Как и обещала Надя, она начала обучать меня своему языку. Я не возражал, раз уж мы стали парой и между нами не осталось преград, хотелось бы разговаривать с любимой на её родном языке. Знаю, что будет сложно, но я не из тех, кто бросает всё при виде сложностей и убегает. Со стороны это выглядит странно, когда девушка учит уже взрослого человека, но…
Надя села со мной рядом, взяла простенькую книжку, которую она назвала букварём. У меня такой был когда-то в моём мире. Отец с собой никаких книг на умирающую планету не взял, мне пришлось воспользоваться слабо работающим бортовым компьютером и обучиться самому. Тут то же самое, только в книге.
Скажу честно, я даже простые слова на русском языке не понимал, но Надя посоветовала сравнить её язык и эсперанто и заменить латиницу на кириллицу — тогда будет легче. Я так и сделал, тогда начало получаться.
— Надь, скажи что-нибудь по-русски? — спросил я её.
— Чего?
— Ну, чего-нибудь, — подмигнул я.
— Я люблю тебя, Трой, — проговорила она.
Не знаю как, но слова любви я понял с первых фраз. Это заставило улыбнуться во весь рот. Я повернул голову к девушке и чмокнул её в щёку. Она слегка покраснела и отвернулась.
— Что не так? — спросил я.
— Ох, Трой, я не могу сдержать все чувства к тебе, — сказала она на эсперанто.
— Я тоже, — признался я.
Я быстро вернулся в себя, и мы продолжили обучение. Теперь, когда она мне объяснила, всё стало намного проще. Я легко выучил половину букваря и даже некоторые простые слова на русском, но хотелось выучить побольше. Всё же я решил помогать Наде собрать деньги мне на протез. Хотя это начало тяготить меня, я не стою того, чтобы ради меня так нагибаться.
— Трой, ты чего? — вдруг спросила Надя.
— Я буду рад тебе помочь, но, может, и без руки обойдусь. Всё же привык к тому, кем я являюсь, — сказал я девушке.
— И не говори так! Ты достоин лучшего, — сказала она.
Она понимала всю мою ситуацию, знала, кем я являлся в прошлом, но продолжала помогать и любить меня, несмотря ни на что.
Ближе к вечеру мы проголодались, и она предложила перекусить. Я сказал, что раз мы экономим, то я могу обойтись без еды, так как привык, на что она возразила и сказала, что возражений не принимает, после чего пошла готовить нам еду.
Тогда я предложил одну тарелку с едой разделить на двоих — так мы точно сэкономим. Она согласилась.
— Ну, что делать будешь, когда весь русский язык выучишь? — спросила она у меня.
— Посмотрю, чем можно помочь людям в твоём городе, — улыбнулся я.
— Что, станешь ремонтировать машины?
— Да. А что? Я вот космический корабль родителей починил, а с обычной техникой легко справлюсь — она чем-то на нашу похожа, — сказал я.
— Да, есть такое. Как будто бы твой мир застыл в прошлом, — протянула Надя.
— Будущее есть только у богатых, — признался я.
— Это печально… Хорошо, что у нас никто не хочет переезжать на другие планеты. Да, правительство одной из стран мечтает, но это правительство, и оно во многом зависит от простых жителей, — сказала Надя.
— У нас всё захватили корпораты, — признался я.
— Теперь ты в мире, где корпораты — не более чем выдумки конспирологов, а те, что есть, вреда не оказывают, — сказала Надя.
Она приготовила огромную тарелку с картофельным пюре и сосисками, и мы разделили всё на двоих. Преград между нами не осталось, мы друг друга дополняли.
После ужина я предложил Наде записать ещё один стрим. Может, если она будет чаще светиться в сети, у неё появятся подписчики. Только пусть на этот раз она поживее будет рассказывать.
Она согласилась. Мы вернулись в её комнату, и она полезла за бумагой и карандашами, чтобы начать рисовать.
Когда ящик открылся, я увидел множество рисунков себя. Между нами наступила пауза. Я понял, что не люблю такие вещи, поэтому, схватив рисунки, улыбнулся и сказал:
— Скажи, я правда привлекательный? — дразня девушку.
— Да, да! — заговорила Надя, пытаясь выхватить рисунки из рук.
— Знаешь, не знаю, как мы познакомились раньше, но это не повлияет на наши отношения. Я рад, что оказался в твоём мире, — улыбнулся я Наде.
Мы начали стрим. Она так живо рассказывала про свои работы будущим подписчикам из своего города, на родном языке, и я начал понимать её язык, подставляя его под эсперанто.
А сами мы разговаривали не просто на английском уже, а на смешанном, переходя частично на русский. Это было так мило, и я захотел учиться ещё больше.
Но Надежда сказала, что остальное — завтра.
Эту ночь мы провели вместе, правда, спали в позе валета. Надя ещё не готова была спать со мной лицом к лицу. В этом мире девушки блюдут честь, а в нашем они почти её лишились.
Я не возражал и старался не шевелиться во сне, чтобы не беспокоить Надю.
