В Красноармейском районе Самарской области продолжает складываться устойчивая картина, которую уже сложнее списывать на «ошибки» или

В Красноармейском районе Самарской области продолжает складываться устойчивая картина, которую уже сложнее списывать на «ошибки» или «частные споры». Слишком много совпадений, когда муниципальная земля оказывается в нужных руках, при этом очень редко у бюджета

История берет свое начало осенью 2021 года, после смерти главы КФХ Марата Абуева. Его хозяйство с 2009 года арендовало у КУМИ Красноармейского района два земельных участка, почти 5,3 млн кв. метров, сельхозназначения на 49 лет. После смерти арендатора фермер П. обратился в КУМИ с просьбой предоставить эти участки в аренду через аукцион. Это законное требование, на которое он получил отказ, так как, удивительное, участки якобы уже находятся в аренде

Но вот парадокс, ведь по закону обязательства по договору аренды, заключённому с главой КФХ, прекращаются с его смертью. Это не физлицо «для семьи», а хозяйствующий субъект. Но вместо расторжения договора и проведения торгов земля внезапно перетекает супруге умершего как наследственная масса. И это при том, что прокуратура Красноармейского района уже указывала на нарушения и требовала привлечь руководителя КУМИ Сергея Тушина к дисциплинарной ответственности. Требование Прокуратуры было полностью проигнорировано (документ имеется в распоряжении канала)

Но на этом история не закончилась. Получив землю, супруга покойного почти сразу передаёт участки в субаренду сначала одному ИП, затем другому, на десятилетия вперёд. При этом сама, по имеющимся данным, хозяйственную деятельность не ведёт. Бюджет получает арендную плату по «старым» ставкам, а реальные деньги, судя по всему, крутятся уже в субарендных договорах. Такая вот классика жанра, когда муниципальная земля уходит в частную прибыль

Однако самый токсичный момент истории всплыл в документах. В нотариальном заявлении утверждается, что права по аренде были получены «в период совместной жизни супругов». Проблема в том, что договор аренды зарегистрирован 22 апреля 2009 года, а брак только 26 декабря 2009-го. То есть юридически никакой совместной жизни на момент возникновения прав не существовало. Тем не менее документ подписан в присутствии нотариуса, принят и используется в судах. И, о чудо, ни суд, ни прокуратура не видят противоречий)

На этом фоне особенно показателен опыт других регионов, где прокуратура добивается признания подобных договоров ничтожными, указывая на обход торгов и злоупотребление льготными механизмами. Там землю возвращают муниципалитету. Здесь же делают вид, что всё в порядке

В Красноармейском районе уже есть осужденный чиновник под за взятку. Есть претензии к работе КУМИ. Есть странная устойчивость решений, которые игнорируют очевидные факты. И возникает логичный вопрос: это цепь случайностей или устоявшаяся практика?

Для сравнения достаточно взглянуть на практику в других регионах. В Ставропольском крае прокуратура не ограничилась формальными ответами. По делу №А63-11481/2022 была проведена проверка, выявлены нарушения при распоряжении муниципальной землёй, установлены признаки неправомерного использования участков арендатором и субарендатором, а в суде прокуроры добились оспаривания обременения земельного участка и возврата его в публичную собственность. Там надзорный орган не стал закрывать глаза, а, наоборот, довёл историю до арбитража и заставил систему работать. И потому особенно странно выглядит ситуация в Самарской области, где разворачивается схожий сценарий, но пока без столь же жёсткой реакции. Хочется верить, что и здесь прокуратура внимательно разберётся в происходящем и предотвратит возможный ущерб интересам государства, пока муниципальная земля окончательно не растворилась в цепочке частных договоров. Если силовики захотят копнут глубже, удивляться придётся уже не мне с читателями, а тем, кто сегодня так уверенно «ничего не замечает» 🚬