Российский форвард рассказал о сделке перед олимпийским перерывом.
С Востока на Запад
История Артемия Панарина в «Рейнджерс» завершилась обменом в «Лос-Анджелес». 34-летний форвард покинул «Мэдисон-сквер-гарден» до истечения контракта. Ньюйоркцы провалились в год столетия и расстались с главной звездой команды. Россиянин за шесть с половиной сезонов близко подобрался к легендам клуба Оригинальной шестерки.
Панарин стал едва ли не лучшим приобретением «Рейнджерс» за долгое время. В 2019-м незадрафтованный нападающий в статусе свободного агента выбрал Нью-Йорк и отклонил несколько перспективных вариантов, экс-игрок «Чикаго» и «Коламбуса» в том числе не отправился за другом Сергеем Бобровским во «Флориду». Контракт на 81,5 миллиона долларов за семь лет со среднегодовой зарплатой 11,6 миллиона сделал Артемия самым высокооплачиваемым россиянином в НХЛ. Многие считают, что эти деньги плеймейкер на льду отработал полностью.
Панарин в каждом сезоне был лучшим бомбардиром «Рейнджерс» и пару лет назад впервые в карьере выбил сотню — набрал 120 (49+71) очков. Ньюйоркцы тогда получили Президентский трофей за победу в регулярном чемпионате и во второй раз за три года дошли до финала Восточной конференции. «Бродвейцы» вместе с Артемием выросли до уровня клуба-претендента, но последние полтора года ближе к роли аутсайдера и избавляются от лидеров. Команда может цепляться за зону плей-офф при топ-игре Игоря Шестеркина с ведущими исполнителями, валится без травмированного вратаря и других значимых хоккеистов.
После заявления генменеджера «Рейнджерс» Криса Друри об альтернативной перестройке стало известно, что клуб отказался от переговоров с Панариным по новому контракту и готов отпустить звезду до дедлайна. Форвард для этого должен был снять полный запрет на обмен и назвать один или несколько устраивающих его вариантов переезда. Медиа обсуждали, что приоритетным направлением для россиянина были «Тампа-Бэй» и «Флорида», в числе претендентов назывались «Вашингтон», «Каролина», «Детройт», «Колорадо», «Даллас», «Анахайм» и не только. Артемию удалось всех удивить в последний час перед заморозкой сделок с 4 до 22 февраля во время олимпийского перерыва НХЛ — он выбрал «Лос-Анджелес» и переезжает с Бродвея в Голливуд.
Панарин отправился из Нью-Йорка в Лос-Анджелес по обратному маршруту в сравнении с тем, который летом проделал защитник Владислав Гавриков. Его в «Кингз» ждет Андрей Кузьменко, в Калифорнии — соседство с селебрити из мира спорта, кино и так далее. Штат стал более хоккейным после знакового обмена Уэйна Гретцки, легендарный канадец после «Эдмонтона» завораживал публику сначала в Лос-Анджелесе и потом в Нью-Йорке. В обоих мегаполисах на трибунах собирается немало знаменитостей, но болельщики далеко не всегда получают удовольствие от игры. Сейчас «короли» нуждаются в яркой звезде не меньше «рейнджеров», в отличие от клуба с Восточного побережья отчаянно бьются за место в кубковой восьмерке в своей конференции в последний сезон многолетнего капитана Анже Копитара.
Панарин был заинтересован в обмене с продлением контракта и подписал краткосрочное соглашение с «Лос-Анджелесом». Россиянин получил договор на следующие два года и 22 миллиона долларов, из которых останется меньше половины после вычета налогов. Артемий поставил интересы семьи и комфорт от игры выше финансовых условий и решает вопросы с переездом до начала тренировок с новой командой 18 февраля. Форвард заодно должен определиться с игровым номером, поскольку все ранее использованные им в лиге заняты. Под «десяткой» выступает ветеран Кори Перри, знакомую по «Коламбусу» «девятку» носит Адриан Кемпе, а чикагский вариант с номером 72 закреплен за талисманом, львом по имени Бейли. Пресс-служба калифорнийцев выложила фото маскота, который приложил батон к уху с подписью: «Панарин, я слушаю». По основной версии, число символизирует среднюю температуру в Лос-Анджелесе — 72 градуса по Фаренгейту (около 22 по Цельсию).
Главные цифры Панарина перед переездом в Калифорнию — 927 очков, 321 гол и 606 передач при показателе «плюс 131» в 804 матчах НХЛ, в плей-офф — 61 (21+40) в 73. Россиянин после дебюта в 2015 году провел по паре лет в «Чикаго» и «Коламбусе», а после появления в «Рейнджерс» оставался одним из самых результативных игроков лиги — 607 (205+402) очков в 482 матчах. В этом регулярном чемпионате форвард набрал 57 (19+38) очков в 52 играх.