Утром я встал первым, осторожно вылез из кровати и пошёл готовить завтрак для нас на кухню.
***
Когда я проснулась, Троя рядом не было, но по грохоту на кухне и едва слышным шагам поняла, что он там. Встала я с хорошим настроением, быстро переоделась и собралась на кухню, но тут зазвонил телефон.
Высветился номер моего начальника, и я слегка вздрогнула, думая, что сейчас меня начнут отчитывать за провальный комикс. Но Павел Сергеевич, несмотря на то что читатели не оценили новую книгу, решил продолжить её.
— Хорошо, сейчас приду, — сказала я начальнику.
— Приходи ближе к вечеру, раз ты работаешь дома, — сказал начальник.
— Хорошо, Павел Сергеевич, — сказала я и положила трубку.
shop.megafon.ru
— Всё хорошо? — с акцентом спросил меня Трой, когда я подошла к нему.
— Да, звонил начальник. Я снова буду работать над комиксом, — ответила я.
— И?
— Что «и»? Эта работа пока нас кормит. Вот взлетят наши стримы и будут приносить доход, тогда, может быть, и подумаю об уходе, — улыбнулась я.
Тут у меня снова зазвонил телефон. Это швея написала, что одежда для Троя готова, но она будет немного дороже, чем планировалось. Другого выхода не было, и я, скрепя сердце, решила взять немного из накоплений, которые отложила на протез.
Ещё я заказала уличную одежду для Троя, так что придётся ещё раз потратиться. Благо, угадала с размерами и ценой. Больше тратиться не буду, а то и так деньги тают, как снег по весне.
После завтрака я сказала Трою, что зайду к швее за заказом, и что пусть он не скучает, я вернусь быстро. Он не стал возражать, сказав, что будет занят учёбой. Улыбнувшись ему, я нежно обняла его за шею и, чмокнув в макушку, засобиралась в ателье. На улице было солнечно, это придавало мне сил. Я больше люблю солнечную погоду, чем когда пасмурно и дождь.
Снова зазвонил мой телефон — это был отец, который всегда меня поддерживает. Он сообщил, что Антон Сергеевич скоро вернётся из Сирии и что он готов обсудить для меня стоимость протеза для Троя, но для этого он должен его осмотреть.
— Хорошая новость! Спасибо, пап, — радостно сказала я.
— Только вот в чём проблема. Как ты знаешь, дядя Антон любит задавать вопросы. В общем, пусть твой друг соврёт, что он откуда-то из Европы, а то мало ли что Антон Сергеевич подумает, — сказал отец.
— Хорошо, пап, я поговорю с ним об этом, — сказала я и отключила связь.
Забрав одежду для Троя, я, напевая под нос незамысловатую песенку, шла домой. Кажется, я больше не видела трудностей, которые стали бы преградой между мной и Троем. Он очень быстро забыл прошлую жизнь и не спрашивал меня, откуда я о нём знаю, сказав, что это не важно. Важно, что я у него есть.
Он, как всегда, встретил меня у окна сначала, помахав своей рукой, а потом у входа в квартиру.
— Ну вот, твоя одежда готова, а скоро и уличная будет, — сказала я, улыбнувшись и обняв его.
— Спасибо, Надя, — сказал он на русском.
— Вижу, ты способный ученик, — сказала я.
— Да, ещё есть трудности, но я учусь, — так же на русском проговорил Трой.
— Тебе ещё и писать надо научиться, — подмигнула я.
— Научусь. Я уже представляю, как это, — улыбнулся он.
Трой начал открываться со всех лучших сторон, которые у него есть. Совсем не тот, который был тогда в игре — массовый убийца, который запугивает детей и является главарём культа на пару с сестрой, а наоборот, хороший человек. Когда на него никто не давит, он делает прекрасные вещи.
Вечером я ушла за заданием от начальника, который решил повысить сложность и сказал, что ему нужен боевой комикс, и чтобы там была футуристическая война.
— А как же читатели? Они не против? Ведь в прошлый раз они получили не совсем то, — начала я.
— Плевать. Это я вам плачу, мисс Фомина, а не они, — отмахнулся начальник.
— Ладно, я напишу о войне, — сказала я, представляя, что это будет. Я во многие военные игры поиграла, даже про космос, так что возьму немного идей оттуда, и получится тёмный роман о войне.
Забрав техническое задание, я вернулась домой и застала Троя за весьма интересным занятием — он пытался писать на русском языке своей тонкой левой рукой.
«Какая сила! Он и корабль одной лишь рукой починил, а теперь пишет на моём языке», — подумала я.
— Как? — спросил меня Трой.
Я так и осталась стоять рядом, не зная, что сказать. Он просто поразил меня своими способностями. Набравшись духа, я похвалила его за труды и сказала, что на сегодня достаточно, пусть пойдёт на кухню и посмотрит телевизор.
— А у тебя как? — спросил он.
— Задание взяла. Будет трудно, но что поделать, — ответила я.