было два выходных. Поэтому в первый же день я поехал обкатывать лечение. Я как ни в чем не бывало выехал на свою улицу, повернул на Боровское шоссе и влегкую разогнался до 28 км/ч. Левая нога слабее правой, но от этого я только не мог рвануть с места как машина, на скорости и выносливости это не сказывалось никак. Я заехал на развязку и пересек МКАД, и далее доехал до набережной и продолжил движение вдоль Москвы реки мимо Воробьевых гор, через толпы народа в парке Горького и самом центре. Никаких болевых ощущений не было, а отек сошел - это заработали мышечные насосы. Тем не менее я выстегивал ногу из контакта с осторожностью и избегал бордюров и прочих неровностей, которые бьют. А прилипшей к уху мелодией вспоминалась песня группы Metallica - Astronomy, ее я напевал почти постоянно. Доехав до нагатинского моста, я свернул на проспект Андропова и поднялся по нему в парк Горького, желая там поужинать. Но вся улица с кафешками оказалась перекопанной, а сами кафешки закрыты, и я поужинал в кафе на самой окраине парка. Странно, что я легко проезжал на велосипеде десятки километров, но с трудом мог пройти несколько десятков метров на плохо гнущемся суставе. Обратно я возвращался более коротким путем по главным улицам до Мичуринского проспекта и опять скорости до 30-45 км\ч, то бодро шел в подъем, как будто ничего и не было. После 56 км пути я вообще не устал, и на следующий день решил продолжить тренировку.
В воскресенье был весь день дождь. Но даже дождь не мог меня остановить. Я поехал по Киевскому шоссе в область. Сначала хотел доехать до Наро-Фоминска и обратно, но потом решил, что хватит до поселка Киевского. 90 км в первый раз в сезоне я еще никогда не проезжал, а тело говоирло о том, что оно этого хочет. Видимо зимние гипс-туры не прошли для тела даром! Костылехождение - это как-никак силовая тренировка.
Я объехал вокруг пруда и перекусил в магазине и повернул обратно. На обратном пути я свернул в Апрелевку и ехал ближе к МЦД, чтобы в случае чего слиться. Но сливаться не хотелось, несмотря на то, что дождь стал проливным. 93 км я проехал полностью. Потом была легкая усталость в бедрах, и левая голень устала тоже, хотя на следующий день только окрепла, и ходьба стала чутьлучше.
Далее чередуя пешие прогулки с велосипедом я восстановил правильную и быструю ходьбу недели за полторы. Через 3 недели сделал рентген, и на нем все выглядело целым - полная консолидация. К этому времени и перестало все болеть при долгой ходьбе. Подвижность же сустава все улучшалась, я мог спокойно ходить по неровной местности и резвее рвал с места на велосипеде. Тыльное сгибание только давалось тяжело, но на его полное восстановление люди тратят месяцы. Через неделю я чувствовал, что могу полностью возвращаться в строй и участвовать в обычных поездках с грунтами, тропами, прыжками по бордюрам и тасканием велосипеда по лестницам. Главного, чего мне не хватало - это общества таких же как я.