«Хотел только в одну команду. Дело не в деньгах»
Панарин после обмена и подписания контракта с «Лос-Анджелесом» вышел на связь и пообщался с североамериканскими журналистами в онлайн-конференции. Артемий иногда брал паузы, уточнял формулировки вопросов до ответов на английском языке и несколько раз включал фирменный юмор.
О переговорах с генменеджером «Лос-Анджелеса» Кенни Холландом: «Все прошло очень легко, хотя мне пришлось немного понервничать. Каждый генменеджер старается сделать как можно лучше своей команде, так что речь заходит о сроке, сумме и всем таком. Просто казалось, что все слишком затягивается, и это меня нервировало. Но на самом деле была только одна команда, куда я хотел поехать. И это добавляло сложностей, потому что я понимал: если мне ничего не дадут, то не смогу поехать туда, куда хочу. Наверное, вот это было главным».
О других вариантах обмена и желании оказаться именно в «Кингз»: «Постараюсь объяснить, но это может быть непросто. Я пытался найти для себя команду, в которую хотел бы играть, так что скорее речь об интуиции [и чуйке]. Конечно, посмотрел на игроков, последние пару дней много говорил с Гавриковым. Он рассказал мне об «Эл Эй» — отличной организации, великолепных одноклубниках, а также прекрасном месте для жизни. Я просто хочу играть с этими парнями, за эту организацию. В списке были другие команды, но на самом деле я никогда не хотел ехать куда-то еще. Я думаю, если бы Кенни знал это, наверное, он мог дать мне пять [миллионов долларов в год]».
О разговорах с кем-то еще, кроме Гаврикова (например, Джонатаном Куиком), и отказе от более длительного контракта с «Сиэтлом»: «Я тут спросил у жены, что вы точно спросили. Нет, я понял. Я такой парень, который не особо думает о деньгах. Возможно, это звучит смешно, но для меня это неважно, ведь уже сказал, что просто хочу играть с этими парнями и за эту организацию. В этом дело. Контракт довольно короткий для меня, я не такое рассматривал, но уже сказал, что, поскольку хотел играть только здесь, за «Кингз», вариантов особо не было».
О главном воспоминании и основном сожалении за все время игры в «Рейнджерс»: «Шесть с половиной сезонов — достаточно долгий срок, много хороших воспоминаний. Сейчас ощущение, что все прошло очень быстро, но когда смотрю на свои фото в айпаде или где-то еще, начиная с момента подписания, то понимаю, что все это было довольно давно. Да, много хороших воспоминаний. Конечно же, пара финалов конференций. У нас всегда был отличный коллектив, очень хорошая атмосфера. Очевидно, когда побеждаешь, то каждый день в хорошем настроении. Да, я нашел там много друзей. И там тоже отличная организация. «Нью-Йорк Рейнджерс» — команда Оригинальной шестерки с огромной историей. Я был очень горд играть с этими ребятами в этом джерси. Большое спасибо болельщикам. Мне стоит записать для всех видео. Сейчас много всего происходит, но нужно обязательно поблагодарить всех болельщиков «Рейнджерс».
О том, были ли переговоры о продлении контракта с «Рейнджерс» после начала сезона: «Да, мы немного обсуждали контракт. Только возникло ощущение, что предложение такое, словно клуб не уверен, нужен я или нет. Поэтому я [ничего] не подписал. Мы немного общались до старта сезона и в его начале. И вы можете помнить, что начало сезона у меня было не лучшим. Потом еще немного общались в середине сезона, но основной разговор состоялся до старта. Вот и все».
О том, когда понял, что это его последний год в «Рейнджерс» и нового контракта не будет: «Наверное, где-то 15 матчей назад, когда мы начали проигрывать все что только можно [после рождественской паузы и начала года], еще уступили «Бостону» со счетом 1:10 или сколько там [2:10 в первой половине января]. Тогда я понял, даже если Крис захочет дать мне контракт, вероятно, он не сможет сделать этого прямо сейчас. Мы мучились, «Рейнджерс» выглядели старой командой, которой нужны какие-то перемены. В то же время не скажу, что знал это на сто процентов. Когда у тебя матчи через день или спаренные игры, не слишком много думаешь о таком. Но и не могу сказать, что, не зная на сто процентов, не подписался бы и все еще думал. Извините, сам уже запутался. На самом деле трудно сказать».
О том, как провел последнюю пару недель с выводом из состава «Рейнджерс» после матча с «Бостоном» перед двумя играми с «Айлендерс» в конце января: «Не могу сказать, что слишком плохо. Конечно, немного нервничал. Даже не из-за того, что сказали в «Рейнджерс», а из-за выбора нового места, где буду жить и играть. На самом деле переживал, смогу ли сделать правильный выбор, принять верное решение. Как сказал, выбирал команду больше на интуиции, важно было почувствовать, хочу или нет быть в ней. В этом была сложность при принятии решения — куда я хочу поехать, а куда не хочу. Да, такие дела, но не могу сказать, что это слишком плохо».
