Спецпроект incamp #Династия
Рассказываем о семейной преемственности в сфере детского отдыха 🤞
❤️ Про тех, для кого лагерь – не просто работа, а жизненный путь. Про тех, кто нашел в лагере свою вторую половинку. Про тех, кто передал свою страсть к лагерю по наследству, создав настоящие лагерные династии!
Выпуск 10. Встреча в «Артеке»: ты - литовка, я - мордвин!
Их история — редкий пример того, как профессиональный путь становится личной судьбой. Валерий Костин и Лилиана Мярките познакомились в «Артеке» в эпоху, когда пионерские лагеря были не просто местом отдыха, а настоящей школой жизни. Почти 40 лет вместе, десятки стран, сотни детей и неизменная преданность лагерному делу — в этом суть их союза, знакомьтесь🕊
1. Первая встреча: «Сибирь» Артека
1980‑е годы. «Артек». Валерий — старший вожатый лагеря «Алмазный», одного из самых отдалённых от моря. Лилиана — выпускница Вильнюсского госуниверситета, только что окончившая школу пионерских работников (ШПР).
«Накануне 9 мая в Артеке в каждом лагере приходило новое пополнение. Приезжали студенты из вузов, которых распределяли по лагерям, и приходили выпускники школы пионерских работников, так называемых ШПР, … и среди тех, кто появился после школы, была Лилиана Мярките, представительница славной Литвы, на которую я сразу обратил внимание, с яркими пунцовыми щёчками, выглядевшая очень стильно в невероятно накрахмаленной артековской рубашкеи очень строго державшая себя…» — вспоминает Валерий.
Для Лилианы распределение в «Алмазный» стало испытанием:
«Меня распределили в Алмазный лагерь, который с моей точки зрения был вообще где‑то на куличиках, под горой, над горой, за горой, то есть это вообще самая дальняя территория лагеря Артека, чуть ли на горе Аюдаг… Ещё во время школы вожатых я хотела быть поближе к Гурзуфу, поближе к цивилизации, а я оказалась в Алмазном лагере с таким, ну скажем, не совсем позитивным настроем. Не туда хотела…»
Валерий сразу заметил её «негативный настрой», но увидел и потенциал. Он вспоминает:
«Негативный настрой я почувствовал сразу, это было вызвано тем, что действительно лагерь Алмазный находился очень далеко, самый дальний лагерь от моря, под Аюдагом. И не очень туда многие хотели распределяться… Я это почувствовал. Естественно, как старший вожатый, у меня задача стояла в том, чтобы сплотить коллектив… Увидев негативное отношение Лианы ко всему этому, я подумал, что очень здорово, если дать ей какое-то задание, ну например организовывать питание, отвечать за ложки, плошки, вилки в предстоящем выезде на природу».
2. Бунт и неожиданное решение: ложки в автобусе и сауна в Ялте
Одно из первых заданий, которое Валерий дал Лилиане, было связано с организацией питания для отряда. Требовалось подготовить посуду для выездного мероприятия. Но у Лилианы в тот день был законный выходной — и она вовсе не собиралась им жертвовать.
«Она, конечно, очень всё это возмущалась, она сказала: „Это мой законный выходной, я не хочу с вами ехать, и всё прочее“. Я ей сказал: „Задание есть задание, надо выполнять“. Хорошо, — сказала она, получила в столовой ложки, чашки, плошки, приехала к автобусу, поставила, бросила чашки, ложки, вот вам, — сказала, повернулась, села на автобус и уехала в Ялту, в сауну», — с улыбкой вспоминает Валерий.
Этот эпизод ярко показал характер Лилианы: чёткое разделение между работой и личным временем. Для неё выходной был священен — и никакие аргументы не могли поколебать эту позицию.
Но именно эта принципиальность, парадоксально, стала одной из нитей, связавших их. Валерий увидел в Лилиане не просто строптивую вожатую, а человека с внутренним стержнем, который умеет отстаивать границы. А Лилиана, несмотря на первоначальное сопротивление, постепенно втягивалась в общий ритм лагеря — пусть и своим, особенным путём.
3. Творческий прорыв: Пеппи Длинный Чулок
Поворотный момент наступил во время «Книжкиной недели». Валерию пришла идея поставить номер по мотивам «Пеппи Длинный Чулок». Лилиана взялась за дело с энтузиазмом:
«Это поручение я приняла довольно нейтрально, но взялась, подумала, что надо делать, как надо делать. Я взяла свои белые колготки, вставила бутылки от молока, покрасила их чёрными полосками гуашью. И у меня получились полосатые чулки, потому что надо было как в фильме. И были эстонские девочки, которые были умелы то ли в гимнастике, то ли в танце, они очень хорошо станцевали номер. И подключился Валера, увидев, что у меня творческое начало появилось, он начал сочинять стихи под сценарий. И вот склеили такую хорошую геймбригаду. И все вообще зажглись, и как‑то весь отряд тоже подключился».
