Ведущие специалисты поставили под вопрос уместность термина «зависимость от соцсетей» на фоне судебных исков против ИТ-компаний, пишет Guardian.
Истцы — как сами пострадавшие, так и их семьи — утверждают, что платформы нанесли ущерб, способствуя развитию депрессии, расстройств пищевого поведения, самоповреждений и даже суицида. Однако сами иски не строятся исключительно на утверждении о зависимости, а подают ее как возможную причину последующего вреда.
При этом многие ученые настаивают: доказать, что соцсети вызывают настоящую зависимость, — крайне сложно. «Сегодня все говорят: “Я зависим”, как будто это не медицинский термин. И вот здесь все становится очень расплывчато», — отметил профессор Университета Мельбурна Офир Турель.
По его словам, несмотря на то, что соцсети действительно воздействуют на систему вознаграждения в мозге, в отличие от тяжелых наркотиков они не разрушают контрольные механизмы («тормоза»), и негативный эффект носит обратимый характер. Кроме того, при отказе от соцсетей симптомы «ломки» значительно мягче, чем, например, при прекращении приема веществ.
Авторы исков сравнивают механизмы, используемые платформами, с методами индустрии азартных игр и табака: алгоритмы, бесконечная лента, система лайков и сравнение с другими пользователями, по их мнению, специально создают эффект «подсадки».
Однако клинический психолог Джессика Шлайдер (Северо-Западный университет) подчеркивает: связь между использованием соцсетей и психическими расстройствами сложна и может быть двусторонней — плохое самочувствие может не только быть следствием, но и причиной чрезмерного пребывания в сети. При этом на уровне общества влияние соцсетей на психику, как показывают масштабные исследования, остается небольшим.
По мнению экспертов, корректнее говорить о «проблемном использовании» платформ, а не о зависимости в клиническом смысле. И хотя негативные последствия для подростков признаются, ученые призывают к аккуратности в оценках. «Социальные сети — это не просто машина зависимости. Они несут и другие риски — от фейков до кибербуллинга. И только начинаем осознавать их масштаб», — заключает Турель.