«Если бы не «Эл Эй», мог вернуться в Россию. Сказал Кейну, что не поеду в «Детройт»
О важности заключения контракта на несколько следующих сезонов: «Просто не люблю менять команды и переходить туда-сюда. Я уже играл за три команды в НХЛ. У меня двое детей, собака и жена, конечно же. Здесь много всего. Было чувство, что не хочу отправляться в аренду на пару месяцев, а потом идти еще куда-то. Рассматривал команду, которая хочет подписать меня, а не арендовать на пару лет, оговорился, на пару месяцев. Вот причина».
О выборе игрового номера в «Лос-Анджелесе»: «Я в смятении. Любой номер, который я хотел бы, здесь занят. С радостью бы взял 72-й, но 72-й у маскота, поэтому не знаю, могу ли я взять его. Так что еще нужно день-два подумать, прежде чем выбрать».
О первом общении с новыми одноклубниками, которые перед олимпийским перерывом провели сдвоенные матчи с «Сиэтлом» в Лос-Анджелесе и «Вегасом» на выезде: «Да, они писали мне, но у них были спаренные игры, не все в Эл Эй. И я использую телефон-раскладушку с кнопками, со мной не так просто переписываться. Поэтому решил подождать, пока закончатся матчи, чтобы можно было созвониться. Так проще, чем писать».
О знакомстве с Андреем Кузьменко: «Да, я пересекался с Кузьменко. У нас не было возможности много общаться, но пару раз обедали, когда он играл в «Ванкувере». Он очень хороший парень. Мне определенно проще освоиться, когда в команде есть русские».
О защите от обменов и таком пункте в новом контракте для исключения «аренды»: «Я думаю так. Надеюсь на это. Но у меня ощущение, что два года — это как аренда».
О том, обсуждал ли с главным тренером «Кингз» Джимом Хиллером выбор звена и центрфорвардов, а также возможную роль: «Я не говорил с ним, видел его сообщение. У меня не было номера, хотел позвонить ему, но у него с командой была игра, так что сможем поговорить позже. Пока не было никаких контактов с кем-либо и обсуждения на этот счет, поэтому не знаю, где и с кем буду играть. Это все впереди. Наверное, это идеальное время для смены команды. Начало олимпийского перерыва дает возможность встретиться с парнями из команды, провести несколько совместных тренировок. Обычно после обменов по ходу сезона кому-то приходится играть уже на следующий день в другом месте».
О том, как совместить стили креативного атакующего хоккеиста и «Кингз» с ориентиром на оборону и очень структурной игрой, с которой форвард столкнулся во второй половине января в Лос-Анджелесе: «Да, мне нужно будет разобраться в системе, найти в ней себе место. Вероятно, так будет. Я не могу приехать и просто начать играть так, как хочу. Но я также знаю, что «Кингз» подписали меня, потому что знают мои атакующие способности. И я тоже не хочу отказываться от этого. Просто нужно найти баланс. И я уверен, мы сможем это сделать».
О том, в чем главная сложность смены команды по ходу сезона: «На самом деле не знаю, что тут самое сложное. Наверное, когда долго играешь за одну команду, она всегда будет в твоем сердце. И сложно перейти и чувствовать себя так же в другой команде. Но уже сказал, что сейчас самое удобное время для такого перехода, потому что в этом году очень длинный олимпийский перерыв дает мне некоторое время освоиться на новом месте. Как говорю, хочу играть в команде, где мне нравится сам коллектив, организация и все такое».
О возможной потере игрового ритма после олимпийского перерыва: «Да, может быть, но не вижу проблемы. Даже если одну или две игры не будешь чувствовать себя хорошо, это ощущение все равно вернется».
О том, было ли опасение, что что-то не сработает с «Кингз» в последний день перед заморозкой сделок в НХЛ на олимпийский перерыв: «Да, на самом деле, как сказал, пришлось достаточно долго ждать. У меня есть такой опыт, когда семь лет назад был свободным агентом. В каком-то роде похожая вещь, так что вроде как был готов к этому. Я даже был готов к тому, что ничего не случится и, быть может, придется ждать окончания олимпийского перерыва. Я не собирался выбирать команду, в которую не хочу ехать. В этом было дело. Хах! Не знаю, вероятно, я бы вернулся в Россию, если бы в «Эл Эй» ничего мне не дали».
О том, не писал ли ему кто-то из игроков других команд в эти две недели (с упоминанием в ответе экс-партнера по «Чикаго» Патрика Кейна): «Кто-то, кто хотел видеть меня в команде? Да, Патрик Кейн писал мне почти каждый день, наверное. Я просто сказал, что терпеть его не могу, поэтому не приеду в «Детройт». Да, некоторые люди писали мне. Просто не хочу чем-то таким делиться, извините».
Панарин — в «Лос-Анджелесе»! «Рейнджерс» все-таки обменяли российскую звезду
«Из-за этого мне с каждым днем все труднее улыбаться». Реакция на обмен Панарина в «Лос-Анджелес»
Артем Агапов, «Спорт-Экспресс»