Валерий дополняет:
«Сейчас это выглядит всё очень обыденно, но тогда действительно получилось так, что нужно было учесть индивидуальные особенности детей (прим. в многонациональном отряде Лилианы не все дети хорошо говорили по-русски, например эстонцы), на что обратила внимание Лилиана, и ещё нужно было содержание… Естественно, для Лилианы, самой неносительницы великого и могучего это оказалось сложновато. Именно в этот момент я подключился и насочинал стихов по теме, предложил какие-то сценические решения.
Я даже помню кое-что:
“Вы, наверно, все устали,
Я немножко опоздала,
С Кукарямбой я играла…“
И эти стихи, и содержание, вернее, всё внешнее оформление, эти колготки, разрисованные на бутылках, всё это просто здорово пошло на пользу. Плохооговорящие эстонские детки вошли во вкус, с энтузиазмомикчили русский текст и принимали активное участие. И вот имея такой тандем, где литовская вожатая очень творчески разрисовывает чулки, плюс ещё и старший вожатый сочиняет стишки, где юные эстонцы с акцентом старательно выговаривали русский текст что можно иметь в результате?
Успех! Он был был феноменальным!
На большой сцене для всего «Артека» мы представили этот пролог, очень яркий, очень красочный, очень эмоциональный. Пеппи Длинныйчулок, это же шведский персонаж и акцент звучал очень естественно.
Подходили и спрашивали: кто это всё сделал придумал и срежиссировал?
А это сделали мы! Потому что работали вместе, не обращая внимания на различия и разногласия».
Этот успех изменил отношение Лилианы к работе:
«С этим успешным выступлением как‑то поднялась моя самооценка. То есть я как будто нашла своё место в этой довольно чужой для меня кцльтуре. Я как‑то начала смотреть на Валеру не как на командующего “делай то, делай это”, я начала смотреть на ненормированный работу с утра до вечера как на нормальную жизнь. Но всё равно, мои выходные я старалась использовать для себя, для своего развития (библиотека, выставки) до конца моего пребывания в Артеке».
4. Расставание и новая встреча
Через год работы в «Артеке» Лилиана решила отправиться в новый Всесоюзный лагерь «Океан», который открывался на Дальнем Востоке:
«Работая в Артеке, я более‑менее влилась в работу, и эта рутина меня устраивала. Пришла информация, что строится новый Всесоюзный лагерь на Дальнем Востоке “Океан”, набирают волонтёров из всех дружин желающих туда поехать. Ну и я, конечно, первая туда записалась, потому что для меня Дальний Восток — это было совсем незнакомое место, и мне географически было интересно туда поехать. Меня тянуло всегда в незнакомые дальние края».
Но для Валерия это стало ударом:
«Когда я узнал, что Лилиана решила поехать в Океан, я, конечно, очень расстроился, потому что я совсем этого не ожидал. Тем более, нам объявили, что в ближайшее время приедет американская девочка Саманта Смит вместе с родителем и для их сопровождения в лагере выбирали вожатых с английским языком. А у Лилианы, выпускницы филологического факультета Литовского государственного университета был самый хороший английский среди вожатых Артека. Я её очень уговаривал остаться и поработать с Самантой Смит.
«Но как я её не уговаривал, она по‑прежнему была полна решимости - В Океан и всё!», — вспоминает Валерий.
Лилиана готовилась к отъезду в составе группы вожатых, отобранных для работы в новом лагере.
«Была прощальная линейка, на которой нам повязали артековские косынки, тем кто уезжал в Океан из Артека. И эта прощальная линейка была со слезами на глазах. Плакал Валерий Костин, произнося напутственную речь. Я думала, что он опять свою роль играет на сцене», — делится Лилиана.
Для Валерия момент расставания оказался эмоционально тяжёлым:
«Это была линейка проводов наших вожатых в „Океан“, и когда я говорил свою речь, у меня что‑то дрогнуло, потому что я вдруг осознал, все мои мечты, на которые я очень надеялся в будущем, обрывались. И во время моей прощальной речи у меня непроизвольно полились слёзы …(смеется)
5. Свадьба: две культуры, одна семья
Спустя некоторое время судьба вновь свела их: Лилиана, уже работая в Вильнюсском дворце пионеров, привезла группу детей на международную смену в «Артек». Валерий, к тому моменту ставший начальником лагеря, оказал ей всестороннюю поддержку в организации. Именно тогда он осознал:
«Я без Лилианы не мыслю своё будущее».
