Андрей, Ты просишь рассказать, как я жила. Думаешь, это просто? Как будто можно взять и выложить двадцать лет жизни в одном письме, будто разложить по полочкам старые фотографии. Но ты спросил — и я попробую. Хотя бы для того, чтобы наконец закрыть эту дверь. На этот раз — по‑настоящему. Сначала было больно. Не «немного грустно», не «тоскливо» — а именно больно, физически, как от раны. Я просыпалась и первые три секунды не помнила, что всё кончено, а потом — будто нож в грудь. Я злилась на тебя, на себя, на весь мир. Я думала: «Если бы он только сказал те самые слова" — и тут же обрывала себя: «Но он не сказал. И это факт» Я не стала ждать чуда. Не сидела у окна, не перечитывала твои письма (их я сожгла через год — не из злобы, а чтобы не было соблазна вернуться в прошлое). Я просто… начала жить. По кусочкам, по дням, по шагам. Что было дальше? 1. Работа. Я ушла из той маленькой галереи, где мы с тобой познакомились. Слишком много воспоминаний. Нашла место в издательстве. Начинала с ко
«Незавершённые строки». Письмо 4: О жизни, которую она построила сама.
10 февраля10 фев
4
2 мин