Через три месяца Валерий приехал в литовский Паневежес, чтобы познакомиться с родителями Лилианы:
«Меня очень хорошо там встретили… Несмотря на настороженное отношение к русским, меня приняли тепло», — рассказывает он.
Свадьба состоялась 11 декабря. Путь Валерия к ней оказался полон неожиданностей:
«Самолёт из Симферополя задерживался, нас дважды высаживали из самолета. В итоге нас приземлили в Минске. Добрались мы с моим другом свидетелем Сашей Рябининым до Вильнюса на попутных автобусах, высадили где-то в Вильнюсе. Я нашёл телефонную будку и позвонил Лилиане», — вспоминает он. «Она, уже накрученная подругами, совсем уже не надеялась, что её жених доедет до неё. Но я доехал. Обещал ведь жениться!»
Торжество прошло в три этапа:
- в Вильнюсе (ресторан «Астория», где позже останавливался президент Буш‑младший);
- в Паневежесе — в кругу семьи и друзей.
в Мордовии - с мордовскими песнями и пляски.
На свадьбе присутствовали звёзды прибалтийского кинематографа — друзья семьи.
Однако не обошлось без напряжённого момента:
«Бабушка Лилианы начала говорить тост на литовском языке… По мгновенно установившейся тишине я понял, что здесь что‑то связанное с политикой. Я сказал Лилиане не переводить. Смысл был понятен и без перевода: “Куда же ты уходишь к таким неизвестным? Мы столько горя испытали от них…“ Я обнял её, сказал, что всё будет в порядке», — вспоминает Валерий.
6. Новая глава: Москва и школа № 970
В 1988 г. Валерия перевели в Москву. Пара получила однокомнатную квартиру:
Лилиана устроилась учителем английского в школу № 970.
«Перестройка шагала по стране широкими шагами. В СССР приезжали зарубежные группы. Много приезжали. Тем, кто хотел познакомиться с нашим образованием, я рекомендовал посещать школу Лилианы. Естественно, налаживались связи. Наши дети посещали Швецию, Бельгию, Великобританию, США, Австралию… Родители стремились направить детей именно сюда. Школа постепенно преобразовалась в школу с английским языком », — объясняет он.
7. Международное лагерное движение
После распада СССР Валерий активно занимался детскими обменами. Он был первым представителем нашей страны на ежегодный конференции Американской ассоциации лагерей. Затем представлял Россию и Международном Содружестве Лагерей:
«Я был в числе первых советских участников конференции в Бостоне в 1990 г. Там я рассказал о наших лагерях» (с) Валерий
Лилиана помогала как переводчик:
«Мы самостоятельно научились синхронному переводу. Сперва переводили параллельно, потом начали работать как в ООН» (с) Лилиана
Они побывали в 75 странах, продвигая российское лагерное движение:
«Наша задача — познакомить российское лагерное сообщество с мировым опытом и показать, что нам тоже есть, чем гордиться», — подчёркивает Валерий.
8. 40 лет вместе: итоги
Сегодня их дочь — самостоятельная личность, побывавшая во многих лагерях мира. А Валерий и Лилиана продолжают работать в сфере детского отдыха.
«Как и в каждой семье, были разные моменты — положительные и отрицательные. Но мы всегда с честью выходили из них, потому что знали: нам нельзя друг без друга», — резюмирует Лилиана.
9. «Ты литовка, я мордвин»: песня как метафора судьбы
В их истории нашлось место и лирическому штриху — своеобразной «семейной песне». Валерий вспоминает:
«Однажды я услышал, как Газманов поёт:
“Ты морячка, я моряк,
Ты рыбачка, я рыбак“…
И у меня в голове сразу заиграла своя версия:
“Ты литовка, я мордвин,
Летувей и эрзянин…“
Эта импровизация стала для супругов своеобразным гимном — лёгкой, почти шутливой формулой их союза:
«В этой строчке — вся наша 40-летняя история: такие разные, но вместе», — улыбается Валерий
Это не просто романтическая сага, а повествование о том, как профессиональная страсть и личное счастье дополняют друг друга, создавая уникальный жизненный маршрут, о том, как два человека из разных миров создали один общий.